Мальчик для битья

После приезда Локи погода в Асгарде явно впала в депрессию, объявив бойкот юному чужеземцу. Золотое царство поблекло, а волшебные витражи дворца целыми днями умывались слезами неба. И конца края этому не было видно, каждый вечер дождь лишь становился сильнее. Ливень не располагает к шалостям, поэтому за неделю безделья во дворце Тор со скуки чуть не сломал палец, ковыряясь в носу. Все его привычные радости – игру в мяч, тренировки на поле, ленивое валяние на сочной траве, охоту на детенышей чибисов – смыло дождем. Еще и этот синий мальчишка никак из головы не выходил. Забаррикадировался у себя в покоях и будто специально ходит кушать в разное с Тором время. У принца даже промелькнула мысль, что Локи не ест вообще. А что? Кто знает, чем там йотуны питаются? Но идея была быстро отторгнута как невозможная, поскольку его мать не могла не проследить за тем, чтобы к гостю-пленнику относились с должным асгардским гостеприимством и почтением, включающим чуть ли не насильственное кормление различными деликатесами из всех 9 миров. И Йотунхейма в том числе. Каким бы таинственным не был новый сосед, явно не ищущий его компании, любопытство Тора с каждым мокрым промозглым днем росло, как на дрожжах. И однажды вечером он твердо пообещал себе набраться смелости, чтобы предложить Локи скучать вместе. С такими мыслями юный Одинсон решил делать вид, что готовится ко сну. Хаггард все равно придет проверить, погасил ли он свет, минут через пятнадцать. Фальшиво напевая себе под нос одному ему известный мотивчик, Тор без надежды на успех пытался заглушить звук грома, пока стелил постель. Довольная ухмылка играла на его губах, когда он вспоминал о том, что припрятано у него под кроватью. Неужели Хаггард думает, что, забрав у него свечи из светильников, заставит его спать? Наивный. Проказник залез под кровать и убедился, что его банка с розовыми светлячками на месте. Так же, как и найденная в самом дальнем углу библиотеки книжка с эротическими гравюрами. Тор любовно погладил обложку и улыбнулся в предвкушении. Он пока не признавался себе, что его интересует скорее не процесс, изображенный на рисунках, а трепетное чувство от совершения шалости – чтения запретной литературы. Массивная дверь открылась и появился Хаггард, еще более унылый, чем обычно. Похоже, погода действовала на него не самым лучшим образом. Ничего, Тор это исправит. Наверняка добавление синей краски в шампунь взбодрит его. - Ну, живее в постель, Тор Одинсон. По твоей нахальной физиономии я вижу, что ты что-то задумал, так что мой тебе совет: выкинь это из своей лохматой головы. У тебя есть время до утра, - с этими словами мужчина сердито потушил последнюю свечу, прежде чем сложить ее в сумку и покинуть комнату принца. Молния сверкнула за окном особенно ярко, и Одинсон довольно потер руки. - Ну-с-с, приступим. Проворно нырнув под кровать, он извлек банку-фонарик и аналог асгардской Камасутры. Откинул пшеничные волосы со лба, устроился поудобнее, подложив подушку под спину, и с трепетом открыл книгу. Вступление читать он, как обычно, не стал, а сразу перешел к иллюстрациям поз. Вдоволь рассмотрев 3 картинки, Тор перевернул страницу. - Эк он ее вывернул, однако. Комментарий прямо у него над ухом прозвучал самым обыденным голосом, что не помешало Тору от неожиданности подпрыгнуть на кровати на добрый метр и выронить банку из рук, разбив ее вдребезги. - А еще ты нервный. Локи, снисходительно-презрительно изогнув бровь, наблюдал за перепуганным до полусмерти наследником асгардского престола. - Как ты здесь очутился?! - Ну явно не телепортировался, - насмешка изогнула тонкие губы его собеседника. - Я не слышал, как ты вошел! Ты стучать вообще умеешь?! – гнев в глазах Тора метал молнии не хуже, чем за окном, а единственное, что удерживало от громогласного крика – вероятность того, что его могут услышать. - Конечно умею, но какой от этого толк, если ты не слышишь, будучи поглощенным пусканием слюней на древнюю порнушку. Глаза Одинсона привычно увеличились до размера чайных блюдец, когда до него дошло, за чем его застал Локи, который тем временем как ни в чем не бывало продолжал: - Я был уверен, что ты заметишь мое присутствие, когда я сяду на кровать. Но ты явно душой и телом отдался созерцанию позы «Лиса и крот» и не почтил меня своим вниманием. Так что я удивлен, что ты вообще обратил внимание на мой комментарий. - Обратил внимание?! Да я расхерачил банку по твоей вине и выпустил светлячков! – принц возмущенно указывал на стены комнаты, усеянные розовыми светящимися точками. - Зато теперь у тебя потолок напоминает безоблачное ночное небо, - Локи улыбнулся, указывая тонким пальчиком вверх на невольное творение своих рук. Тор глянул на потолок, и все его негодование исчезло так же, как светлячки из разбитой банки. - А ведь и правда… - юный принц откинулся на подушку, рассыпав по ней длинные золотистые волосы. Гром и молния в очередной раз разорвали ночное небо, и Тор оторвался от блаженного созерцания искусственных розовых звезд. - Минуточку. А что ты здесь вообще забыл ночью? Он развернулся к нежданному гостю как раз в тот момент, когда вспышка молнии осветила комнату, продемонстрировав смущение, столь непривычно смотревшееся на обычно равнодушном лице йотуна. Уж какой острый у Локи был язык, а и он затупился, когда надо было спешно придумать себе оправдание в такой неловкой ситуации. Что бы такого наплести этому белобрысому дубине, чтобы тот не подумал, что… - Ты боишься грозы, Локи? Неловкая пауза красноречивее всякого ответа подтвердила догадку Тора. Ну конечно, это ведь первая ночь за дождливую неделю, когда началась настоящая гроза. Вполне возможно, что Локи вообще никогда до этого момента не сталкивался с подобным явлением природы. Тор решил действовать деликатно, понимая, что страх должен был быть невероятным, раз пересилил гордость йотуна, заставив прийти к нему ночью. - Я не считаю тебя трусом и не осуждаю, - Одинсон говорил мягко и спокойно, пытаясь поймать алый взгляд. – Ты можешь оставаться в моей комнате столько, сколько пожелаешь. Здесь ты всегда желанный гость. Слабое мерцающее освещение розовыми бликами ласкало лица мальчиков, даря ощущение уюта и защищенности, которое не могли нарушить даже вспышки молнии и звуки грома. Легкая улыбка коснулась губ Локи, от чего у Тора появилось ощущение, что часть светлячков поселилась у него в животе. Впервые это красивое создание улыбается искренне, а не насмешливо. Улыбается ему! - Спасибо, Тор Одинсон. Локи лег на подушку, предусмотрительно принесенную из своей спальни, и повернулся на бок, так и не увидев, какое действие возымели его слова на соседа. А наследник асгардского престола еще долго не мог сомкнуть глаз, любуясь розовым светом «неба» и счастливо улыбаясь от уха до уха. *** Солнечный лучик ласково касался кожи, целуя легким румянцем сладко спящего Одинсона. Но проснулся он вовсе не из-за появления за окном долгожданного солнца, а из-за непривычной тяжести у себя на груди. Черноволосая макушка уткнулась ему куда-то в районе подбородка, а ее обладатель мерно посапывал, обхватив Тора всеми четырьмя конечностями. Принц уже было подумал, что это все ему снится, но, когда Локи заерзал и перевернулся на спину, у Одинсона сон как рукой сняло. - Локи, просыпайся. Пожалуйста, просыпайся. Лафейсон сладко потянулся и слегка приоткрыл глаза, бросая на Тора недовольный сонный взгляд из-под длинных ресниц. - Какие-то проблемы? - Да, Локи. У нас проблемы. Вернее, у тебя, - принц был настолько шокирован, что не мог подобрать правильных слов, а лишь смущенно и немного испуганно смотрел на Локи, начинающего терять терпение. - Не вижу никаких… «Проблем» перешло в испуганный визг, когда йотун увидел свои руки. Такие же белые, как у Тора, спешно заткнувшего ему рот, пока тот не перебудил весь дворец. - Локи, успокойся. Если ты не будешь кричать, я отпущу те… Тор болезненно ойкнул, когда острые зубы укусили его за ребро ладони. - Успокоиться?! Поглядел бы я на твое спокойствие, если бы ты за ночь посинел!!! «Резонно», - подумал Одинсон, представив подобную ситуацию, - «Я бы тоже орал благим матом». Но вслух ответил: - Локи, мы вернем тебя в твой нормальный вид, обещаю. Возможно, это как-то связано с тем, что мы заснули вместе… - Выходит, ваша раса – болезнь, передающаяся воздушно-капельным путем? – юный йотун почти что шипел от ярости, разве что ядом не брызгал. Пока что. Чтобы как-то заткнуть и отвлечь его, Тор достал зеркало со столика для умывания вручил его Лафейсону. Предмет возымел должное действие. Локи моментально замолчал, во все глаза уставившись на свое отражение. Изменился не только цвет кожи. Из зеркала на него удивленно смотрели зеленые глаза, а с лица исчезли тонкие узоры. Впрочем, как и со всего тела. Локи выскочил из-под одеяла, как ужаленный, и, подбежав к большому зеркалу, с ужасом понял, что чувствует себя голым без своего привычного цвета кожи. Да еще и в одной набедренной повязке. В голове его непрекращающийся вопль «ЗА ЧТООООООООООО?!» смешался с отборной трехэтажной йотунхеймской бранью, но вслух он промолвил лишь: - Тор, с твоего позволения я одолжу у тебя брюки. И рубашку. И обувь, - взгляд вновь скользнул по своим рукам, заставив Локи скривиться от отвращения. – И перчатки. Тор поперхнулся смешком и решил дополнить логический ряд: - Сразу говорю, что шлема, полностью закрывающего лица, у меня нет. Невинная шутка имела эффект разорвавшейся бомбы. - Шутки шутить удумал со мной?! Так и знал, что это твоих поганых асовских рук дело!!! Локи в два прыжка оказался сверху на Торе, вцепившись в его горло тонкими цепкими пальцами с такой силой, что они начали приобретать тень привычного синего цвета. Но противник оказался в разы сильнее. С легкостью отодрав от себя разъяренного Локи, наследник асгардского престола подмял его под себя, отведя руки йотуна на безопасное расстояние от своего лица и шеи. - А теперь слушай сюда, злобный истерик. Если твое тело решило учудить подобный фокус, то нечего обвинять в этом меня, - Тор говорил очень тихо, но от его тона у Лафейсона побежали мурашки по коже, - Я понимаю, что все мы тебе омерзительны до тошноты, но прояви дань уважения к тем, в чьем доме ты живешь, и убери выражение гадливости со своего хорошенького личика. С этими словами Одинсон отпустил запястья испуганно глядевшего на него парня, слез с него и пошел в купальню, громко хлопнув за собой дверью. В наступившей звенящей тишине Локи, все еще приходящий в себя, тихо прошептал, глядя в пустоту широко распахнутыми глазами: - Хорошенькое личико… *** Тор блаженно плескался в бассейне с ароматной теплой водой, когда услышал 3 осторожных удара в дверь купальни, эхом разнесшиеся по помещению. - Открыто. Локи проскользнул внутрь, шлепая босыми ногами по нагретому мрамору. Он уже натянул на себя брюки и рубашку принца Асгарда, несколько раз подкатав рукава и штанины. Хотя его длинные худые конечности все равно болтались в одежде, как ложки в стакане. - Решил все же сменить гнев на милость и удостоить презренного белокожего смерда своим вниманием? – Тор делано удивленно вскинул брови, подплыв к бортику. Локи воспользовался этим и, стоя у края бассейна, плеснул босой ступней прямо в лицо Тору. - Не язви, тебе это не идет, - в непривычно зеленых глазах плясали чертики удовольствия от собственной выходки. Отплевавшись и протерев глаза, Одинсон приготовился к реваншу: - А таким нахальным созданиям не идет быть сухими. Реакция Локи, сделавшего жалкую попытку отбежать, была куда хуже, чем у Тора, крепко схватившего его за щиколотку. Причитания о том, что он не умеет плавать, утонули в громком всплеске, с которым йотун шлепнулся в воду. - Здесь не глубоко. Тор с довольной улыбкой оглядывал вынырнувшего фыркающего Локи, облепленного покрывалом собственных мокрых волос. - А теперь, когда ты окончательно остыл, я предлагаю отправиться на экскурсию в сады Идунн. Сейчас там особенно красиво сверкают после дождя золотые яблони. Локи уже открыл рот, чтобы запротестовать, но Тор его опередил: - Возражения не принимаются. Разве что ты их пробулькаешь под водой, когда я еще раз тебя окуну. Локи картинно закатил глаза, но все же придал своему лицу максимально смиренное выражение. С капельками презрения в уголках губ, растянувшихся в хитрую улыбку, когда он в знак протеста брызнул водой в Одинсона, вылезавшего из бассейна.