Кладезь желаний

Привычный сизый дым. На этот раз с запахом женьшеня. Развлекаясь, Акио задерживал дыхание, сжимал губы, а потом выпускал аккуратное дымное колечко. Следом за ним, выдохнув быстрее, выпускал второе, поменьше, чтобы оно пронзило первое. - Большой... но совсем не сильный, да? - откинув голову на подушки, спросил у маленького, но плотного дымного колечка Мастер. Большое, тонкое, уже давно развеялось. Предсказуемо не услышав ответа от начавшего бледнеть дыма, Акио, привстав, потянулся к небольшому глиняному чайнику на низком столике, наполняя остатками чая глубокую пиалу. Поднеся чашу к губам, сделал маленький глоток и тут же поморщился — слишком крепко. Чайные листья перестояли. Поставив пиалу обратно, юноша снова упал на любимую софу. Неизвестно почему, но Мастера Желаний снедала ужасная скука. Это от того, что клиентов не было уже несколько дней? Нет. А может от того, что вот уже с неделю взбалмошный Лоренс не появлялся на пороге дома Акио? Возможно. С какого времени проводить дни в обществе этого мальчишки стало так приятно? У Рена была потрясающая особенность, которую вслух Мастер никогда не признает — француз делал его дом уютней. Одним своим присутствием. Дюран не задавал лишних вопросов, когда Акио принимал клиентов, избавляя брюнета от необходимости стирать парню память. Да и вряд ли Мастер стал бы это делать — так просто в его дом не зайти, а значит Лоренс еще как-то себя проявит... Между тем, шел одиннадцатый день с их последней встречи, хотя раньше Дюран не пропадал больше, чем на три. Акио, слушая тихую игру на сямисэне*, которой его обеспечивала пойманная в сети длинноволосая Кеджоро**, ловил себя на желании выйти за порог, чтобы найти Лоренса, убедиться, что с ним все хорошо. Внезапно музыка оборвалась. - Что-то случилось? - Господин, - Кеджоро отложила инструмент, осторожно поднимаясь с колен, - не мучьте себя. Я слышала, что мальчик учится... - Я знаю, где он учится, - фыркнул Акио. - Господин... - Ты хочешь, чтобы я нашел его? - Я хочу, чтобы господин улыбался. Мастер Желаний закатил глаза — эта екай наглеет день за днем. Отпустить ее — так не уйдет же, а, почувствовав свободу от пленивших ее печатей, зазнается еще больше. - Господин? - екай нависла над юношей, щекоча его руку волосами. Акио вздохнул, отводя взгляд — даже он остерегался увидеть лицо демона, которое полностью закрывали длинные темные локоны. Не глядя на Кеджоро, Мастер поправил ее слишком свободно завязанное юката, призывая к негласным приличиям. Екай хихикнула, когда Акио задумчиво протянул: - Думаю, что ничего не случится, если я прогуляюсь во внешнем мире... *** Мастер давно не выходил на улицу. Город, как и рассказывал Лоренс, был шумным. Дым от рычащих машин, в отличие от дыма качественного табака, был крайне неприятным. Сутулые плечи спешащих по «самым важным» делам людей нагоняли тоску даже больше, чем их пустые глаза. И как в этом городе можно жить?! Университет N Акио нашел быстро — его неосознанно подстегивали желания увидеть Рена и побыстрее вернуться домой ... Что, правда, из этого имело больший вес Мастер не знал. Подойти к воротам брюнет не успел, потому что на выходе показался Дюран с самым мрачным выражением на лице. Чуть сзади от него шла очаровательная девушка, старающаяся идти в ногу с парнем. Акио замер. Девушка, словно что-то почувствовав, бросила в сторону Мастера косой взгляд, но, не заметив ничего необычного, повернулась обратно к Лоренсу, хватая его ладонь. Такое простое и обычное действие красавицы внезапно принесло с собою волну обжигающего грудь гнева. Как-будто этим девушка пыталась украсть у Акио Рена. Зачем ему этот парень Мастер еще не решил, но отдавать кому-либо его он не собирался. Лоренс и девушка скрылись за поворотом. Когда пелена злости, столь необычной для брюнета, спала, он уловил остатки мятного аромата. Холодное тело хорошенькой девушки, одетой в простое белое платье, с непередаваемой нежностью кладут в гроб, оставляя крышку открытой. Собравшимся людям дают немного времени проститься с умершей так рано. Маленький трехцветный котенок, лишившийся любимой хозяйки, неловко перебирая мягкими лапками, зашел с обратной стороны гроба, незаметно пробираясь к телу. Ледяные губы не дрогнули в милой улыбке, когда их коснулся шершавый розовый язычок. Крышка гроба захлопнулась, погрузив мир в темноту. Коротко мяукнул испуганный котенок. Встряхивая головой, чтобы избавиться от навязчивого видения, Акио принюхался — запах кошачьей мяты ему не почудился. К Лоренсу привязался Бакэнеко***. Чтобы защитить или съесть? Вид целующейся пары, хоть Мастер и предполагал подобную ситуацию, кольнул раскаленной иглой. Не в сердце. Глубже. Перед притягательностью жаждущего перекусить кота почти невозможно устоять, а Лоренс всего лишь человек. - На этом тебе лучше остановиться, милый, - громко произнес Акио, бесшумно подходя сзади. Девушка дернулась, мгновенно отстранилась, являя раздраженному собственной эмоциональностью Мастеру растерянного, очень смущенного Рена. - Кто ты такой, чтобы останавливать м... - сощурил глаза до двух щелочек Бакэнеко, но, узнав Мастера, резко побледнел. - П...простите. - Акио, а что ты здесь... Я тебя не сразу узнал. В обычной одежде. - Заткнись, пожалуйста, - возвращая себе безмятежность, спокойно откликнулся брюнет, подходя ближе к французу. Кот настороженно отступил. - Я приглашаю тебя к себе на чай, - мягко улыбаясь, будто и не злился всего минуту назад, сказал Акио екаю. - Да и Лоренс давно ко мне не заглядывал... - Мой брат заболел, да и учебы навалилось, - неловко улыбаясь, торопливо проговорил Дюран. - Я собирался зайти, честно! Рен чувствовал, как напряжение покидает Акио и радовался. Что это произошло мгновением раньше, парень сказать точно не мог — словно помутнение какое-то. Миг, и он целует девушку, которую видит впервые в жизни, будто так и надо. Возможно, не приди его странный друг, все зашло бы намного дальше. Ощущение, что он сам — просто ходящий магнит для неприятностей, прочно приклеилось, не желая исчезать. Судя по насмешливому взгляду японца тот думал так же. Теперь Дюран смотрел на девушку, едва слышно отвечающую на короткие вопросы Акио, настороженно — что-то в ней его смущало. Может то, что Мастер обращался к ней, как к парню? - Ну, наконец-то дома, - облегченно выдохнул брюнет и, не оборачиваясь, чтобы спрятать улыбку, шагнул по тропинке к дому. Рен оглянулся — высокий, отлично знакомый забор. Черт возьми, еще секунду назад они стояли у стен университета! Как бы то ни было, Лоренс начинал привыкать к подобным чудесам. Комната в полумраке, витающий под потолком дым. Сладковато-горький запах чего-то очень знакомого, но названия этого «чего-то» вспомнить никак не получалось. Тихая музыка японской лютни, вроде бы та же самая мелодия, что и обычно, но какая-то... радостная? - А где девушка? - спросил Рен, заходя в комнату, где на софе фривольно разлегся хозяин дома. - Какая девушка? - искренне изумился Акио, кивая на чайник и пиалы, намекнув, что неплохо бы выпить чаю со сладостями. - Ну... которая... с которой я... - А, ты о том красавце, - протянул Мастер, с хитрой улыбкой запуская руку в складки кимоно, в которое тут же переоделся, оказавшись дома. - Смотри. В ладони Акио едва помещался недовольно фырчащий, отчаянно старающийся удержаться на толстых лапках, пушистый котенок. Трехцветный. - Даже спрашивать не буду откуда он у тебя, - поймав свежий запах мяты, точно такой же, какой исходил от девушки, буркнул Рен. - А я бы и не ответил, - хмыкнул брюнет, опуская животное (а животное ли?) на пол. - Так ты нальешь мне чай? *** Дни летели невообразимо быстро. Во внешнем мире к концу подходила зима, хотя за высоким забором время остановилось на поре цветения жизни. Акио продолжал свою работу, хотя теперь его мысли занимали не только обязанности — с нетерпением он ждал каждой встречи с зеленоглазым юношей, постепенно вновь вспоминая давно забытые им за время долгого одиночества чувства. У Мастера Желаний впервые появилось собственное желание, за выполнение которого он был готов отдать все — Акио жаждал заполучить правый мизинец Лоренса, чтобы привязать к нему алую нить, навсегда связывающую их души. Лелея свою маленькую мечту, брюнет жалел лишь об одном — вряд ли ей суждено сбыться. Его мечты и надежды останутся с ним. По крайней мере Акио так думал, пока однажды к нему в комнату не влетел взъерошенный Рен, с лихорадочным блеском в глазах и тяжелым дыханием. - Акио, исполни мое желание! ____________________________ * щипковый трёхструнный музыкальный инструмент **Длинноволосый екай из квартала Красных Фонарей. Есть легенда, что она — призрак гейши или обычной «ночной» работницы, воплощение женской обиды. ***Бакэнеко — кот-оборотень.