"Я хочу предложить тебе сделку..."

Кен устало вздохнул, почувствовав облегчение, когда они снова вернулись в машину, и его надзиратель сообщил, что все сделано и можно, наконец-то, поехать домой. Домой к Ариме-сану, который с сегодняшнего дня является и его домом тоже. На улице уже стемнело. День был насыщенным и утомительным во всех смыслах этого слова. Парень даже не мог определить, морально или физически он устал сильнее. Этим утром у них была запланирована юридическая часть дел. Приходилось оформлять множество бумаг, где Канеки должен был расписаться лично, делать ему кредитную карточку. Благо со связями его «опекуна», они справились со всем этим за пару часов. И только полугуль подумал, что самое сложное он уже сделал, как судьба преподнесла ему очередной сюрприз. Поход по магазинам с Аримой-саном оказался настоящей пыткой. Мало того, что следователь покупал все только в очень дорогих магазинах (к которым Кен раньше даже близко боялся подходить), аргументируя это качеством товара, так он еще и проявлял к процессу недюжинный интерес, пристально наблюдая за Канеки и давая ему разные советы. Комментарии мужчины одновременно и смущали и злили. Ну не нужен был юноше жилет за 500$, он хотел серую толстовку за вполне адекватные 50! В общем и целом, этот день стал для парня сплошной нервотрепкой. Белый лексус стремительно приближался к Синдзюку, и Кену стало интересно, где живет «Бог смерти». Когда полугуль увидел в окне шикарный и, судя по всему, очень элитный высотный дом, ему стало не по себе. Сколько же Арима-сан зарабатывает в год? Мужчина, тем временем, плавно заехал на подземную парковку и начал подниматься по ней вверх. Припарковался он совсем рядом с лифтом, ведущим в здание. Канеки было очевидно, что и парковочное место у него тоже недешевое. Набрав каждый полные руки пакетов, они зашли в лифт, отделанный красным деревом. Неприемлемая для прошлой жизни роскошь выбивала из колеи и была столь непривычной, что у Кена против воли возникло ощущение, будто он одна из тех девушек, которые спят с другими за деньги. Черные ногти впились в тяжелые сумки. Подобное сравнение заставляло краснеть и больно било по самооценке. Аккуратные пальцы мужчины нажали кнопку пятьдесят девятого этажа, и у парня перехватило дыхание. Так высоко он еще никогда не жил. Двери лифта бесшумно открылись и они вышли в небольшой чистый коридор с единственной на площадке дверью. Хоть все и было сделано безупречно, Канеки догадался, что квартир должно быть явно больше одной. — Я выкупил здесь два этажа, — проговорил следователь, открывая дверь. Полугуль удивленно на него посмотрел, а потом вспомнил, что в лифте действительно была кнопка с номером шестьдесят. Сколько квартир пришлось купить Ариме-сану, если он выкупил полностью целых два этажа? Кен решил при удобном случае спуститься на пятьдесят восьмой и посмотреть. Просторная прихожая встретила парня полом из серого природного камня, кофейными стенами и гарнитуром из светлого дерева. После того, как с верхней одеждой было покончено, мужчина предложил Канеки экскурсию по квартире. Коридор плавно перетекал в огромную гостиную-студию, совмещенную с кухней. В глаза сразу бросалась стеклянная стена вдоль всей комнаты, открывающая поистине удивительный вид на город. Это место было еще и столовой. Слева от них была железная лестница со стеклянными ступенями, ведущая на второй этаж. К ней примыкали большие часы-фонтан, время на которых светилось ярким красным светом. Такой же, как в прихожей пол, сливался цветом с очень высокими стенами, так как комнату над гостиной снесли. Кен затаил дыхание. Они осматривали комнату за комнатой, больше всего парню понравился длинный коридор на первом этаже со стенами из живых растений. Увидев, что полугуль на них засмотрелся, Арима принялся подробнее рассказывать, как там все устроено. Потом они поднялись на второй этаж. Пол здесь был выложен светлым паркетом, стены контрастировали с первым этажом приятной белизной. Личный кабинет Кишо произвел на парня впечатление. Все те же паркет и белые стены, яркое освещение, доска для рисования маркерами, много всякой техники и большой стеклянный письменный стол с серыми железными ящиками. Зайти внутрь Канеки не решился, замерев на пороге. Дальше были пустые комнаты и вход на второй этаж библиотеки. В стороне от остальных комнат находились две спальни. Сперва мужчина завел юношу в свою, отчего Кену стало неловко. Все в комнате Аримы, включая стены и потолок, было белым. Большая белая двухспальная кровать с такого же цвета постельным бельем. Белые тумбочки, белые прикроватные светильники, шторы. Шкафов Канеки не увидел, предположив, что гардероб был встроен в стену. Видимо, заметив, что гостю неловко, следователь решительно направился к следующей по коридору комнате, что была в метрах десяти, приоткрыв дверь и пропуская полугуля вперед. Его комната резко отличалась от соседней. Паркет был тем же, но стены выкрашены насыщенным черным цветом. Односпальная кровать, постельное белье и мебель также были черными. Шторы с разноцветным ярким принтом разбавляли обстановку. К письменному столу примыкал стеллаж. Возле встроенного гардероба стояли три небольшие коробки. — Вау, — растеряно почесал затылок Канеки. — Я заметил, что тебе больше нравятся темные цвета. И... коробки. Откроешь их, когда останешься один. — Э? Внезапно раздалась трель звонка и Арима вытащил телефон из нагрудного кармана. Взглянув мельком на экран, он опустил глаза на сожителя. — Я буду занят. Забери пакеты из прихожей и устраивайся. Возникнут трудности — я в своем кабинете. — Д-да, — немного нервно улыбнулся Кен, радуясь, что сможет побыть в одиночестве какое-то время. Мужчина удалился, и парень облегченно вздохнул, еще раз осматривая свою новую обитель. Коробки у стены вызывали у него неподдельный интерес, но решив просмотреть их внимательно в более-менее спокойной обстановке, полугуль отправился за пакетами в прихожую. Апартаменты Аримы-сана были очень просторными и богато обставленными. Канеки не знал, сколько комнат здесь было, сбившись со счета на десятой или одиннадцатой, когда засмотрелся на очередную деталь интерьера. Вещей было много, но полугуль не хотел лишний раз попадаться на глаза следователю и прихватил все за раз, пытаясь идти как можно тише. Руки неприятно заныли, желая поскорее избавиться от тяжелой ноши и, поставив покупки на пол, юноша устало съехал по закрытой двери своей новой комнаты. Неужели вот она, его новая жизнь? Нет, это только ее зачатки. Самое главное впереди, ведь сделка с Аримой-саном еще не вступила в полную силу. Мужчина дал ему месяц на привыкание к новому месту. И Канеки неровно покрывался красными пятнами, когда понимал, что его ожидает через четыре с небольшим недели. Размышляя об этом, он случайно натыкается взглядом на те самые коробки у стены. Что же в них такого, что следователь предпочел оставить его одного? Развесив все содержимое пакетов в большой гардеробной, полугуль снова поворачивается к ним. Пора. Коробки не были опечатаны скотчем и юноша легко открыл одну. Кен замер, забыл, как дышать. Из тени картона на него улыбаясь смотрела фотография матери. Что?! Парень принялся судорожно копаться внутри и обнаружил свои аккуратно сложенные вещи из старой квартиры в двадцатом районе. Вот, их фотографии с мамой, вот его любимый CD-диск. В соседних коробках нашлись книги Такацуки Сен, его любимая кружка и ноутбук, на который Канеки поначалу недоуменно смотрел. Но потом вспомнил, что за день до операции по зачистке «Антейку» заходил домой, где его и забыл. Стоп. Арима-сан был у него дома и копался в вещах?! Что еще он там нашел?! Как вообще он туда попал?! Это был ужас. Старая квартира Кена — настоящий кладезь информации и компромата. Там даже остался тот особенный сахар Йошимуры-сана! А если CCG теперь выйдет на след его друзей?! Парень судорожно начал вспоминать, что еще он там оставил. Черт! Он ведь мог забыть там мобильный! И тогда всем угрожает страшная опасность, ведь номера-то ребята оформляют на свои людские имена! Где, где он мог оставить свой телефон?! К горлу подкатила тошнота, мозг судорожно перебирал события того злополучного вечера. Вот, он говорит с менеджером — телефон при нем. Вот, он пьет кофе и слышит, что планируется зачистка 20-го квартала — телефон лежит на столе. Вот, он рассказывает обо всем Йомо-сану — телефон в руках. Потом он гулял по району — мобильный в куртке. Слышит новость об «Антейку» по TV и собирается со всеми на крыше — сотовый все еще в куртке. А потом...потом... А потом он отдает его Нишио-семпаю. Канеки облегченно вздыхает и шепчет «Господи». Слава Богу, он отдал его Нишики. Можно немного успокоиться. Погодите-ка, а ноутбук? Не успело сердце парня исступленно забиться, как тот быстро вспомнил, что, собираясь возвращаться к нормальной жизни, стер оттуда все и перекинул на флешку, чтобы Хидэ случайно не нашел лишнего. А где флешка?! Канеки со страхом вспоминал, как бродил по квартире, не зная куда спрятать эту гору компромата. Он переворачивал книги, заглядывал в ящики... И положил ее в рамку с их с Хидэ фотографией! Кен остервенело разбрасывал вещи, пытаясь найти неприметную вещицу и надеясь, что Арима-сан ее взял. Наконец, глаза зацепились за знакомые темные очертания. Так, рамка на месте. Нашел ли следователь то, что полугуль там спрятал? Из-за волнения руки тряслись и рамка плохо поддавалась. Так, он ее открыл. Теперь нужно вынуть фотографию и просунуть палец в самый дальний угол, там, где образовалась небольшая трещина, потому что, когда Канеки нес сувенир домой, он его уронил. Палец идет по знакомой расщелине, пока не натыкается концом на явно посторонний предмет. Ура! Все на месте! Арима-сан ничего не нашел! Остальное в заброшенной квартире — сплошь косвенные улики. Ничего конкретного про его друзей CCG не узнает. Кен счастливо рассмеялся, запуская руку в свои волосы.

*** ***

Арима закончил разговор и расслабленно откинулся в кресло, думая о предстоящей работе, когда в его квартире раздался счастливый заливистый смех. Следователь замер. Чем Канеки-кун там занимается в одиночестве? Мужчина автоматически подумал о коробках, которые принес сюда пару недель назад. Наверняка, мальчик их уже открыл. Вообще, копаться в чужих вещах невежливо, но Кишо оправдывал себя тем, что так положено. Вернее, не совсем положено и законно, но Арима это сделал. И не испытывал по этому поводу никаких угрызений совести. Нужно сказать, это была нелегкая задача. В связи с подачей ВУЗом заявления о пропаже студента, квартиру Канеки Кена опечатала полиция и вход туда долгое время был запрещен. Кишо, великолепно играя, смешивая ложь и вымысел с реальными фактами, мастерски блефовал и убедил их отдать это дело под контроль CCG. Но даже это не позволяло ему лично перебирать, а тем более, забирать улики с места преступления. К счастью, Арима имел блестящую репутацию и начальство сделало для него исключение. Распрощавшись со всеми настойчивыми «помощниками», а ведь многие стремились присоединиться, раз легенда Управления будет лично проводить обыск, мужчина забрал ключи и наведался на место в самый разгар рабочей недели, днем, когда основная масса людей заняты работой или учебой. Квартира была небольшой: маленькая кухня, туалет и спальня. В комнате было много книг, сразу видно, что здесь жил студент литературного факультета. Учебники были аккуратно убраны и расставлены по полкам. В глаза бросалось то, что квартира, очевидно, брошена. Хотя, недавно здесь кто-то все-таки появлялся. Об этом говорила мокрая земля в горшке. Кто-то заботливо полил одинокий фикус. Следователь не спеша, внимательно перебирал все вещи. Рассматривал каждую мелочь, каждую фотографию. Конечно, он сразу приметил ноутбук, но тот оказался стерильно чист. Квартира радушно выдавала секреты хозяина. И Кишо узнал о нем много нового. Вообще, за последние полгода этого дела, Арима мог сказать точно, что знает о Канеки Кене почти все. Увы, это «почти все» не включало в себя последний год жизни мальчика, как гуля. И сколько бы мужчина не пытался сопоставить все детали, выходил какой-то сумбур. Показания пойманных гулей часто путались, но иногда перекликались друг с другом, рисуя по истине странную картину событий. «Сколопендра» был у всех на слуху, напуганные до смерти людоеды, называли его «Младшим Богом Смерти», «Новым Жнецом», «Одноглазым убийцей». Бойни Канеки-кун устраивал знатные. Поговаривали даже, что сильные гули, вроде Гурмана и Безликого, были у него на побегушках. Все это шло вразрез с мягким выражением лица на фотографиях. Также, Ариму сильно заинтересовал странный сахар, найденный им в ящике стола Канеки, который, как показала экспертиза, был сделан из сахара в человеческой крови. Кто и как производил данный продукт осталось загадкой. На стене висел календарь с графиком работы и расписанием пар. Из них Кишо понял, что полугуль работал в «Антейку» по понедельникам, средам и пятницам на пол ставки, сразу после учебы. Это было весьма ироничным открытием, потому что кофейни с таким названием уже два дня как не существовало. В тот день следователь не стал ничего брать, кроме сахара и ноутбука. Тогда он еще не знал, что за открытие сделает в скором времени. Вернулся Арима в квартиру почти через полтора месяца. Фикус подавал последние признаки жизни и мужчина сжалился, хорошенько полив его водой, а после и вовсе забрал из неподходящего места. На этот раз он пришел не с пустыми руками, с собой у него была пара коробок — решил прихватить самое ценное. Фотографии семьи и друзей, любимые книги, которых нет в его библиотеке, что-то из личных вещей. Он наблюдал за Канеки Кеном издалека, не запрашивая с ним встреч. Жизнь ребенка в Кокурии была ужасна и Кишо, пусть и допускал отрицательный ответ с его стороны, все же ставил на то, что тот согласится на сделку. Стоит ли говорить, что Арима Кишо очень редко ошибается? Когда в кабинете снова раздался звонок, мужчина автоматически посмотрел на время. Прошло уже около трех часов. Операция по зачистке, похоже, будет сложнее, чем ожидалось, и Мацури-сан теперь названивал ему каждые тридцать минут. Видимо, выбора у Кишо нет. Все же главное в жизни Аримы — это работа. Завтра ему обязательно нужно быть на месте. Брать Канеки Кена с собой еще слишком рискованно, значит, придется оставить его без присмотра на день. Нет, следователь не сомневался, что достаточно красочно описал тому все последствия нарушения их договора, однако в самые первые дни искушение преступить правила должно быть довольно большим. Выдержит ли Канеки-кун это испытание? Кишо не мог сказать наверняка. Закончив все дела и разговоры, через четверть часа, он решает проверить, чем занят его подопечный. Но направляясь по коридору к спальням, неожиданно ничего не слышит. В квартире тихо. Дверь в комнату полугуля закрыта. Следователь бесшумно подходит ближе, думая, постучать ему или нет. Все же постучав, Арима не слышит ответа и поворачивает ручку. В комнате темно. Свет, льющийся из коридора, освещает фигуру спящего на кровати юноши. Сейчас все внутри выглядит как никогда полным жизни. На полках пристроились немногочисленные книги и рамки с фотографиями, стол заняли ноутбук и кружка. Узкая полоса света отражается от поверхности CD-диска. В темноте слышится тихое сопение. Следователь подходит ближе к кровати. Странно было видеть спящего Кена так близко, обычно он наблюдал за ним через тюремные камеры. Канеки, изголодавшийся по нормальной жизни, свернулся на кровати, поджав ноги к груди. Правую руку он положил под подушку, левую подтянул к лицу, чуть касаясь пухлыми губами. Волосы растрепаны, ресницы подрагивают. Свет интересно играет на полной щеке. Кишо минут десять пристально разглядывает его, вновь чувствуя необычное для себя желание коснуться другого человека. После отворачивается и выходит, вскоре возвращаясь уже со связкой ключей и кредиткой. Записка, на вырванном из блокнота листке, легко ложится на прикроватную тумбочку. Мужчина бросает на спящего последний взгляд и удаляется, тихо прикрыв дверь.