Rate on life

Небольшая больничная палата без окон, насквозь пропахшая антибиотиками и медицинским спиртом, от которого порядком болит голова, и раздающийся посреди оглушающей тишины надрывный, раздражающий писк аппарата сердцебиения и звук сокращения прорезиненной трубки, вентилирующей легкие. Светлые стены и даже пол в помещении. И среди этой стерильной белизны одно единственное грязное пятно - сам пациент, тело которого, опутанное множеством проводков, неподвижно покоится на больничной койке. - Какие прогнозы, доктор? - выдыхаю, устало потирая переносицу, покосившись в сторону Грэя, и поправляю белый халат, в очередной раз недоумевая, как так могло произойти? Зачем избавляться от арестованного, когда он вовсе не горел желанием сотрудничать со следствием? Такие крепкие орешки просто так не раскалываются и упорно хранят молчание до последнего, а, в крайнем случае, пускают себе пулю в лоб, как только представляется возможность. Эти люди воюют за идею, а не за деньги, хотя никогда добровольно от них не отказываются. Это дело с каждым днем становится все более запутанным и чем дальше, тем больше я понимаю, что рискую вскоре потерять нить всего происходящего. - Боюсь, что ничем не могу вас порадовать, госпожа капитан, - пожилой врач сочувственно качнул головой и поправил съехавшие на нос очки. - Несмотря на то, что мы вывели яд из организма пациента, он все еще очень слаб и есть риск отказа некоторых внутренних органов. Поэтому, если через пару недель он придет в себя, то это будет большая и безусловная удача, - заканчивает мужчина и складывает руки в замок впереди себя, одаривая меня взглядом, полным ожидания. - Пару недель? - пораженно протягиваю, не скрывая своего удивления. - У меня нет и нескольких суток, доктор. Я не могу оставить арестованного здесь - это слишком опасно. Если убийца без труда проник в полицейский участок, что уж говорить о вашей больнице, - вскидываю руки, замечая, как мужчина уже собирается перебить меня. - Нет, я нисколько не сомневаюсь в вашей честности и законопослушности, но вы не можете уследить за всем. Вы не знаете, кто может проникнуть сюда даже под видом пациента. Поэтому я намерена через два дня перевезти его в закрытый госпиталь на территории следственного изолятора в округе Янчон, это возможно? - Думаю, мы вполне сможем стабилизировать его состояние за отведенное вами время, - согласился доктор, задумчиво потерев подбородок. - Вынужден признать, что мы и, правда, не можем гарантировать безопасность вашего подозреваемого, мы ведь не ведомственное заведение, находящееся в вашей компетенции. - Благодарю за понимание, - кланяюсь и покидаю палату, раздав последние инструкции оставшейся у дверей охране, и спускаюсь в холл, где меня уже ждал сержант. - Ну, как там? - опасливо протянул офицер. - Глухо, как в бронепоезде, - раздраженно отзываюсь, но с благодарностью принимаю из рук Хенсу стаканчик с кофе. - Состояние подозреваемого тяжелое и врач не делает никаких прогнозов. Грэй может прийти в себя, а может и не прийти. Черт! - выругиваюсь и с раздражением пинаю урну, стоящую около автомата с напитками, не обращая никакого внимания на недовольные взгляды медсестер. - И привлечь ведь некого, все на тот свет попрятались! - Но, что все-таки произошло в участке, Сора-ши? Убийца просто так проник в здание и его никто не видел и не слышал? - недоумевая, произнес сержант. - Дежурный утверждает, что никто из посторонних не входил в здание, но двое охранников у дверей в изолятор были убиты и найдены запертыми в этой же камере, вместе с отравленным Грэем, - делаю очередной глоток и опускаюсь в кресло, глядя на взвинченного сержанта, меряющего шагами холл больницы. Но это значит, что предатель среди нас! - воскликнул офицер. - Как такое возможно? - Либо нам просто подкидывают эту версию, - тихо произношу, будто сама себе, но и этого хватает, чтобы Хенсу услышал и удивленно возарился на меня. - Пытаются заставить нас подозревать друг друга, хотя в этом нет нужды, ведь в отделе есть только два человека, которые готовы перегрызть друг другу глотки и занимающиеся одним и тем же делом - это я и капитан Пак. Но какова цель? Дождаться, когда у офицеров сдадут нервы и один пристрелит другого? Или дождаться, когда у генерала кончится терпение, и он отстранит меня от расследования? - А, что если это капитан Пак? - заговорщически прошептал сержант, присев на подлокотник кресла. - Брось, ты ведь следил за ним, так? - откидываюсь на спинку, вопросительно глядя на офицера, и тот поспешно кивает головой. - Так точно! - отрапортовал Хенсу. - Но весь маршрут капитана состоял только из поездок по каким-то бытовым магазинам, а после он заехал пообедать, - понуро произнес мужчина, заставив меня непроизвольно напрячься. - Ты уверен, что он не видел тебя? - задумчиво хмурюсь и поднимаюсь на ноги, выкидывая пустой стаканчик в урну, и оборачиваюсь к молодому человеку и, дождавшись положительного кивка, горько усмехаюсь. - Скорее всего, заметил. Пак никогда не позволит себе заниматься побочными делами в разгар рабочего дня. Я, признаться, вообще слабо представляю капитана, покупающего кондиционер для белья или губки для мытья посуды, - тихо усмехаюсь, прикрывая рот рукой, и вновь перевожу взгляд на подчиненного. - Если предположить, что он знал о готовящемся покушении, то тогда причины его бездумной поездки ясны - обеспечить себе алиби. Но я чувствую, что он оказался сегодня у банка не просто так. Он следил за генералом, я в этом уверена! Но зачем, если предположить, что командующий нас продал и они заодно? Или же нет? Ведь Сон ездил на базу AOM, а не Illionaire. Может, Пак работает на них? - Капитан! У меня уже голова пухнет! - страдальчески произнес мужчина, усиленно потирая виски. - Нужно поесть. Я ведь, между прочим, остался без обеда, - недовольно произнес мужчина, сложив руки на груди, заставив меня невольно улыбнуться. Все-таки в Хенсу еще осталось что-то детское, непосредственное. - Езжай, - согласно киваю и дружески хлопаю подчиненного по плечу. - Я поеду в управление. У криминалистов уже должен быть готов отчет. Встретимся там, - мужчина кивает, и мы вместе покидаем помещение больницы, направляясь в противоположные стороны. Департамент встретил меня уже привычной суетой и напряжением, которым буквально пропитался весь воздух в здании, но там, куда я направлялась, было всегда тихо и прохладно. И хоть я не любила это место, сейчас оно мне казалось самым лучшим, на предмет того, где можно скрыться от любопытных глаз. Локо вновь кружил ястребом над "разделочным столом" и насвистывал незнакомую мелодию, ловко орудуя медицинским инструментом, когда мне неожиданно пришлось отвлечь его от своего занятия, насколько раз постучав о металлическую дверь. - Привет еще раз, нуна! - улыбается лейтенант, салютуя окровавленным скальпелем и накидывая плотную простынь на тело своего сегодняшнего "клиента", отходя к раковине, чтобы снять перчатки и сполоснуть руки. - Ты получил образцы крови Грэя? Есть результаты? - начинаю без лишних предисловий, усаживаясь в уже так полюбившееся кресло криминалиста. - Да, но порадовать ничем не могу, - расстроено улыбнулся молодой человек и скинул рабочий халат. - Его отравили тем же ядом, что содержится в пулях Illionaire. Доза была не слишком большой, но и ее хватило, чтобы ввести нашего стрелка в состояние комы. Если бы его вовремя не откачали, то у меня работки прибавилось бы. - И что это должно означать? Гонзо решил от провального агента избавиться? Но зачем, ведь тот все равно молчал? - устало выдыхаю и прикрываю глаза, массируя напряженные виски, откидываясь на спинку кресла. - Господи, Локо! Я уже совсем ничего не понимаю! - надрывно произношу сквозь стиснутые зубы, опираясь локтями о колени, запуская пальца в распущенные волосы. - А ты не думала, что это было сделано по приказу босса AOM? - задумчиво произнес лейтенант, присаживаясь на край стола. - В конце концов, Грэй из их числа. - Ты ведь сам сказал, что яд, которым был отравлен Сонхва идентичен тому, что содержится в пулях? Но, если в этом замешаны AOM, то дело это не упрощает. Об их боссе ничего неизвестно. К тому же, мы до сих пор не знаем, что их связывает с триадой? Что, если эта группировка лишь одна из их ячеек на территории Кореи и руководство осуществляется, что называется, из-за кордона? Я не поверю, что триада из благородства поддерживает своих младших "коллег", но вот исходя из родственных связей вполне, - выпрямляюсь и с благодарностью принимаю из рук Локо стакан с водой, делая пару глотков. Они хоть и бандиты, но имеют свои собственные понятия о семье, чести и возмездии. Своих они просто так не бросают. - Так запроси помощи у наших коллег из Гонконга! - воодушевился криминалист. - Может хоть немного информации удастся найти? - Нет, - разочарованно качаю головой и звучно опускаю стакан на стол. Пара капель все-таки выплескивается на рабочие документы Локо, и молодой человек демонстративно встряхивает их, а после убирает в выдвижной ящик, закрывая его на ключ для пущей надежности, а мне же внезапно становится стыдно. Да, "гадить" на чужой территории как-то не комильфо. - С тех пор, как наш суд вынес постановление о запрете на экстрадицию Ван Тао, а после оправдал и выпустил его на свободу, они и портянки не дадут. Не любят нас китайские правоохранители, поэтому рассчитывать нужно только на себя. - Ван Тао? Ты о том беглом майоре, который убил двух сослуживцев и украл важные разведывательные данные? - нахмурился лейтенант. - Прошло так много времени, неужели они до сих пор помнят это? - Конечно! - удивленно восклицаю и окидываю коллегу недоумевающим взглядом. - Был жуткий международный скандал! В тот год с обеих сторон много министерских голов полетело. Я хорошо помню, то было как раз в момент моего окончания Академии. - Но, как его оправдали, ведь у следствия были все доказательства? - недоумевал криминалист. - В то время наша судебная система была не в самом лучшем состоянии. Правительство было больше озабочено постоянными стычками с северянами, чем внутренними проблемами. Это привело к тому, что показаний одного свидетеля было вполне достаточно, чтобы адвокат подогнал дело под нужный ему финал и преступника выпустили... - Как же другие свидетели? - перебил Локо, нервно меряя шагами кабинет. - Сам догадаешься? - усмехаюсь и прикрываю глаза, силясь вспомнить детали, чтобы сформировать у младшего полную картину произошедшего. - Двое из них убиты, а третий заявил, что ничего не помнит. Четвертый соответственно выступил на стороне Ван Тао и суд вынес оправдательный приговор. Большего мне неизвестно, кроме того, что этот китайский офицер сразу же уехал из страны. - А кем был четвертый свидетель? Что стало с ним? - молодой человек остановился и повернулся ко мне лицом, задумчиво потирая подбородок. - Я знаю, что он был государственным служащим и тоже носил звание майора, но был ли он военным или полицейским? Он был хорошо знаком с подсудимым, и все аргументы строил именно на этом, пытаясь убедить судью, что его друг лишь защищался. Впрочем, это и, правда, было так давно. Мутная история и очень нехорошая. - Я все-таки поищу данные об этом свидетеле, - хмыкнул офицер. - Это дело меня заинтересовало. - Можно подумать, что тебе больше нечем заняться, кроме как копаться в делах двенадцатилетней давности? - усмехаюсь и кивком головы указываю на неизменно стоящие в центре помещения каталки, на которых покоятся несколько тел, и поднимаюсь на ноги. - Если я не буду ничем другим заниматься, то скоро сойду с ума! - притворно испуганно воскликнул лейтенант. - Кстати, что там с антидотом? Ты обещал сделать, - оборачиваюсь уже у самого порога и вопросительно вскидываю бровь. - Нам ведь надо нашего новоиспеченного коматозника в чувство приводить. - Скоро будет готово, нуна. Я сообщу, - киваю на прощанье коллеге и покидаю помещение, возвращаясь в свой рабочий кабинет, где наверняка просижу до поздней ночи, пытаясь тщательно спланировать следующие действия. Через три дня истекает срок, данный мне генералом на окончание расследование, которое до сих пор не сдвинулось с мертвой точки, а покушение на одного из подозреваемых ничуть не убавляет дел. Да и вообще поведение самого Сона не поддается никакому объяснению. Если он хоть как-то связан с AOM, то наверняка способен тормозить ход следствия. Как бы ни было неприятно осознавать, но мое положение среди прочих самое шаткое. Возможно высшие чины, причастные к этому делу уже и вовсе списали меня со счетов и только и ждут, когда я допущу финальную ошибку, чтобы спустить всех собак и сделать единственной виновницей. Если бы у меня была хоть маленькая зацепка, за которую можно было ухватиться, как спасательный круг, чтобы не потонуть в этой лжи, в которой я уже и без того погрязла. Я покидаю управление уже после полуночи, когда на улицах стихает гул машин, и невольно вспоминаю, что так было не всегда. Раньше люди спокойно гуляли и отдыхали, несмотря на поздний час, но из-за роста преступности теперь боятся покидать свои дома и нигде не задерживаются слишком надолго, понимая, что большинство районов с наступлением ночи превращаются в преступные гетто и горе тому, кто попадется на пути тамошних обитателей. По пустой трассе до самого дома не более пятнадцати минут, чему я чрезвычайно рада, ведь сегодняшний день окончательно вымотал меня, и я с большой радостью паркую машину и захожу в подъезд, поднимаясь на лифте на нужный этаж. Но от былого счастья не остается и следа, когда я вижу приоткрытую входную дверь, хотя отчетливо помню, как запирала все замки. Кажется, что разом напрягаются все мышцы в теле, а инстинкты, выработанные годами, обостряются и я отточенным, уже привычным движением вынимаю из кобуры пистолет, снимая его с предохранителя, и осторожно толкаю дверь, проникая в помещение. Внешне замок не был поврежден, а значит, что у неизвестного есть дубликат ключей или же он первоклассный взломщик. В квартире полная тишина, нарушаемая только шорохом легкой органзы, насквозь продуваемой ветром из распахнутых настежь окон, которые так же были закрыты. Но несмотря ни на что, я была уверена, что неожиданный визитер все еще здесь. Интуиция никогда еще меня не подводила, и этот раз не стал исключением. - А я уже заждался, - прошелестел над ухом мужской голос и я не успеваю даже полностью повернуться, не говоря уже о том, чтобы применить оружие. Неизвестный перехватывает запястье руки, ладонь которой сжимает пистолет и резко бьет о свое колено, вынуждая вскрикнуть от боли и выронить ствол на пол. А уже в следующее мгновение падаю на пол, утыкаясь лицом в светлый ковер, но незнакомец не оставляет меня в покое и вновь переворачивает на спину и я, наконец, могу рассмотреть его лицо и ошарашено выдохнуть. - Ты?