Прочитай меня по обрывкам души

В поцелуе рук ли, губ ли, В дрожи тела близких мне Красный цвет моих республик Тоже должен пламенеть... В. Маяковский

Часы так оглушительно тикают. Стараюсь прекратить трястись и просто выйти в холл, где должен меня ждать Вик. Может, это всё нереально? Может, стеллаж с книгами хорошо приложил меня по голове? Никогда такого не испытывала. Волнуюсь просто до какого-то нереального сумасшествия. Ещё бы… ко мне никогда не подходили парни с подобными предложениями, ну, эм… вру, конечно. Бывало, подходили. Но явно не те, которые привлекательны. А вдруг он устал меня ждать и уже ушёл? Скорее всего. Так будет даже лучше. Да, наверное, лучше. Тогда чего я паникую, в самом деле? Делаю глубокий вдох и, прижав к груди для успокоения собственных нервов пыльный томик выбранного столь внезапно Франца Кафки, выхожу из-за угла, чудом удерживаясь, чтобы не зажмуриться. Поначалу сердце радостно ёкает. Его нет! На смену облегчению приходят разочарование и обида. В холле стоят пустые диванчики, но вдруг я замечаю какое-то движение в тёмном углу. — Ты быстро. — Насмешливый голос сбивает меня с толку, а дар речи утилизируется точно в мусоропровод. Судорожно сглатываю, безуспешно пытаясь пригладить всклокоченные волосы. Чёрт возьми! Он дождался! И… кажется, я даже этому рада. Но теперь я абсолютно не знаю, как мне себя вести, что делать и что говорить. Настороженность сменяется испугом. Растерянность. Такое тупое состояние. Просто идиотское. Смущенно переминаюсь с ноги на ногу. Стараюсь не смотреть в серые глаза парня. Дразнящий запах его парфюма или же лосьона после бритья приятно щекочет мои ноздри, а тепло его тела я ощущаю практически кожей. Успокоиться не получается. Ладони потеют. Хочу выглядеть непринуждённой, но я просто в ужасе. Замечаю, что неловкая пауза затянулась. Но пересилить себя не могу. Почему он-то молчит? Для него подобное явно не впервые. Рискую покоситься на его лицо левым глазом и вижу такую же растерянность, что сразила меня. Чего? — Кхм… ну, пойдём? — Наконец бормочет Вик, мило улыбаясь. Я лишь сдавленно киваю, наблюдая украдкой за тем, как он забрасывает на своё плечо объёмный рюкзак. Да, что это со мной? Он же человек. Просто человек. Да, другого пола, да, симпатичный, но человек. Не укусит же он меня. Улыбаюсь ему в ответ, чувствуя себя до безобразия глупо. Мгновенно расслабляюсь, как и Вик. Он предлагает мне свой локоть. Это странно, непривычно, но я покорно цепляюсь за него. Проходя мимо Анфисы Леопольдовны, я виновато поморщилась, ведь книги так и не забрала, но добрая женщина лишь с изумленной улыбкой одобрительно качнула головой. *** — Только представь, вот ты стоишь на высоком-высоком утёсе. Под тобой плещутся волны, разбиваясь на крохотные брызги об острые камни. Чувствуется запах йода, соли, воды и мокрого песка. Над головой кричат чайки, а солнце скрылось за свинцовыми тучами. И… Я блаженно зажмурилась, практически ощущая кожей прохладный морской бриз. Мы сидели в какой-то неприметной уютной кофейне недалеко от библиотеки и пили горячий ароматный кофе. Поначалу мне было дико неуютно, но… не знаю Вик располагал к себе, а я постепенно чувствовала себя более раскованной. Он очень интересно рассказывал о любимых произведениях, особенно меня поразило то, как он отзывался о небезызвестном Родионе Раскольникове. Сложная личность, созданная сложной личностью. Вику удалось оправдать этого персонажа и заставить меня взглянуть на ситуацию раскаяния героя под другим углом. Люди меняют людей, так он сказал. И именно люди изменили нищего студента, сначала толкнув его на убийство, а потом спасли его, в лице Сонечки. А потом он резко сменил тему. Видимо, моё заинтригованное лицо ему наскучило, и он захотел моего участия в диалоге. Поэтому спросил о моём персональном рае. А я машинально выдала про утёс, скалы, море… Вик замолчал. Фоновая музыка зазвучала громче. Я рискнула приоткрыть один глаз и наткнулась на изучающий серый взор, смутивший меня до глубины души. — Продолжай. — Хрипло попросил парень, незаметно придвигаясь ко мне ближе и не сводя своего проникновенного взгляда с моей переносицы. Я растерялась. Что? — Продолжай говорить, мне нравятся твои мысли. — Но, я не знаю, что ещё сказать… — Вконец оробела я, хлопая часто-часто ресницами. Парень ободряюще улыбнулся. — Хорошо. Тогда так. — Он немного наклонил голову и заискивающе посмотрел мне в глаза. — Твой рай, он существует? — Наверное. — Я пожала плечами, не понимая, к чему он клонит. — Где? — Точнее, в ком. — Поправила его я и тут же прикусила язык, но Вик уже уставился на меня со всей своей заинтересованностью, поэтому мне пришлось потупиться. — В ком? Я опять зажмурилась и сделала глоток кофе. Парень не торопил, но мне самой уже отчаянно хотелось поделиться с ним своим мнением на этот счёт. — Я считаю, что у каждого человека есть своя зона комфорта. У кого-то она включает в себя огромные толпы людей, а у кого-то там не хватает места даже для одного человека. Я всегда верила, что для одного человека в моём мире найдётся место, но… боюсь, мне быстро надоест. Я умолкла, но не успела даже моргнуть, как вдруг ощутила покалывание на своих губах. Что? Я широко распахнула глаза в недоумении и увидела перед собой длинные тёмные ресницы и веснушки, принадлежащие чьему-то лицу, которое находилось в неприлично опасной близости от меня. Пока я медленно соображала, что происходит, моё тело точно взяло всё руководство на себя вместо разума. Я подалась вперёд и, приоткрыв слегка рот, поймала настойчивые губы Вика, увлекая их в поцелуй. Ой-ёй. Парень легко улыбнулся, опуская одну руку мне на талию, а другую кладя на мой затылок и зарываясь тонкими пальцами в распущенные волосы, и притянул меня ближе к себе. От него пахло крепким кофе. На его губах ощущался горьковатый привкус этого терпкого напитка. Я забыла, о чём думала и говорила. Мне было невероятно странно. Тепло. А ещё непривычно щекотало живот и покалывало рот от его практически незаметной щетины. Я прикрыла глаза, отдаваясь полностью во власть гормонов. У него были приятные губы. Мягкие. Немного потрескавшиеся, но от того чуть шершавые, что обостряло тесный контакт до безобразия, даря сотни неизвестных мне ранее эмоций. Вихрь контрастов, противоречий и чувств. Такой резонанс с моей обыденностью. Дыхание слегка сбилось, а перед зажмуренными глазами мелькали тёмные и цветные пятна вразброс. Сердце колотилось без остановки. Какая пауза между сокращениями мышцы? Её просто не было. Звук тока собственной крови напоминал стук колёс поезда… неописуемо. Неожиданно почувствовав настойчивое проникновение влажного языка, который пытался разомкнуть мои губы пошире, я с силой сжала зубы, не давая Вику продвинуться дальше моих губ, и оттолкнула от себя нахального парня. Мысль о том, что кто-то лизнёт меня, показалась невероятно противной. Что только что произошло? Я, запыхавшись, поправила слегка растрепавшиеся волосы и укоризненно взглянула на парня. Он был озадачен не меньше меня. — Прости. — Пробормотал еле слышно брюнет, потирая двумя пальцами переносицу и избегая смотреть на меня. Хм… неужели он сам от себя такого не ожидал? Очень интересно. Меня не столько напугала эта ситуация, сколько удивила. Я даже не смутилась. Мне было просто любопытно. Я столько читала в книгах о поцелуях, более того, о первых поцелуях, но… из всех перечисленных признаков у меня только сбилось дыхание, да зашкаливал пульс. Никаких бабочек, потеющих ладоней и полыхающих щёк… Влажно, тепло, отчасти приятно и непривычно… Парень, наконец, соизволил поднять на меня свой взор льдистых зрачков. Сумасшедший цвет. Мне определённо нравится. — Ты не сердишься? — Он выглядел растерянным и сконфуженным, но ловко прятал это за маской обеспокоенности. Я отрицательно качнула головой. Губы немного пощипывало. Кажется, они слегка распухли, но это можно пережить. Хорошо было то, что Вик позволил мне всё оборвать, пока это не зашло глубже и дальше, чем следовало. Мы ведь не пара, у нас даже не свидание. Мы познакомились всего час назад в библиотеке. Как-то быстро всё завертелось. Я даже в себе разобраться не могу. — Можно один вопрос? — Осмелела я, задумчиво глядя на замершего с кружкой кофе парня. — Да, давай. — Согласно кивнул он, прихлёбывая ароматную жидкость. — Зачем ты это сделал? Он поперхнулся и закашлялся, а я со снисходительной улыбкой похлопала его по спине. Забавный он, однако. У меня рядом с ним даже всякая робость пропадает. Это неожиданно. — Просто ты так описывала всё… что… - он, колеблясь, тряхнул головой, точно отгоняя прочь свои какие-то воспоминания. — Что я всё живо себе представил. Твой личный рай — это то, как выглядит твой мир в твоём понимании. Твоя зона комфорта. Я ощутил даже ветер и запах. Только мне картина показалась неполной. Романтики, что ли, не хватило. Море. Сумерки. Погода перед грозой. Свобода — это прекрасно. Мой мир мне виделся всегда таким же, но есть одно главное отличие. В своём мире ты была одна, а в моём мире всегда было обязательно присутствие красивой девушки-незнакомки, которое дополнило бы и без того изумительный пейзаж. На его губах появилась виноватая, но от этого не менее озорная улыбка. — Красивая девушка? — Просмаковала задумчиво столь необычное для моего слуха словосочетание я. — Да, красивая девушка. — Подтвердил Вик. — Как ты… Я вздрогнула и отчего-то покрылась вся мурашками. Он взволновал меня этой репликой? Господи, да что не так с этим парнем? Я постаралась скрыть своё смущение за деланным равнодушием. — Я не красивая. — Мне виднее. — Он хитро усмехнулся и подмигнул мне. *** К этому разговору мы больше не возвращались, но мне всё равно не давал покоя тот факт, что кто-то посчитал меня красивой. Во мне же не было ничего особенного. Рыжие волнистые волосы в вечном беспорядке и простые до безобразия черты лица. Я и косметикой-то почти не пользовалась. Такое впечатление, что я попала в сказку или мультик. Всё настолько непривычно. Знакомство в библиотеке. Первый поцелуй, который запомнится мне навсегда вкусом кофе и негромкой музыкой. А ещё… кажется, мне впервые кто-то начинал нравиться. И этого кого-то я знала от силы часа два-три. Вик не казался другим, он был другой. Совершенно. Он отличался от моих дегенератов-одноклассников всем. Интересами, видением мира, даже мимикой. Не знаю… я затруднялась сказать, сколько ему лет. Да и узнавать такие банальные вещи мне просто не хотелось. Но… он заинтересовал меня. Ой, как заинтересовал. И, хотелось надеяться, что я его тоже. А ещё мне просто до безумия нравилась его внешность. Никогда не замечала за собой подобного. Нет, он не красавчик. Совсем не красавчик. И в то же время… мне просто срывало шифер. И, чего уж греха таить, я бы поцеловала его вновь, но жутко этого стеснялась, да и момент уже был упущен. Вик проводил меня до дома, по-джентельменски донеся мой рюкзак с книгами, точнее, с книгой, до самого подъезда. И в один момент всё стало так сложно. Прощаться с ним не хотелось. Но и позвать его к себе, якобы на чай, я не решилась. Никогда не думала, что я настолько нерешительная. Но ведь это было впервые. Вик подождал, пока я поковыряюсь в карманах в поисках ключей и открою тяжёлую домофонную дверь. Вот и всё. Я с тоскливой улыбкой взглянула на него, собираясь сказать ему отвратительное «пока», однако внезапно оказалась в тёплых дружеских объятьях. Удивительно открытый человек. Такое просто сбивало с толку, но я обняла его в ответ, глупо скалясь. — Завтра. В девять вечера. Крыша твоего дома. Не опаздывай. — Шепнул он мне в ухо и сразу же отпустил, даря свободу. Я всё ещё пребывала в каком-то ступоре, когда он махнул мне рукой и, развернувшись, быстро пошёл вперёд, ероша пятернёй свои тёмные волосы. Он, что, только что назначил мне вторую нашу встречу? Завтра? Я же теперь точно не усну! Вдруг захотелось громко завопить от всех тех эмоций, что переполняли меня, а потом разбежаться и спрыгнуть с чего-нибудь высокого. Почему-то мне отчётливо поверилось в то, что я могу сейчас взлететь высоко-высоко и дотянуться до звёзд. Нет, определённо я сходила с ума. Сходила с ума от искажённой внезапной встречей обыденности.