Голодный принц

Восьмичасовой перелет из Лондона в Абу-Даби казался вечностью. Не смягчал обстоятельства даже тот факт, что Малики летели на частном самолете. Его мама и сестры, заливисто смеясь, смотрели какой-то мультфильм про умеющую готовить крысу. Зейн пятнадцать минут пялился в экран, честно стараясь вникнуть в суть сюжета и шуток, но у него ничего не получалось, забавный крыс не вызвал и малейшего намека на улыбку. В какой-то момент к нему тихо подошел посол и увел в другой конец салона. - Нечего им глаза мозолить своим кислым лицом, - довольно резко сказал Ясер, но, все же, протянул сыну рюмку коньяку. Зейн сел рядом с отцом и тяжело вздохнул. - Интересно, я когда-нибудь смогу опять смеяться? - Сможешь. - Когда? - Когда произойдет что-то очень и очень смешное. Под алкогольными парами полет был куда короче. Путь до роскошного отеля, заселение, какие-то приемы, на которых должна была присутствовать вся семья… Для Зейна все это слилось в серое, неинтересное пятно, какими были и недели перед отъездом. В один из свободных вечеров, когда почти все постояльцы уже разошлись по своим люксам, Зейн спустился в сад, опоясывающий напоминающий дворец отель. Он сел на самой кромке бассейна и с наслаждением опустил ноги в прозрачную воду, казавшуюся в свете фонарей голубой. Он так хотел бы наслаждаться новым городом, его яркими красками, теплыми ночами и сиюминутной тишиной. Но ничто, даже роскошный отпуск в другой части мира, не помогало ему избавиться от тяжелых мыслей. Луи Томлинсон, нет, Луи Остин никак не мог покинуть его голову. Прошло две недели с момента их последней встречи в посольстве, и через Ясера Зейн узнал, что Луи не раз просил о встрече с ним. Все его просьбы пресекал Трой Остин, видимо, решивший на этот раз запоздало заняться воспитанием своего двадцатитрехлетнего сына. Сейчас Зейн понял, что ему совсем не нравится босс Скотленд-Ярда, но он был благодарен ему за эти меры. Малик не был уверен, как поступит, встретив Луи, – со всей обидой изобьет его или со всей своей медленно тускнеющей любовью бросится целовать. Одно Зейн знал точно – даже смутно понимая мотивы Луи и его отчаянные, какие-то детские попытки привлечь родительское внимание, он не мог простить этого обмана. Попытавшись вновь представить Луи в своей квартире, он ощутил лишь тревогу и опасения, что этот актер снова сможет его обмануть. Был только один выход – постепенно выдрать из своей груди это проклятое чувство, название которого на языке теперь ужасно горчило. Вот только Зейн понятия не имел, сколько ему понадобится на это времени. И какими вообще способами люди лечат разбитое сердце? Он почти час провел в блаженном одиночестве, лишь изредка мимо проходил персонал отеля, никак не докучающий гостю. Но потом Зейн услышал стремительно приближающиеся шаги, пока за спиной не раздалось: - Привет! Зейн с неохотой развернулся, чтобы увидеть позади парня примерно своего возраста и явно европейской внешности. - Ты Зейн Малик, верно? – спросил незнакомец, плюхаясь рядом и тоже опуская босые ноги в воду. - Я что, знаменитость? - Ну… не знаю, возможно, да, в каких-то кругах. Нас представляли вчера на вечеринке у шейха, ты не помнишь? Зейн отрицательно мотнул головой. - Нет. - Я Лиам Пейн, - парень, улыбаясь от уха до уха, протянул ему ладонь. Зейн мельком глянул на его руку и, внезапно сам для себя, спросил: - Сможешь подтвердить? - То есть? – оторопел Лиам. – Документы, что ли, показать? - Я… извини, я не то сказал, - смутился Зейн и уставился на свои колени. Лиам опустил так и не пожатую ладонь. Малик не видел его лица, но голос парня звучал уже не так радостно. - Наши отцы знакомы, - пробормотал Лиам. – Мельком, правда, всего пару раз пересекались по работе… Я тоже из Лондона. - Ты не должен ничего доказывать. Это просто мой личный заскок, вот и все. - Я и не доказываю… Ты, вроде, не настроен на знакомство. Мне уйти? Зейн поднял на него взгляд. Лиам был привлекательным. Он смотрел на него с умеренным интересом и, как показалось Зейну, с толикой сочувствия, будто заметил что-то неладное. - Да. Извини, но я, правда, хочу побыть один. У меня такое чувство, будто по мне недавно грузовиком проехались несколько раз. - Хорошо, - беззлобно ответил Лиам и, взбаламутив воду, поднялся на ноги. – Но, если вдруг захочешь выговориться, найдешь меня в этом же отеле. Тут, конечно, потеряться немудрено, но все равно… Зейн покивал в знак согласия и снова устремил взгляд в звездное небо. - Лиам Пейн, запомни, - раздался за спиной удаляющийся голос. – Даже паспорт покажу, если захочешь. *** Десять месяцев спустя - О-о-о, да, это просто шикарно! - Век бы из этой постели не вылезал… - Интересно, а что-то посерьезнее она выдержит? Зейн и Лиам, нежась на мягких подушках, одновременно повернулись друг к другу и разразились громким смехом. К реальности их вернуло умоляющее щебетание девушки-консультанта: - Сэр, пожалуйста, менеджер не должен это видеть! Малик и Пейн быстро вскочили с витринного образца огромной круглой кровати, на которой уже успели и попрыгать, и полежать. Не медля, Лиам потащил их в другой отдел, где они с размаху упали на огромное ложе в викторианском стиле, больше похожее на музейный экспонат. Семенящая за ними работница магазина, похоже, смирилась со своей несчастливой судьбой и махнула рукой на двух взрослых парней, ведущих себя, как пара озорных мальчишек. - Она, конечно, удобная, но не влезет в спальню, - с сожалением признал Зейн, поднимаясь на ноги. - Тебе не угодишь, - фыркнул Лиам и вытянул шею, оглядывая ряды спальных гарнитуров в кажущемся бесконечном салоне. – Вон там, вроде, что-то интересное виднеется. Они успели пройти всего пару шагов, но вдруг Зейн замер, как вкопанный, а Лиам тут же врезался в него. Из-за стеллажей донесся голос, который он, приложив много усилий, уже почти забыл. - Лили, подожди, ну куда ты меня тащишь? В нескольких метрах от них из-за поворота выбежала девочка лет десяти, тащащая за собой старшего брата. Зейн, действуя скорее инстинктивно, чем осознанно, сделал шаг назад и спрятался за Лиама. - Вот, посмотри, как красиво! – воскликнула девочка, показывая брату нежный резной гарнитур из светлого дерева. - Красиво, да. Но мы ищем что-то иное, - мирно ответил Луи Остин, оглядываясь по сторонам. Не отпуская руки сестры, он медленно пошел в их сторону, и Зейн, схватив Лиама за шиворот, оттащил его за массивный гардероб. Пейн нисколько не удивился, только азартно спросил: - Мы опять в шпионов играем? Зейн тихо зашипел на него, и Лиам тут же замолчал. Малик во все глаза следил за Луи, осматривающим мебель. Он надолго задержался у викторианской кровати, которую они успели «протестировать», и жестом подозвал к себе кого-то. Сначала в поле зрения появился уже знакомый Зейну босс Скотленд-Ярда, а затем – высокий кучерявый парень. - Что скажете? - Разве что бабушке этот антиквариат подарить, - хмыкнул Остин-старший. – Лучше посмотрим соседний отдел, там, вроде, более современная мебель. - И кто бы мог подумать, что обставить квартиру – это такой геморрой, - пробормотал Луи. - Это мы еще до гостиной и кухни не добрались, - «успокоил» его отец и, забрав с собой дочь, ушел вглубь магазина. Высокий парень чуть улыбнулся Луи и спросил низким голосом: - Не устал? - Есть немного, - вздохнул Остин. – И от таблеток спать хочется. Незнакомец приподнял руку в пригласительном жесте, и Луи доверительно прильнул к его боку. Так, обнявшись, они медленно пошли за Остином-старшим. Зейн уперся лбом Лиаму в плечо и резко выдохнул. Каковы вообще были шансы, что из всех мебельных магазинов в огромном Лондоне Луи Остин и его семья выберут именно этот, и именно в тот день, когда Зейн решит, что непременно должен приобрести новую кровать? Решив, что объяснит все растерянному Лиаму позже, Зейн еще полчаса изображал из себя преследователя, следуя за Остинами по пятам по огромному торговому залу и прячась за разными предметами мебели. В итоге, сделав спец-заказ на кровать, двое молодых людей покинули магазин, прихватив с собой и младшую дочь Троя, пока тот расплачивался на кассе. Сквозь затемненную витрину Зейн прекрасно видел, как Луи зевает во весь рот, держась за высокого незнакомца. Втроем они перешли узкую дорогу и остановились около светлого «БМВ». Этот момент Зейн и выбрал, чтобы, наконец, заявить о своем присутствии. Почему-то ему казалось, что не просто так он встретил эту семью именно сейчас. - Мистер Остин! Трой обернулся, и, стоило ему заметить Зейна, как брови мужчины поползли вверх. Он сразу же кинул взгляд через плечо на улицу, где его сын уже сел на заднее сидение «БМВ». - Надо же, какое совпадение, - Остин-старший пожал Зейну руку, мельком оглядывая Лиама. – Как семья? Мы с Ясером уже месяца три не пересекались. - Все отлично, - Зейн помедлил и кивком указал на улицу. – Как он? - Хорошо, - уклончиво ответил Трой. Но, видимо, он заметил что-то во взгляде Зейна, потому что изменился в лице и, тяжело вздохнув, заговорил пониженным тоном: - Уже лучше. Ноябрь и зима были очень трудными. Вся эта история с тобой серьезно на него повлияла… Он почти сразу же уехал к матери. Сам захотел обратиться к специалистам, прошел курс терапии. Сейчас он в отношениях и, похоже, там все серьезно. Трой снова обернулся и глянул в сторону своей семьи. Около автомобиля кучерявый парень о чем-то весело переговаривался с маленькой Лили Остин, на магазин оба не обращали внимания. - Извини, Зейн, но я не хочу, чтобы вы виделись. В кои-то веки мой сын успокоился и ведет себя, как нормальный человек. Его жизнь начала налаживаться. Боюсь, если вы с ним столкнетесь, в Луи опять что-то сломается. Зейн слушал его, сцепив зубы, стараясь одновременно не упустить ни капли информации и не начать возражать. Малик понимал, что Трой в первую очередь переживал за собственного сына, но слова мужчины звучали так, будто это он, Зейн, был причиной всех бед. - Ясер говорил, что тебе тоже непросто все это далось, - вдруг сказал Остин. – Поверь, Луи сожалеет. Ни разу после своих «спектаклей» он не переживал так сильно. Я знаю, что он не успел нормально попросить у тебя прощения, но, пожалуйста, не пытайся встретиться с ним ради этого. Я сам извиняюсь за него. То, каким Луи вырос, исключительно моя недоработка. Через неделю он возвращается в Нью-Йорк. Надеюсь, за это время таких случайных встреч больше не будет. Они быстро, холодно распрощались. И только после того, как «БМВ» отъехал от магазина, Зейн понял – он не сказал ни слова из того монолога, что давно выстроил в своей голове. Лиам, все это время маячивший где-то сзади, осторожно тронул его за плечо и спросил: - Это тот самый…? - Да. Они так и не купили новую кровать, а домой возвращались в полной тишине. Зейн продал квартиру в Ковент-Гарден еще в январе, а новую купил, почти не глядя. Теперь он проживал в Пимлико, далеко от театров, клубов и тяжелых воспоминаний, но близко к семье. Лиам переехал к нему два месяца назад, в июле, когда они окончательно уверились в том, что хотят жить вместе. Оказавшись дома, Зейн так же молча занялся своими рабочими делами. Лиам, видя, что он не желает разговаривать, приставать не стал. До самого вечера Зейн тихо психовал, излишне сильно дубася по клавишам, пока ему не стало слишком холодно одному в гостиной. Лиама он нашел в их спальне – Пейн лежал, облокотившись на подушки и подпирая коленями свой макбук. Не издавая ни звука, Зейн забрал у него компьютер и втиснулся между расставленных ног, падая на парня сверху и прижимаясь щекой к груди. Лиам запустил пальцы в его отросшие волосы, мягко массируя кожу головы. - Извини, что испоганил весь выходной, - наконец, вздохнул Зейн. – Просто, черт, я почти год его не видел… Почему именно сейчас, а? Лиам, как мог, пожал плечами, продолжая гладить его по волосам. Зейн рассказал ему всю историю о Луи, еще когда они были лишь друзьями, и поначалу Лиам даже не поверил, считая, что Малик его разыгрывает, а нормальные люди такие жестокие игры не затевают. Но, видя потухшие глаза друга, он быстро сообразил, что к чему, и, как мог, помог Зейну выйти из этого состояния. - А ты бы хотел с ним встретиться? – спросил Лиам. – Поговорить? Только не отвечай сразу. Зейн честно задумался на тридцать секунд. - Нет. Я даже не знаю, что ему сказать. Это не просто какой-то мелкий обман, это даже не измена. Он притворялся другим человеком, создал образ и не выходил из роли. Может, там где-то и мелькала правда, но ее было ничтожно мало, она уже никакого значения не играла. Они молча лежали еще с пару минут, наслаждаясь теплом друг друга, пока Лиам не произнес уверенно: - Значит, не надо больше об этом думать. Ты не вспоминал о нем уже много месяцев, и сейчас начинать опять не стоит. - Ты прав, - мирно ответил Зейн, потянувшись, как кот, за поглаживающей его рукой. - А теперь ответь мне на серьезный вопрос… - Какой? - Мы ужинать будем или нет? Малик лишь рассмеялся ему в грудь. Парни отправились на кухню, где Лиам, не мудрствуя, закинул в микроволновку остатки вчерашней китайской лапши на вынос. Зейн наблюдал за ним, но все еще не мог избавиться от мыслей об Остине. Теперь он понимал, что все познается в сравнении, и недоумевал, как он мог считать свою короткую совместную жизнь с Луи воплощением идеала. Лиам был тихим, но упрямым, он на все имел свое мнение, не соглашался слепо с каждым словом или поступком Зейна, не считал зазорным прямо ему возражать, в отличие от притворщика Луи, создавшего покорный идеал. Зейну и Лиаму пришлось поработать над гармонией в своих отношениях, но, как считал Малик, это было им только на пользу. Их иногда вспыхивающие конфликты и столкновение мнений Зейн не воспринимал, как тревожные звонки, для него это было показателем того, что оба они – настоящие люди со своими недостатками и яркими характерами. Их чувства точно были реальными, а не притворством. - И что это мы так улыбаемся? – усмехнулся Лиам, засовывая палочки в одну миску на двоих. – Только не говори, что ты в восторге от вчерашней лапши. - Нет, - Зейн послал ему улыбку и, дотянувшись через стол, коротко поцеловал в измазанные соусом губы. – Просто наслаждаюсь чем-то настоящим.

КОНЕЦ 18.08. – 30.08.2015