"Я хочу предложить тебе сделку..."

— И я решил, что это наилучший вариант. Можете на меня положиться, Арима-сан. Я вас не подведу! Кишо внимательно оглядел подчиненного. Похоже, неожиданная новость, разожгла в нем недюжинный энтузиазм. Все же, Арима впервые доверяет ему командование операцией. — Раз так, то я не стану возражать. Только будь серьезнее, Коори. — Есть! Брюнет выбежал из его кабинета так же стремительно, как и вошел. Мужчина устало потер переносицу и поправил очки. Нужно будет обязательно проследить, чтобы в первый раз Уи не наделал глупых ошибок. Осмотрев свой письменный стол, на котором взгромоздились три объемных стопки рассортированных и проверенных отчетов, следователь сверяет время с часами. Сегодня он закончил раньше обычного. Попросив секретаря принести ему чай, Арима передвигает кресло к окну и садится. Теперь он может немного подумать. После того, как мальчишка вернулся к учебе, он стал выглядеть гораздо счастливее. «Бог Смерти» иногда наблюдает за ним, пока тот не видит. Кен на удивление радостно подходит к выполнению домашних заданий. Стоит ему приняться за учебу, полные щеки заливает легкий румянец, а пухлые губы растягиваются в беззаботной улыбке. Однако в присутствии Кишо он тут же натягивает маску спокойствия и закрывается в себе. Нет, Ариму подобным не ранить. Но такое поведение Канеки-куна мешает ему с ним сблизиться, а это необходимо, чтобы мужчине было легче его контролировать. Следователь всегда пристально следит за мимикой и жестикуляцией студента, подмечая мельчайшие детали. И это дает ему определенные результаты. Иногда, совсем редко, ему удается предсказать и понять его реакцию. Однако большинство действий «Сколопендры» кажутся Кишо нелогичными. Но о причинах такого поведения полугуля, он может лишь догадываться. Их недавнее с Гинозой-саном «мероприятие» мгновенно всплывает в памяти. Мужчине пришлось приложить немало усилий, составляя план из крохотных кусочков. Важна была каждая деталь, чтобы мальчишка поверил в происходящее и не смог в нем хоть сколько-нибудь усомниться. Поэтому, перебрав множество вариантов, следователь решил использовать метод двойной лжи. Намного проще соврать собеседнику, если посвятить его в некую общую тайну, заставляя его сохранить ее любой ценой. Конечно, немалая заслуга в исполнении всего плана принадлежала и его приятелю. Роль «обычного непосвященного доктора» удалась Акио Гинозе на славу. Приветливо улыбаясь и заставляя Канеки непроизвольно ему солгать, ученый обеспечил великолепное прикрытие легенде Аримы про психиатрическое освидетельствование гулей. И таким образом, «Богу CCG» удалось надежно прикрыть одну ложь другой. Нет, обследование заключенных, действительно, проводилось, но для этого использовали несколько другие схемы и методы. Очевидно острая нужда в результатах экспертизы, заставляет его нетерпеливо прищуриваться. Ариме нужно как можно быстрее найти способ регулировать поведение мальчишки. Знать все его проблемные места. То, что где-то в психике Кена есть сбой было неоспоримо. И то, как он порой в панике дергается, довольно четко это обрисовывает. Вероятно, действия следователя вызывают у него ассоциацию с некими событиями в прошлом. Конечно, было бы просто замечательно узнать все детали этого «гульего» года его жизни. Но, увы, это было невозможно. Мужчина множество раз пробовал пролить свет на те события и всегда терпел поражение. Он редко проигрывал в чем-либо и это не давало ему покоя. Пришлось идти другим путем. Если нельзя точно установить, что стало причиной травмы и так добраться до самой сути, то можно хотя бы узнать, в чем она заключается и насколько сильна. Кишо делает последний глоток из чашки. Скоро у него будут нужные данные.

***

Яркие лучи солнца отражались от белых сугробов, распространяясь через большие окна на весь студенческий кафетерий. В обеденный перерыв здесь было довольно шумно. Хидэ заливисто смеялся над очередным видеороликом в сети, показывая его Кену на планшете. Юноша лишь застенчиво улыбался, подобное было не в его духе. Казалось бы, любимая учеба, лучший друг и ясная погода, что еще нужно для счастья? На душе у Канеки вроде и было спокойно, но навязчивый груз нерешенных проблем тяжкой ношей повис где-то в груди. Горькое послевкусие недавних событий трепетом отдавалось внутри. Полугуль подавленно вздыхает, пытаясь выбросить ненужные мысли из головы. Что-то подсказывает, что скоро произойдет нечто из ряда вон выходящее. Хотя… куда уж больше? Студент отвлеченно посмотрел на улицу за стеклом. На голубом безоблачном небе темная стая ворон выглядела уродливой неуместной кляксой. От громкого крика Нагачики заложило уши: — Ка-не-ки! Неужели ты опять забил на мой прекрасный рассказ?! Парень повернулся и растерянно оглядел друга. Он… что-то говорил? — … А… Эм-м… Прости, я задумался. Ты не мог бы повторить? — Блин, ну ты даешь! У тебя точно все в порядке? — Хидэёши даже остановился на пару минут, надеясь все же выудить их Канеки хоть каплю правды, но увы, и в этот раз ничего так и не получил — Говорю, семпай должен уже вернуться из поездки. Скорее бы его увидеть. Кен напрягся и старательно вслушивался в болтовню товарища, пытаясь ничего не упустить. Тот, похоже, за время его отсутствия обзавелся новым другом и сейчас вовсю рассуждал, когда же он вернется. Полугуль тихо выдохнул. Если это важный для Хидэ человек, то нужно будет с ним как-нибудь познакомиться. Чтобы перейти в следующий корпус нужно было пройтись немного по улице. Однако, забирать свои куртки из гардероба ни Нагачика, ни Канеки не спешили. Зачем? В аудиториях и коридорах тепло, а небольшая прогулка по морозу вреда не принесет. К тому же, сегодня они заняли в раздевалке неплохие места. Хидэёши что-то весело напевал, призывая к ему присоединиться, отчего всегда замкнутый и тихий Кен всячески старался откреститься. Свежий воздух и холод порядком остужали голову и проясняли мысли. «Сколопендра», наконец, успокоился, решив, что у него действительно нет причин для паники. Все это просто плод его воображения. — … As they lea-а-а-ves turned brown! And we could be together ba-а-а-by! Long the skies are blue!… О-о-о, вот и он! Семпа-а-ай! Внезапно, громко певший друг остановился и помчался куда-то вперед. Полугуль растерянно наблюдал подобную перемену, совсем такого не ожидая. Простояв с минуту в шоке, Канеки все же попытался нагнать товарища, ловко лавируя между колоннами и поворотами. — Хи!… Дыхание сперло. Ноги отказывались повиноваться и дрожали. Сердце, на секунду больно сжавшееся и замершее, теперь колотилось с бешеной скоростью. Задыхаясь, юноша в панике схватился за ближайшую колонну и спрятался за нее. Нет… Нет. Нет! Нет! Нет! Слушая из укрытия радостные восторги Хидэ и раздраженные ответы его собеседника, студент почувствовал, как к горлу подкатил горький комок. Юношу резко затошнило. Он знал! Ведь он точно знал, что что-то произойдет! Черт, ну почему сейчас?! И что теперь ему делать?! Чувствуя, как все внутри немеет от страха, «Сколопендра» прислушался. — Ха-а-а… Кстати, с чего это ты такой довольный, Нагачика? Где твоя привычная хандра? — Как это с чего?! Семпай, вы что не в курсе? Эй, поздоровайся!… Э-э-э?! Куда он делся? — Слушай, пацан, ты меня пугаешь. — Да ну вас, Нишио-семпай! Тут же такая радость! Канеки вернулся! Реплика Хидэёши звонким эхом разнеслась по двору, отражаясь от стен зданий и потонула в тишине. Гуль, стоявший рядом с ним молчал. — … Ха… Ха-ха-ха-ха-ха! Ты вообще о чем базаришь, мелкий?… Как!… В смысле… Что?! — Удивлены? Я тоже так рад этому. До сих пор поверить не могу. — … Нагачика, если это шутка, то очень плохая. — Ха?! Какого черта, семпай? Я не шучу! Он вернулся! Сами найдите его и убедитесь! Нишики вновь замолк и юноша крепко зажмурился. Вот ужас. И как ему теперь учиться? Судя по паузам, его товарищ из «Антейку» был либо дьявольски зол, либо глубоко шокирован. А скорее всего и то, и другое. У Кена не было шансов. Он точно его разыщет и припрет к стенке. Пару минут просидев в страхе, парень сжал руку в кулак, решив, что чем позже это произойдет, тем лучше. И будет замечательно, если в этот момент Хидэ рядом не окажется. А сейчас ему нужно незаметно уйти. Пальцы на руках уже замерзли, и холод старательно пробирался под кофту, грозя переохлаждением и обморожением конечностей. Он разберется со всем позже. Когда будет находиться в тепле и относительной безопасности. Когда сердце не будет замирать от страха, а ум станет холодным. Да, сейчас не то время и место, чтобы думать о всякой ерунде.