Не спать

      Эмбер шла по тротуару, изредка встречая случайных прохожих. Голова взрывалась от переполненных ею мыслей. Зачем Билл поцеловал ее? Этот вопрос не давал девушке покоя. Ну, еще ее беспокоило переедание и встреча с Эллой. Иногда пролетающая мимо бабочка подмигивала девушке, а грибы встречались невероятно больших размеров. Эмбер знает — это все не взаправду. Это ее искаженный разум, разыгравшееся воображение, или в простонародье — первая стадия шизофрении, или проделки Билла.       Билл… Что он за существо? Его характер слишком непонятен Эмбер. Его человеческая оболочка была молода — не дашь больше двадцати лет. Эмбер не знала, как он это делает.       Мученичество Эмбер продолжалось до сих пор.       Легкая шизофрения — такой диагноз поставили врачи в больнице.       Криптомнезия — такой диагноз поставили врачи в больнице.       Она путает реальность со снами, она не помнит то или иное событие — было оно во сне или наяву, она не знала, спит она или нет. Все вокруг было слишком ярким и жизнерадостным. Каждый прохожий улыбался просто так, словно он сошел с ума. — Я не сплю, верно? — спросила Эмбер вслух. — У меня есть ощущение, что я ненастоящая. Мне кажется, меня запихали в какой-то рассказ. Или фильм. Или я нахожусь на холсте картины. Мне плохо.       Эмбер плелась по дороге в лес и задавала вопросы сама себе под нос, боясь задремать. Голоса в голове шептали что-то про сделку с Биллом, девушка пыталась заткнуть их, но они не умолкали. Реальность вновь переплеталась с фантазией — небо покрылось кровавым цветом и горело, после каждого шага Эмбер рушилась дорога за ней, деревья разрушались спиралью и улетали в горящее небо, из лесов выползали фантомы — голоса из ее головы. Они были разного телосложения и формы, но все как один были сделаны из черной полупрозрачной дымки. Их рты — они открывались и расплывались в разные стороны. Из израненных рук девушки сочилась алыми струйками кровь, а Эмбер лишь твердила: — Не спать, не спать, не спать.       Ее губы шевелились на автомате, походка стала ленивой, словно кто-то тянул ее назад, а она сопротивлялась. Девушка не понимала, откуда навалилась такая непосильная усталость, заставляющая опускать веки. Фантомы-голоса приближались, а некоторые падали в бездну, которая образовывалась за Эмбер. Девушка хлопнула себя по щеке рукой и материя содрогнулась. На момент ей показалось, что она видела кусочек голубого неба. Эмбер поняла, что засыпает и стала бить себя, что есть мочи. Вселенная вокруг дергалась и тряслась, давай просветы реального мира. — Не дам я какой-то там шизофрении завладеть мной! — яростно кричала она и царапала себе лицо. — Не можешь проснуться, Одуванчик?       Сайфер появился из ниоткуда. В руках он крутил уже золотую трость, а его фирменная издевательски-лукавая улыбка как всегда была у него на лице. Эмбер почувствовала большой упадок сил. Руки налились свинцом, и она упала на колени. — Но поздравляю! Ты смогла пошатнуть материю! Снимаю шляпу перед тобой, — он говорил быстро, почти невнятно. Демон ухмыльнулся и снял свою шляпу. Все вокруг заходило ходуном, а когда надел обратно все перестало крутиться. — Я хочу, чтобы все кончилось, — захныкала девушка и подняла на Сайфера свои изумрудные глаза. — Зачем ты это делаешь? — Ты думаешь, что я причина твоих кошмаров?! — неожиданно разозлился демон и поднял девушку за воротник. — Это все твой безумный разум, милая моя! — Так останови же мой разум! — девушка тоже схватила Сайфера за желтый воротник фрака. — Ты же всемогущ, так останови же это безумие! — кричала Эмбер. — Еще чего! — усмехнулся тот и отпустил девушку.       Эмбер летела вниз и провожала глазами демона. Кровь из ее рук не поспевала за ней и рассыпалась рубиновыми каплями в полете. Вокруг летали глаза, лестницы, даже лица родителей — отборная солянка из всякого дерьма. Кошмар продолжался.       Мученичество Эмбер продолжалось до сих пор.       Она плакала, приставляя окровавленные руки к лицу. Неужели она вновь умрет ужасной смертью? Вдруг она почувствовала как подхватили ее на руки. Эмбер не убирала руки от лица, но прекрасно знала, кто это — прикосновение кожаных перчаток она не забудет никогда. Шум вокруг прекратился. Материя значительно изменилась — вокруг была куча высоких сосен и одуванчиков. Солнечный свет просвечивал через кроны деревьев, мягко лаская две фигуры. Девушка открыла глаза и посмотрела на Сайфера. Тот хмурил брови и смотрел куда-то в сторону отсутствующе. Эмбер засмотрелась в его глаз — желтый, как одуванчик, или самое яркое солнце в галактике. Билл одарил презрительным взглядом девушку и грубо поинтересовался: — Чего пялишься, Одуванчик? — он опустил девушку на землю. Эмбер по привычке отряхнулась и ответила своим вопросом: — Почему ты так зовешь меня? — Потому что ты похожа на него, дура, — в его руке загорелся огонь и внутри появился желтый цветок, который был протянут девушке. — Ты странный, Билл, — она развернулась и медленно пошла по лесу, как ни в чем не бывало. — Я не понимаю тебя и твой характер. — И да. И наоборот, — произнес он и подлетел к ней. — Я к тому, что когда мне страшно, ты сначала не помогаешь, а потом помогаешь, — затараторила Эмбер и легла на растения. Бутоны потянулись к ней, обволакивая собой бледную кожу. Демон сверху смотрел на нее. — Я сумасшедший, милая, — он парил, и в его руках появлялись самые разные предметы. — И мне это нравится. Верно, я никогда не смогу стать нормальным человеком, зато я превосходный демон. — пояснил он и стал поправлять бабочку-галстук.       Эмбер крутила в руках одуванчик с задумчивым видом. В памяти Эмбер вспыхнула яркая картина тяжелого детства — издевательства, избиения и прочих отвратительных вещей, которые сделали ей те, кого она считала друзьями. Они всего лишь дергали за невидимые шелковые нити — а Эмбер танцевала, как марионетка. Она не знала, что такое объятия друзей, что такое помощь и что такое любовь родителей. Из ее глаз потекли горькие слезы обиды. Сайфер многозначительно посмотрел на девушку, не понимая, чего это она рвет глотку. Эмбер подпрыгнула с земли и притянула к себе демона разума. Она крепко обняла его и плакала в плечо. Его фрак был теплым и мягким, пах чем-то родным и прекрасным далеким. Ей нужна была иллюзия заботы прямо сейчас. Демон не понимал, что происходит и спросил: — Ты чего, Эмбер? — Я понимаю тебя, Билл, — девушка обнимала парня все крепче и крепче. — Я понимаю, что тебе одиноко все эти столетия и века. — И что с того? — поинтересовался он и сделал попытку обнять ее в ответ. — Да и вообще, ты не права… — Может быть, пусть так, — твердила девушка.       Эмбер плакала от своего прошлого, а точнее от их остатков, что она помнила. Плакала отчаянно, впиваясь в золотой фрак Демона Разума.       Сайфера пугало чувство, которое он ощутил. В сердце неестественно кололо, а человеческие органы, казалось, вот-вот вывернет наружу. Билл чувствовал, как все больше намокает его плечо от слез этой девушки. Человек — это оказывается не просто кукла. У него есть чувства и эмоции. Билл не знал, правильно ли он сейчас поступает, но он сжал в объятиях девушку и шепнул ей на ухо: — Как тебе будет угодно. Только не плачь. Это раздражает.       Эмбер посмотрела в глаза демону и вселенная стала рассыпаться.       Она проснулась на вдохне уже в кровати на знакомом чердаке. За окном солнце садилось за горизонт, одаряя лиловым светом пыльную комнату.       Пайнс вспоминала и улыбалась. Мелкие слезы вновь потекли из глаз и девушка утирала их рукавом кофточки. Она взяла тетрадь и, пачкая ее слезами, принялась записывать свой сон (или не сон?) — все то, что она помнит. Воспоминание про объятия вызывали у девушки чувство, которое она не понимала. Внутри все сжималось, а сердце бешено стучало.       Эмбер подозревает, что происходит.       Она краснеет.       Она понимает, что влюбилась.