"Я хочу предложить тебе сделку..."

Во всем теле чувствуется приятная леность. Солнечные лучи падают прямо на лицо, но это совсем не мешает. Канеки блаженно зевнул, не открывая глаз, и сильнее укутался в теплое мягкое одеяло. Ему казалось, что он мог бы спать так вечно, ведь кровать такая удобная. Замечательное утро. Все настолько хорошо, что не верится будто это правда. Все слишком хорошо. Кровать слишком удобная, одеяло слишком мягкое. Мысли вяло и сонно всплывают в голове, мягко выводя из состояния сна. Кровать, подушка, одеяло. Что? Парень резко садится, оглядываясь по сторонам. Сонный мозг не сразу понимает свое местоположение. Но со временем все проясняется и полугуль, тяжело вздохнув, падает обратно на подушку. Квартира Аримы-сана. Реальность обухом ударила по голове и юноша ненадолго прикрыл глаза. Кровать больше не казалась ему уютной. Бесцельно разглядывая комнату, он заметил на тумбочке ключи и какой-то лист, тут же протянув к нему руку. «Я буду занят на работе. Захочешь есть — вторая и третья полка в морозильнике твои. Надеюсь, ты хорошо помнишь условия договора. P.S. Ключи и кредитную карту прилагаю. Арима Кишо». Канеки перечитал записку два раза. Арима-сан на работе? Он один? Почему-то эта новость заставила его задышать немного чаще. В груди радостно верещало предвкушение чего-то хорошего и настроение сразу поднялось. Действительно, замечательное утро! Полугуль вылез из теплой постели. Ванну в огромных апартаментах он нашел не сразу. Но после теплого душа почувствовал удивительный покой и подъем сил. Кен оделся и спустился в гостиную, почему-то жутко хотелось кофе. Ощущая странный дискомфорт от давящей тишины, юноша включил большой плазменный телевизор, попав на выпуск новостей. Слушая рассказы ведущих о политике и прочих светских событиях, он упорно искал кофе на довольно большой кухне. В бесплодных поисках он склонился к нижнему ящику, когда диктор неожиданно сменила интонацию, объявив о срочных новостях и прямом включении с места событий. «— По данным, которые распространяет официальное руководство Управления по Борьбе с Гулями, спасательная операция в районе Сибуя пройдет по спланированному сценарию и будет окончена примерно в 22:30. Ожидается, что все гули будут уничтожены на месте. Оцепление района могут снять уже к полуночи. Повторюсь, что принудительная эвакуация граждан была закончена ранним утром. И вот сейчас вы видите на экранах руководителя операции. Скажите, Арима-сан, как вы считаете, есть ли риск и если есть, то каков, для ваших подчиненных? Будут ли усилены меры безопасности и можно ли ожидать, что соседние районы также будут оцеплены? — Мы тщательно готовились к операции, снизив возможный риск до минимума. Однако опасность всегда существует, ведь никто не может знать, что произойдет в бою. По нашим данным, эта группировка гулей базируется лишь на территории Сибуи, потому, думаю, можно исключить возможность оцепления других районов. Безусловно, Управление по Борьбе с Гулями примет все возможные меры, для обеспечения безопасности граждан. Это будет решаться по мере развития событий. — Большое спасибо, Арима-сан. Что ж, я напомню, мы только что слышали мнение руководителя операции, следователя особого класса Аримы Кишо-сана. Накамура-сан? — Да, спасибо вам, Синкава-сан. Это было прямое включение с места проведения спецоперации. Мы будем держать вас в курсе событий. И на этом наш выпуск завершен. С вами была я, Юкидзи Накамура. До новых встреч». Канеки больно ударился затылком о столешницу, резко подняв голову. Видеть Ариму-сана в белом плаще с куинке в руках было жутко, сразу вспоминался их последний бой. Так вот чем он занят. Полугуля охватило непонятное беспокойство, будто он пережидал войну в тихом местечке. Странное чувство. Кен глубоко вдохнул и выдохнул, выключая телевизор. Похоже, на этой кухне нет ничего для приготовления кофе. Парень подошел ближе к стеклянной стене. Из гостиной открывался поистине потрясающий вид на город, укрытый снегом. Суетящиеся внизу люди были похожи на муравьев, машины стояли в пробке из-за аварии. Везде кипела жизнь. Хотелось выйти на улицу, прогуляться на свежем воздухе, почувствовать себя частью всей этой суеты. Внезапная мысль разогнала кровь по венам. А почему бы и нет? Ведь он не заложник, ему можно свободно ходить туда, куда захочется. Да и кредитку с ключами Арима-сан не зря на тумбочке оставил. И повод есть, разве может Кен жить без кофе? С минуту поколебавшись, парень развернулся и спешно направился в свою комнату. Уже обувая в прихожей свои ботинки, полугуль застенчиво посмотрел на свое отражение в зеркале. Все же, ему было довольно неловко ходить в такой дорогой одежде, он чувствовал себя еще более неуверенным, чем обычно. Но Арима-сан будет категорически против идеи сменить его гардероб на менее затратный. И все-таки, когда он вернется в университет, такая одежда будет сильно бросаться в глаза. Канеки больше, чем уверен, что Хидэ сразу же почует неладное. А ведь это прекрасная мысль! Теперь у него есть, что противопоставить следователю, ведь Кен должен соблюдать конспирацию и как можно лучше слиться с толпой. Почему-то юноша не сомневался, что и на этот случай у мужчины будет припасен весомый аргумент. Так, что мешает Канеки купить нужные вещи, пока Арима-сан не видит? А когда тот все узнает, просто сообщить ему свое мнение насчет этого? Да, он именно так и поступит. Полугуль неуверенно вышел из лифта на первом этаже. Холл полностью соответствовал уровню элитного дома. Просторно и богато. В большом фонтане плавали карпы кои, и Кен восхищенно на них засмотрелся. Он редко видел их вот так близко, вернее, именно так близко он не видел этих рыб никогда. Родители умерли, когда он был еще мал, а тетя и дядя были к нему равнодушны. У них не было ни денег, ни времени, ни желания заниматься им. Потому Канеки многое в жизни упустил. Пока парень удивленно замер у бортика, сзади послышались чьи-то шаги. — Что-то не так, молодой человек? — Э? Кен удивленно рассматривал женщину лет шестидесяти в опрятной, неформальной одежде. — Красивые, правда? Седеющие волосы собраны, темные глаза смотрят с добротой, на губах играет приветливая улыбка. — Да, очень. Извините, я засмотрелся, — полугуль виновато улыбнулся в ответ, чуть приподняв плечи. — Я как раз собиралась их кормить. Хотите попробовать? — Ну... А можно? — Конечно, вот, берите. Женщина, все так же улыбаясь, протянула ему мешочек с кормом. Парень взял небольшую горстку и аккуратно посыпал в воду. — Не бойтесь, бросайте смело! Их можно даже с рук кормить. Канеки увлеченно разбрасывал корм, подставлял свои руки рыбам. Они были холодными и мокрыми, немного противными, но кормить их было довольно забавно. Старушка что-то приятно восклицала и рассказывала. — Ой, кстати, я ведь вас раньше никогда не видела. Вы новый жилец или чей-то родственник? — Да, я переехал сюда вчера. — Надо же! Такие молодые люди редкость в этом доме. Обычно здесь живут состоятельные семьи, дети у которых либо уже давно выросли и переехали, либо еще очень малы. Вы из какой квартиры? Кен был в замешательстве. Какая квартира у Аримы-сана, если тот выкупил полностью два этажа? Он бы об этом даже не подумал, если бы его не спросили. Интересно, сколько вообще квартир в этом доме? Надеясь, что женщина сама за него все додумает, он сказал абстрактно: — С пятьдесят девятого этажа. — О, Боже мой! Так вы родственник Кишо-сана?! — Да как вам сказать... Канеки не был уверен, в качестве кого следователь представлял его окружающим. А спрашивать его об этом было как-то неловко. Женщина внимательно его разглядывала пару минут, после чего показалась юноше крайне удивленной. — Как тебя зовут, мальчик? Кену показалось, или в ее голосе он уловил сочувствие и беспокойство? — Канеки Кен, прошу, позаботьтесь обо мне. Парень вежливо поклонился и приветливо улыбнулся. — Канеки-кун? Вот снова, опять сочувствие и беспокойство. Старушка вновь пристально оглядела его с ног до головы. — Приятно познакомиться, Кен-кун. Меня зовут Охаяси Хироко, я работаю консьержем в вашем доме. — Мне тоже очень приятно, Охаяси-сан. Вопрос о номере квартиры напомнил полугулю о том, что он вообще пока не знает многих элементарных вещей. Охаяси-сан, похоже, была весьма добрым человеком, и он был уверен, что она не откажет в помощи. — Охаяси-сан, извините, мне так неловко... — Зови меня просто «тетушка Хироко», милый мальчик! — Хах, Хироко-оба-сан? — Да-да, мой дорогой? — Мне так неловко вас спрашивать, но Арима-сан очень занят на работе, вы не поможете мне? — Арима-сан?! Юноша удивленно смотрел на шокированную старушку, не совсем понимая, что ее так задело. — Хироко-оба-сан? Все нормально? — Ах... Да, конечно, Кен-кун, так чем я могу тебе помочь? — Мне действительно так неловко, но я приехал сюда только вчера ночью, а сегодня Арима-сан снова занят... Вы не могли бы рассказать мне обо всем? Например, адрес, номер квартиры, какие магазины есть по близости? Охаяси-сан теперь выглядела еще более обеспокоенной, чем раньше. — Бедный мальчик, вот все они такие! Пойдем, я напишу тебе все на бумаге, чтобы ты не забыл. Пойдем, пойдем! Женщина потянула его в сторону ресепшена, и Канеки не сопротивлялся, радуясь, что смог так легко добыть нужную информацию. День был действительно замечательным. Была солнечная, немного ветреная погода, снег хрустел под ногами. Благодаря доброму консьержу, Кен сделал множество удачных и необходимых покупок. Честно говоря, сперва выйдя на улицу, он захотел тут же броситься сломя голову в двадцатый район. Сердце рвалось к развалинам «Антейку», к его друзьям. Он был бы рад видеть даже Цукияму-сана. Но договор с Аримой-саном, а вернее последствия нарушения оного, связали его руки и ноги крепкими цепями. Как бы ни был велик соблазн, пока следователь зачищает Сибую, наведаться «домой», Кен упорно пытался его игнорировать. Он не сомневался, что мужчина сразу обо всем догадается, а если и не сразу, то когда-нибудь точно об этом узнает. И тогда всем будет очень плохо. Канеки с ужасом подумал, как же он будет ходить в университет, если тот расположен в Нэрима, совсем рядом с «Антейку». К тому же, туда очень хотела поступить Тоука-чан. Думая обо всем этом, Кен резко расхотел идти именно в этот ВУЗ. Но если он скажет что-то подобное Ариме, тот сразу начнет копать. Ведь он наверняка полагает, что уничтожил всех работников кофейни, кроме «Сколопендры». Вот это будет новость! Хотя с другой стороны, это прекрасный шанс для Канеки видеться с ребятами. Следователь же не будет ходить с ним на учебу, да и добираться он будет туда сам. А работа в CCG сделает за парня остальное. Мужчина отвлечется и ни о чем не узнает. Но поймут ли его ребята? Что он им скажет, как объяснит всю эту ситуацию? Они же не сделают ничего необдуманного? Все эти вопросы не давали парню покоя, крутились в голове разъяренным роем диких пчел. Он гулял уже довольно долго, часов шесть. Нужно было возвращаться. Наручные часы, которые он сегодня приобрел, показывали 18:43. Арима-сан скорее всего вернется ночью или ранним утром. Времени для развлечений еще много. Охаяси-сан радостно встретила его в фойе, отмечая множество пакетов в руках парня. Еще раз поблагодарив добрую женщину за помощь, Кен зашел в лифт. Пока он искал нужную кнопку, наткнулся на номер пятьдесят восемь, решив реализовать то, о чем думал ранее. Площадка на пятьдесят восьмом этаже выглядела немного иначе, чем у них, но тоже была красивой и чистой. В большом коридоре было восемь дверей. Восемь? Его «опекун» выкупил два верхних этажа... Арима-сан купил шестнадцать квартир в элитном доме в центре Токио?! Канеки минут пять пытался отойти от шока, прежде, чем снова вызвал лифт. Сколько же ему платят? Откуда вообще у CCG столько денег? И что тогда на шестидесятом этаже? Парень решил зайти домой, чтобы оставить тяжелые пакеты и подняться туда. На шестидесятом этаже не оказалось ничего, кроме длинного узкого коридора, который, как выяснил юноша, вел на крышу. Кен с любопытством дернул люк и тот открылся. А почему бы и нет? Железные ступеньки были крутыми и узкими. В лицо сразу ударил сильный порыв ветра. Полугуль вспомнил, что в прогнозе говорили о сильной метели ночью. Красные лучи заходящего солнца светили в глаза. Канеки подошел к самому краю крыши и замер. Вид был восхитительный! Словно парень оказался на огромной смотровой площадке в центре города. А сильные порывы холодного ветра и яркое солнце только добавляли остроты ощущений. Кен пробыл на крыше минут двадцать, прежде чем пошел домой. Огромная квартира встретила тишиной. Когда все купленные вещи были разложены и развешены, юноша спустился готовить кофе. Благо сегодня, он приобрел все, что для этого было нужно. Получится ли у него фирменный кофе «Антейку»? Попробовав напиток на вкус, полугуль удивляется, что получилось действительно очень похоже, не хватало мелочи — особенного сахара Йошимуры-сана. Образ менеджера, всего на мгновение мелькнувший перед глазами, заставил сердце болезненно сжаться. Пытаясь отогнать непрошеные воспоминания, Канеки устремился обратно в свою комнату. Пришло время почитать Такацуки Сен.

*** ***

Арима закрыл машину, вызывая лифт. Операция в Сибуе прошла неплохо, ситуацию слегка осложнили «клоуны», в количестве трех гулей, но ничего существенного не произошло. Кишо такие мелочи не пугали. Темное пальто скрывало все следы крови гулей на одежде и мужчина решил выйти в фойе на первом этаже, чтобы проверить почту. Он часто так делал, персонал уже уходил домой, а если и оставался, то ничего не замечал. В ящике ничего не оказалось и Арима уже хотел вызвать лифт, когда услышал позади торопливые шаги. Мужчина повернулся, увидев бегущую к нему Охаяси Хироко, работающую консьержем в его доме. — Кишо-сан! — Добрый вечер, Охаяси-сан. Что-то случилось? Следователь посмотрел на часы. Обычно в начале двенадцати ночи здесь уже никого не было, смена консьержа должна была кончиться еще часа два назад. — Кишо-сан, я хотела бы с вами серьезно поговорить. Она специально его ждала? — Кишо-сан, я сегодня встретила вашего сына, Кен-кун такой замечательный мальчик. Сына? Канеки выходил на прогулку? Почему-то мысль о том, что Канеки Кен может быть его сыном вызывала у Кишо явный протест. Потому ли, что он гуль SS ранга, которого Арима выпустил из Кокурии исключительно ради удовлетворения потребности в физической близости? — И я хотела бы с вами серьезно поговорить насчет него. — Видите ли... - начал было мужчина, но был перебит пламенной тирадой: — Нет, ничего не говорите! Я все понимаю, внебрачная связь, вы скорее всего не планировали этого ребенка, но так поступить! Я понимаю, вы наверняка помогали его матери материально, но я думаю, что было неправильно пустить все на самотек. Эта женщина, похоже, совсем не уделяла мальчику внимания. Вы знаете, он так зачарованно смотрел на карпов сегодня! Он выглядел таким одиноким и потерянным! Работа важна, безусловно, но вы должны уделять сыну больше внимания. Он даже толком не знал, где теперь живет. И все это я еще могу понять, вы хотите исправить ситуацию, но не у всех получается сделать это с первого раза. Однако, то, что Кен-кун носит фамилию матери непростительно! Вы должны признать мальчика и дать ему свою фамилию, Кишо-сан! Ребенок не должен звать отца по фамилии, это неправильно! Я считаю, вы должны пересмотреть свое отношение к сыну. Женщина говорила серьезно и напористо. Вся праведная бравада сопровождалась активным жестикулированием, выдающим ее не менее праведный гнев, подстегиваемый, видимо, материнским инстинктом и чувством справедливости. Кишо молча слушал излияния консьержа насчет «несчастного Канеки» еще минут двадцать, пока она не успокоилась и не выразила надежду на его «благоразумие и чувство долга». После, Арима, ничего не сказав, вызвал лифт, и также спокойно отправился домой. Прихожая встретила ярким светом из гостиной и запахом кофе, что было весьма необычно. Следователь щелкнул выключателем, подмечая знакомые ботинки на обувной полке. В коридор доносились обрывки фраз, видимо, полугуль спустился посмотреть телевизор. Так и оказалось. Его сожитель обнаружился на большом кожаном диване с кружкой кофе в руках, смотрящим какое-то комедийное шоу. «Бог Смерти» с интересом наблюдал, облокотившись о столешницу, как мальчик, до этого не заметивший его прихода, замер и начал принюхиваться. Он повернул голову чуть влево и Кишо увидел пробудившийся какуган. Секунда, и Канеки резко поворачивается к нему, напрягая все мышцы на молодом теле, едва не выпустив кагуне. — Добрый вечер, Кен. Арима как всегда спокоен. Реакция мальчика на пятна гульей крови на одежде его позабавила. Он даже мог бы назвать ее милой. — Добрый вечер, Арима-сан. Канеки, кажется, успокоился и теперь чувствует некое подобие вины за столь бурные эмоции. — Как день прошел? Вижу, ты зря времени не терял. Мужчина оглядел множество сортов кофе рядом с собой и вполне профессиональное оборудование для его приготовления. — Как и вы. Вас показывают по всем каналам. Кен то ли с грустью, то ли с отвращением взглянул на телевизор. — Все прошло успешно. Еще пара десятков никому не нужных гулей были ликвидированы. Мужчина внимательно следит за каждым движением мальчишки. О чем он думает? — Из вас делают прямо национального героя. Столько радости. Канеки неприятно? Или это страх перед ним? А может и то и другое? — Это моя работа. И радость людей вполне понятна, теперь они могут спать спокойней. — Убийству ребят из «Антейку» все также радовались? Да. Определенно. Ему не нравится эта ситуация, да и пятна крови на одежде Кишо давят на нервы. Хотя, это было довольно странно, учитывая, что сам Канеки убил множество гулей. — Кен. Арима решил вовремя осадить полугуля, чтобы тот не наделал глупостей и не думал о том, о чем не должен. Он не может вернуться обратно к гулям, ему некуда возвращаться. Теперь место Канеки Кена здесь. — Прошу прощения. Похоже, мальчик осознал свою ошибку. Он отвернулся к стеклянной стене и теперь не поднимает на него глаз. Следователь позже сделает из всего этого выводы. А сейчас нужно как-то разрядить обстановку. Неожиданный визитер в фойе вспомнился как раз кстати. — Между прочим, Кен, ты очень понравился нашему консьержу. «Сколопендра» удивленно повернулся к нему, все точно по плану. Мальчик чуть улыбнулся. — Охаяси-сан очень добрый человек. Она мне сегодня здорово помогла. — Да, я знаю. — Э? — Я встретил ее внизу. — А разве она не до 21:00 работает? Я вроде видел ее график на ресепшене. -— Да, но она задержалась, потому что хотела поговорить со мной. Кишо спокойно снял рубашку, наблюдая за немного смущенным Канеки-куном. Замечая, что он старается смотреть куда угодно, только не на него. — Поговорить с вами? Наверное, это что-то очень важное, раз она решила так поступить. — В ее понимании — да. Хочешь знать, о чем был разговор? — Если вы не возражаете. — Она была очень недовольна моим к тебе отношением. — Э? В смысле? — По ее мнению, я должен уделять тебе больше внимания. — Хах, что? П-почему? Мальчик казался смущенным и очень растерянным, что изрядно веселило Кишо. Давно он так интересно не проводил вечер дома. — А еще она настаивала на том, чтобы я дал тебе свою фамилию. Арима почувствовал острое желание улыбнуться, видя, что Кен чуть не подавился уже остывшим кофе. — Зачем?! — Да как тебе сказать. Арима замолкает на пару минут, давая студенту время отдышаться. Канеки даже почти успевает сделать еще один глоток. — Она так упорствовала потому, что считает тебя моим сыном. — Кхах-кхех-кхмх! Это был просто шедевр. Раскрасневшийся донельзя Кен шокировано распахнул серые глаза, подавившись кофе, который теперь пятнами лег на его белую футболку. Кишо веселился от души. Если мальчик не подойдет на роль любовника, с ним будет неплохо вот так проводить вечера. Хотя, следователь не сомневался, что все пройдет, как задумано. Вода капала с мокрых волос на футболку. Пальцы быстро бегали по клавишам ноутбука. Он почти закончил отчет о сегодняшней операции. Канеки спал в своей комнате. В квартире снова было тихо. Подписав документ, мужчина сохранил файл и выключил компьютер. День был неплохой. Сперва «Бог CCG» уничтожил несколько гулей, вечером же развлекался, играя с эмоциями мальчика. А теперь, ночью, он мог спокойно все обдумать. То, что Кен его боится, было очевидно. Боится и стесняется. Хотя, Кишо еще ничего ему не сделал. Конечно, если не считать произошедшее в подземном пути V-14. Но это, по его мнению, дело прошлого. Сегодня Арима не пытался сократить дистанцию, видя, что полугуль этого совсем не хочет. Но Канеки, как бы он не противился этому, придется смириться с тем, что его можно будет трогать. Иначе, как они смогут заниматься сексом? Следователь предполагал нечто подобное с самого начала, потому и выделил мальчику месяц на привыкание. Но если он будет так его сторониться, дальше дело не пойдет. Поэтому Кишо решил приучать студента к этому постепенно, понемногу. Кен не противник всего нового, но подобное ему будет непросто принять. Вообще, они очень похожи между собой. Слова Охаяси Хироко тут же всплывают в памяти. Сын, да? Ариме не нужен сын, ему нужен партнер. Хотя, если размышлять на тему отцовства и дальше, действительно получается, что Кишо усыновил Кена. Он живет у него, мужчина его содержит, вскоре будет оплачивать обучение, он несет ответственность за все действия мальчишки, как гуля. И более того, он решает, с кем тому можно общаться, а с кем нет. Но можно ли назвать Канеки его сыном? Следователь тут же внутренне поежился. Даже такой экстраординарный человек, как он, не стал бы спать с собственным ребенком. Мужчина задумчиво прищурился: их сходство трудно было не заметить. Они похожи не только внешне, но и в каком-то смысле внутренне. Это немного раздражало. Признавать, что подобный слабовольный человек похож на тебя, было не совсем приятно. Арима мог без зазрения совести сказать, что полугуль слишком слаб, слишком добр. Его можно было даже назвать мягкотелым. Но больше всего досаждало то, что у них была довольно схожая судьба. Оба потеряли родителей в раннем детстве, обоих не любили родственники, у каждого был единственный надоедливый, лучший друг. И Кен и Кишо любили читать, так они избавлялись от одиночества. Им не нравились большие скопления людей. У обоих были проблемы с общением в коллективе. Вообще, у них довольно схожие предпочтения во всем. Даже дни Рождения совпадают, но с разницей в десять лет. Все это нервировало и следователь начал спешно выискивать различия между ними. Разница была в том, что Канеки стал жертвой экспериментов, превратившись в гуля, а Арима пошел работать в CCG. Они сражались по разные стороны баррикад. И Кишо не мог сказать точно, насколько серьезно Кен привязался к гулям. Между ними словно была пропасть. И он не мог назвать ни ее глубины, ни размаха. Мальчик удобно устроился на своей стороне, Ариме же нужно было любой ценой переманить его к себе, сделать союзником. Заставить забыть о тех, с кем не стоило даже заговаривать. Он вырвал физическую оболочку Канеки из мира гулей, теперь нужно забрать и душу. Кишо должен найти к нему подход. Что-то, что бы их сблизило. Общее занятие. Так, чтобы можно было приблизиться и сократить дистанцию. На ум сразу приходит их сражение в тот раз. Совместные тренировки будут неплохим выходом из ситуации. Следователю полезно поддерживать форму, да и полугуль разомнется. Можно приспособить для этого одну из пустующих комнат. В целях безопасности ее лучше будет застелить специальным спортивным покрытием для борьбы. Мужчина сразу же все набросал и рассчитал необходимое: время, средства и количество материалов. Кишо протянул руку к телефону. Как-то он занимался похожей работой для CCG. Та спортивная компания, насколько он помнил, работает круглосуточно.