Быть Каем Паркером

Royal Deluxe — Iʼm Gonna Do My Thing

      Вы ничего не знаете о неловкости и самобичевании, если никогда не трахались с Каем Паркером по пьяни. Это все, что я могу сказать после произошедшего.       Если до треклятого виноградного джема я думала, что самая неловкая и постыдная ситуация была в моей жизни, когда мы с Колом вломились в комнату к одной герцогине, то сейчас секс с Паркером побил все мои личные рейтинги.       Именно с таких мыслей и началось наше утро, во время которого я, молча, потягиваю донорскую кровь из пакета, любезно принесенного откуда-то Каем, а он уплетает тосты, пялясь в экран телевизора. Прямо-таки семейная идиллия. Блять. — Ты меньше разговариваешь, — невозмутимо замечает Паркер, практически не отрывая взгляда от происходящего в сериале про братьев, охотящихся за нечистью.       Да мне сквозь землю провалиться хочется, не то что говорить! Я переспала с Каем! С Каем! С Малакаем Паркером! Твою мать, Нисса, ты в очередной раз нарушила все мыслимые и немыслимые правила! — Угу, — киваю я, понимая, что так лишь подтверждаю его замечание. Ну и что с этого? Пошел Паркер к черту со своей внимательностью! Слишком уж напряженная атмосфера в этом доме после быстрого секса на столе! — Я тут подумал, — начинает он, поворачиваясь ко мне, и я отчетливо понимаю, что сейчас услышу его очередную глупость, — что… эти братья крутые лишь на экране. Вот бы они встретились со мной. Посмотрим, кто остался бы с селезенкой после этого, — хихикает голубоглазый маньяк, задорно глядя на меня, умилительно прищурившись от солнечных лучей, пробивающихся сквозь не плотно зашторенное окно. Я лишь одариваю его скептичным взглядом, наморщив лоб и не имея желания произнести что-то в ответ. А что тут скажешь? Мальчик кончил и, избавившись от спермотоксикоза, почувствовал себя мужчиной, и в этом виновата ты, Блейк. — А еще я подумал, что после того, что между нами было, я обязан на тебе жениться, — тем же невозмутимо-веселым тоном продолжает ведьмак, испытывающе глядя на меня. — Иди ты! — вскрикиваю я, швыряя в него пакетом с кровью, окатывая его футболку фонтаном бордовых брызг. Ну вот, теперь он оторвет мне пальцы за очередную испорченную вещь из его гардероба. Просто замечательно, Блейк, продолжай в том же духе! — О, оказывается, ты не онемела от крутизны нашего секса. Или разговор о свадьбе вернул тебе способность шевелить языком? — ехидно интересуется Паркер, с любопытством взирая на меня. Черт, ради такой беседы он даже перестал жевать! — Чтобы я больше не слышала от тебя подобную ересь, понял?! — рычу ему, вскакивая с дивана и удаляясь прочь, провожаемая смехом социопата.       Если он не убьет меня в ближайшие дни, то мне придется сделать это самой. Кэрри недоступна. Сальваторе тоже. А у меня начинается стокгольмский синдром после нашего секса. Я хочу еще. Хочу снова с ним. И это меня чертовски бесит! Это же Паркер! Магический тюфяк, способный только орудовать ножом и сосать магию, как пиявка! Но произошедшее между нами вызвало во мне больше эмоций, чем весь роман со Стефаном.       А самое странное во всем этом даже не мое пристрастие к Каю. Он изменился. Буквально возмужал на глазах. И это непонятно. Неужели на него настолько повлияла я? Или в социопате проснулись хоть какие-то чувства? Если да, то после чего? После нашего секса? Тогда я оказалась права, и Паркер принцесса. Точнее, спящая красавица, пробудившаяся от безэмоционального сна после быстрого перепихона. От этих мыслей я не могла не улыбнуться. Чего ты смеешься, сумасшедшая? Ведь тогда выходит, что ты его прекрасный вампирский принц. Блять, что я несу? Он подмешал мне в кровь ЛСД?       Ладно, Нисса, пора выдохнуть и взглянуть проблеме прямо в глаза. Наш секс — акт обоюдного отчаяния. В конце концов, ты довольно сексапильная особа, а у мальчишки не было девушки около двадцати лет. Наоборот, радоваться нужно, что логическое завершение сего акта не последовало сразу же после начала.       И вообще, тебе три с лишним века. Ты взрослая, умная, зрелая, опытная барышня, способная трезво принимать и понимать свои поступки. Так какого же хрена ты обгладываешь сейчас свои и без того обглоданные кости?!       Не потому ли, что вся твоя зрелость и опытность пошла к черту, и тебя неумолимо влечет к ведьмаку, который к тому же оказался далеко не слепцом, не замечающим этого?       А чего это я занимаюсь самокопанием? Вон Малакай чертовски спокоен. Подозрительно чертовски спокоен. Он оттрахал вампиршу, миллиард раз обещавшую прикончить его, и ничего. Нет, ну он социопат, и чувство вины ему чуждо, но не настолько же. Кстати, интересно, а что испытывает бесчувственное чудовище после секса, кроме удовлетворения? Должно же быть хоть что-то. И тогда этот монстр уже не лишен всех эмоций. Блейк, тебе не кажется, что ты думаешь не о том, о чем нужно думать в той заднице, в которой ты оказалась по своей же вине?! — Детка, куда ты запропастилась? — бормочет внизу Паркер, отправляясь вслед за мной. Ну только этого мне не хватало! Сиди и смотри свои мультики, мальчик, пока взрослая тетя решит свои проблемы с протекающей в голове крышей!       Я шумно вздыхаю, но голоса не подаю. Зачем это нужно? Он все равно меня настигнет, где бы я ни была. Пока Кай не наиграется — мне не будет ни свободы, ни смерти. — Откуда ты знала, что я люблю играть в прятки? — слишком быстро Малакай раскрывает мое укрытие в хозяйской спальне, принадлежавшей когда-то паре, теперь покоящейся в куче листьев на опушке ближайшего леса. — Догадалась, — сухо отвечаю ему, недовольно глядя на ведьмака. — Умница, — с его уст слетает ехидная похвала, приправленная до приторности сладкой усмешкой, — теперь твоя очередь искать, — подмигнув мне, Кай щелкает пальцами и мгновенно скрывается из виду. А, точнее, просто исчезает. Растворяется в воздухе. И еще много синонимов, описывающих его пропажу, которая, кстати, прошла бесследно. Я не слышу не только дыхания ведьмака, но и его сердцебиения. Может, он попал прямиком в ад? Что ж, туда ему и дорога. А я в этот момент совершу еще одну глупую попытку сбежать, надеясь, что пока Кай играет сам с собой, я успею скрыться от него.       Он настигает меня в прихожей, обиженным тоном окликнув по имени и вынуждая остановиться и обернуться, встречаясь с ним взглядом. Ведьмак недоволен, сердит, и… расстроен? Нет, кровь точно была напичкана какой-то дрянью, иначе с какой стати у меня галлюцинации? — Сомневаюсь, что ты собралась за кексами, — холодно говорит Паркер, едва ли не прожигая меня сердитым взглядом насквозь. — Умница, — передразниваю его, — я собиралась поискать тебя во дворе. Знаю же, что ты любишь жульничать, — прикинувшись дурой, улыбаюсь ему. — Неправильный ответ, — ведьмак разочарованно качает головой, — мне кажется у нас проблемы, Нисса. — Надо же! С пробуждением, спящая красавица! — хмыкаю я, тут же прикусив язык, с которого сорвался этот бред. — Поэтому я тут погуглил, — он медленно направляется ко мне, достав из кармана телефон, — и нашел вот это.       Я опускаю взгляд на экран протянутого мне смартфона. «Опытный семейный психолог легко и быстро решит проблемы вашего союза». — Это что за хрень?! — взрываюсь я, отталкивая ведьмака от себя. Тот отлетает на несколько шагов назад, а после начинает хохотать, практически сгибаясь пополам от смеха. — Черт, Нисса, видела бы ты свое лицо при этом! Всерьез подумала, что я искал помощи у какого-то мозгоправа? — широко улыбается Малакай, — это уморительно. Нет, честно, я не думал, что будет так смешно. Жаль не успел сделать с тобой селфи. Это был бы лучший снимок за неделю в моей ленте, не считая того фото с Люком перед слиянием. Кстати, мои сестры его даже не отметили. И вот как после этого налаживать семейные отношения? — он обиженно выпячивает нижнюю губу, недовольно морща при этом нос. — Придурок! — фыркаю я, отворачиваясь от него, и снова намереваясь уйти. — Нисса! — рычит Кай мне вслед, но я делаю вид, что не слышу его, приближаясь к двери и открыв ее. — Не смей оставлять меня! И не смей поворачиваться ко мне спиной! — снова слышится его отчаянный злобный крик. — А то что? Всадишь в нее охотничий нож?! — не выдерживаю я, и оборачиваюсь на пороге. — Отлично! Мне всегда нравились твои идеи, — хмыкает Кай, и в его руке уже приглушенно сверкает сталью клинок. Я собираюсь выскочить из дома, используя вампирскую скорость, но не тут-то было. Он применяет магию, и дверь захлопывается перед моим носом, буквально в сантиметре от лица. — И что дальше? Если люди живут без селезенки, то вампиры и подавно! — снова оказываюсь лицом к нему, отчасти понимая, что Кай прав — спиной к этому ведьмаку лучше не поворачиваться.       Тут же падаю на колени, и он взмахом руки придвигает меня к себе. — Что за черт?! — возмущенно восклицаю, устав от подобного обращения с собой. Нет, ну в самом-то деле девушка я или нет?! Какого хрена на коленях опять я, а не он?! — Нисса, мы через столько прошли вместе. Зачем ты снова становишься неблагодарной naughty girl? Мне такие не нравятся — все время хочется наказать их, и они быстро надоедают, — качает головой Паркер. — А мне не нравишься ты! Но, тем не менее, из-за того что ты облажался с заклинанием — я таскала целую неделю твое тело! И выслушивала рассказы о том, как тебя ненавидела семья еще до того, как ты порезал их к чертям! — я в своих претензиях намеренно опускаю тему секса, надеясь, что в пылу ссоры о нем никто не вспомнит. И под «никем» я подразумеваю Паркера. — Ошибаешься, — качает головой Кай, улыбаясь, — я нравлюсь тебе. — Что?! Ты упоролся своей магией, малыш?! — пора уже перестать рождать эти ложные надежды. С Каем они не действуют, мгновенно превращаясь в реальность. — Проведя столько времени со мной, ты ни разу не попыталась меня убить, — изрекает Паркер, и я понимаю, что он снова озвучил то, что я не осмеливалась сказать самой себе. У меня была тысяча и одна возможность сделать это, а вместо того, чтобы оторвать ублюдку голову, я устроила ему сеанс психотерапии, а потом еще и переспала с ним. Если у лузеров есть королева, то это ты, Блейк, без сомнения! — Зато ты сделаешь это со мной? — ехидно переспрашиваю я, надеясь, что наконец настал тот час, когда он прикончит меня, освобождая от своего общества. Ну тебя-то, Нисса, действительно исправит только могила — снова эта фальшивая надежда. И на кого? На Кая, делающего все наперекор тебе, всегда опережая твои планы? — Возможно, — он склоняет голову набок, — говоришь, вампиры могут жить без селезенки? А без сердца вампир выживет? — улыбается Паркер своему, известному только ему, и без сомнения, кровавому плану. — Что за идиотские вопросы?! Конечно, нет, ты знаешь это и без моего ответа! — не поняла, Паркер что, отупел после секса? Или это его новый трюк? — Знаю, — соглашается он, — кстати, я хочу твое сердце, — уверенный взгляд серо-голубых глаз и ровный тон говорят о том, что Паркер настроен серьезно. — Что?! — недоуменно переспрашиваю я, не веря своим ушам. — Я. Хочу. Твое. Сердце, — терпеливо и медленно повторяет Кай, — добровольно, естественно. Но, если ты откажешься, мне придется вырезать его на память. Как это называется? — он начинает щелкать пальцами, пытаясь подобрать нужное слово, — сентиментальность, вот. Кстати, это же ты меня научила ей. Браво, ты хороший учитель, Нисса! — хохочет он. — В смысле ты хочешь, чтобы я сама вырвала себе сердце? — м-да, даже проведя с ним столько дней, я так и не осознала до конца все грани его извращенной фантазии. — Нет, глупенькая, — ворчит ведьмак, — кстати, по правде сказать, сейчас, я хочу не сердце, а твое тело. Да, тело. — Я не буду снова меняться с тобой! — выкрикиваю я, мысленно моля небеса о том, дабы Паркер хотел именно обмена. Но что-то мне подсказывает, что я снова ошиблась. — А я и не хочу оказываться в тебе, — он качает головой и начинает заливаться смехом, — нет, хочу. Но не в том смысле, — Кай начинает махать руками, в одной из которых все еще находится нож, отчаянно жестикулируя при объяснении, — понимаешь, это… черт, это звучит так… оу, такая забавная многозначительность. — Тело? — соображаю я, — то есть перепихнувшись со мной ты наконец вспомнил, для чего нужны причиндалы в твоих джинсах? Паркер, это был одноразовый секс. После которого я не перезваниваю парням, если не перегрызаю им шею, — ухмыляюсь я. — Смешно, — облизывает нижнюю губу Кай, — по правде сказать, передо мной стоит мучительный выбор. Я до сих пор не определился, чего я хочу больше, — он наклоняется ко мне и хватает пальцами за подбородок, с силой сжимая его так, что моя нижняя челюсть начинает скрипеть, — то ли убить тебя, — он шепчет это возле моего рта, — то ли трахнуть еще раз, — язык Кая проходится по моим губам. И я морщусь от этого прикосновения. И от его признания. И от того, что все это отдается низменным гадким тяжелым желанием внизу моего живота, потому что, несмотря на опасность, вся эта ситуация чертовски порочная и невыносимо заводит меня. — Куда же подевался двадцатилетний мальчик, без умолку болтающий обо всем на свете? — собравшись с силами, пытаюсь воззвать к тому Каю, который так редко проступает сквозь толстую кожу психопата, стоящего сейчас передо мной. — Ушел в твои сны, — Паркер касается моего уха горячим шепотом, взбудораживающим влечение к нему еще больше. — Зачем мне спать с тобой снова? — хрипло переспрашиваю я, смотря на него исподлобья, встречаясь с насмешливым и наглым взглядом Малакая. — Потому, что ты хочешь этого, — Кай начинает перечислять, демонстративно загибая пальцы на руке свободной от ножа, — потому, что вампиры аморальны. А что может быть аморальней длительной связи со своим врагом? — Да еще и убившим свою семью, — добавляю я, — аргумент, явно склоняющий на твою сторону. — Ты еще долго будешь вспоминать мне это? — недовольно бурчит Паркер, — давай, Нисса, соглашайся, я уверен, это будет круче, чем тогда с джемом у стола. Но если тебе понравилось именно с ним — я припас пару баночек на этот случай. Там даже есть клубничный, — хвастается он своим запасом юного фетишиста-сладкоежки. — Вот и подавись им, Паркер! — сквозь зубы цежу я, отводя взгляд. — Черт, наверное, эта штука бесит тебя, да? — социопат указывает на нож, который в следующую минуту отбрасывает в сторону, — видишь, я перед тобой безоружен. И ты все равно ничего не сделаешь мне, — самоуверенно ухмыляется Кай. — Ошибаешься! — прорычав это, я толкаю ведьмака, а сама бросаюсь к двери, не оборачиваясь назад. Бежать как можно дальше от него. Выжать из своей скорости все, но только оторваться от Кая.       Очутившись на крыльце, я останавливаюсь всего на мгновение, чтобы перевести дух, не веря, что у меня получилось. Неужели он и правда выпустил меня?       Солнечные лучи, освещающие площадку перед домом через навес, попадают на мою руку, и этого достаточно, дабы понять, что Кай не сдался, сняв заклинание с подаренного мне кулона. Моя кожа моментально покрывается волдырями, а после с шипением вспыхивает огнем, намереваясь вскорости сжечь все тело целиком.       Криком от раздирающей меня прожигающей боли, я оповещаю всю округу о своей скорой смерти. Но через минуту снова оказываюсь внутри дома, куда затащил меня Паркер, мгновенно закрыв за собой дверь и плотно зашторив все окна при помощи магии.       От испытанного меня трясет, и я не могу вымолвить ни слова, лишь изредка всхлипывая, привалившись к входной двери. Опаленная кожа заживает, и Кай, подойдя ко мне, прикасается к моим пальцам. Сначала аккуратно, будто пробуя, ушли ли мои страдания. А после и вовсе прижимает меня к себе, поглаживая волосы успокаивающими движениями. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает ведьмак. Даже в такую минуту его чертов язык без костей не может сохранить тишину! — Как вампир, горевший только что ярче, чем елка у Рокфеллер-центра, — в который раз всхлипнув, огрызаюсь я. — Тише, naughty girl, тише, — шепчет Паркер, — зато теперь, когда ты прочувствовала, что лучше сгореть со мной, чем без меня, я повторю свое предложение. И, думаю, ответ удовлетворит нас обоих.