"Я хочу предложить тебе сделку..."

Кишо шел по коридору, по пути уклоняясь от вопросов о его «удивительном родственнике». Коллеги старательно и заинтересовано выпытывали хоть какую-нибудь информацию об их родстве. Работы в Управлении сейчас было много и мужчина был доволен, что мальчик так хорошо помог мониторингу. Большего сегодня Арима от него не ждал. Спустившись на пару этажей ниже, минуя многочисленные коридоры и двери, следователь, отделавшись от компании Комацу-сана, стремительно приближался к нужному отделу. В Центре обработки информации как всегда было шумно. Сотни сотрудников собрались в одном из двух залов, почти полностью сосредоточившись на сборе информации по «мышам». Решив избежать лишней суматохи, Кишо сперва зашел в кабинет начальства, узнавая у занервничавшего при его появлении следователя Михаши о точном местонахождении Канеки. Оказалось, его определили в самый дальний угол, видимо, желая изолировать от окружающих. Мужчина обошел холл, спускаясь по боковой, а не по центральной лестнице, легко лавируя в запутанном лабиринте компьютерных столов и проводов. Отвлекающиеся от работы сотрудники, мимо которых он проходил, удивленно провожали его взглядом, впрочем, сразу возвращаясь к работе, которой у них было довольно много. В углу, где сидел Кен совсем никого не было, но по работающей технике следователь понял, что сотрудники, вероятно, просто ушли на перерыв. Еще подходя к нужному закутку, мужчина услышал звонок. Трубку немедленно сняли и знакомый голос произнес: — Добрый вечер. Вы позвонили в службу доверия «Управления По Борьбе с Гулями». Что у вас случилось? «Бог CCG» обошел невысокую перегородку и увидел темную фигуру перед монитором. На голове мальчика были большие наушники с шумоизоляцией, пальцы активно что-то печатали на клавиатуре. Даже в такой ситуации он сохранял хорошую осанку. Арима, внимательно всматриваясь в обтянутую рубашкой спину, с интересом наблюдал за его работой. — Да, конечно, я вас слушаю. Продолжайте. Голос мягкий, приятный, с грамотной расстановкой ударения и правильной речью. Из Канеки-куна мог бы выйти неплохой диктор, при должном обучении. — Хорошо. Вы увидели что-то подозрительное?… Понятно. Не волнуйтесь. Где это произошло?… Да, я записываю… Все хорошо, не беспокойтесь, я успеваю. Так, в какой части Кото это было?… Могу я узнать у вас приблизительное время?… Ясно. Вы запомнили что-нибудь еще?… Даже так. Что именно?… Хорошо, значит в виде мышиной головы. Могу я уточнить, какого цвета были маски?… В таких вещах все имеет значение. Не волнуйтесь, сделайте глубокий вдох и постарайтесь вспомнить, они были серыми или красными?… Отлично, вы молодец. В каком порядке они перемещались?… Да, конечно, я сейчас поясню. Это был клин или беспорядочная размытая фигура?… Хорошо. Спасибо за ваш звонок, мы примем меры…Обращайтесь, всего доброго. Кишо нахмурился. Информации о различии в цвете масок «мышей» в CCG не поступало, как и о строе, которым они передвигались. Кен слышал что-то об этой банде раньше? Нет, судя по уверенному голосу, он наверняка знает их лично. Они его друзья? Или враги? Мужчина подошел ближе, кладя руку на молодое плечо. Полугуль напрягся и обернулся, снимая наушники. — Арима-сан?! — Как работа, Кен? Следователь многое хотел сейчас узнать, впрочем, голос его не выдал. Нельзя расспрашивать Канеки здесь, лучше увести в тихое уединенное место с располагающей обстановкой. — В-все нормально, спасибо. — Я слышал о твоих заслугах в центре обработки внутренней информации. Неплохо. Думаю, на сегодня с работой ты можешь закончить. Выключай компьютер, мы возвращаемся в мой кабинет. — Хорошо. Горький запах кофе заполнил помещение, проникая в легкие. Должно быть, секретарь перестаралась и сделала его слишком крепким. Кишо не мог сказать наверняка так это или нет. Он пил чай. Канеки-кун с удобством разместился на диване, рассматривая полку с отчетами. Неужели заинтересовался? Но даже несмотря на то, что подобный интерес не мог не радовать, мысли Аримы сейчас были заняты далеко не этим приятным обстоятельством. Эпизод в мониторинге повис где-то на периферии сознания. Мужчина отлично помнил все аспекты их договора. Однако ему нужно было любым возможным способом вытащить необходимые сведения из упрямого мальчишки. Работа превыше всего. — Как тебе главный офис Управления, Кен? — А?… Хах, ну, здесь довольно оживленно. Кишо внимательно следил за тем, как студент чуть прикусив губу, переводил взгляд то на один предмет интерьера, то на другой. Нервничает. — Вот как. Тебе это не по душе? — М-м-м… Да как сказать. Думаю, мне в любом случае здесь бы не понравилось… — Ясно. Мальчишка неудобно ерзал на диване. И выдержав паузу примерно в пять минут, следователь решает пойти ва-банк: — Я слышал твой последний звонок в мониторинге. — Ха? Удивлен, даже скорее шокирован. Напуган. Арима читает Канеки, как открытую книгу. — Вы о чем? — О тех сведениях, которыми ты располагаешь. В CCG нет такой информации. Откуда они тебе известны? — Арима-сан!… — Не лги мне, Кен. Ты не умеешь. Различия в цвете масок «мышей», передвижениях, все это Управлению неизвестно. Откуда ты это знаешь? Ты знаком с этими гулями? Студент сперва запуганно смотрит в его сторону, не в силах подобрать слов. Но вскоре, немного успокаивается, серые глаза смотрят на мужчину серьезно и даже холодно. — Это вас не касается. По нашему договору я могу не рассказывать вам то, что знаю. Вы мне обещали. Наша сделка действительна и условия ее менять нельзя. — Я прекрасно помню о чем мы договаривались. И ведя сегодня сбор информации ты мог не раскрывать своих знаний, но все равно выпытывал их от звонивших людей. Зачем тебе это? Эти гули твои друзья? — Причем здесь это? Конечно, нет. Я не общаюсь с такими, как они. — Враги? Мальчишка нервно дернулся и чуть отвел от следователя тяжелый взгляд: — Послушайте, я совершенно никак с ними не связан. И вообще, это, собственно, не ваше дело. Да, я знаю кто они и чем занимаются, но ко мне это никакого отношения не имеет. — Тогда почему ты так упорно их покрываешь? Поделись тем, что знаешь. — Зачем, если их дела меня не касаются? Зачем мне вмешиваться и тем более, рассказывать что-то CCG? Я, естественно, не на их стороне, но и не на вашей тоже. Мне не нравятся следователи, я далек от ваших идеалов. Но я также не подчиняюсь законам гулей и не собираюсь им помогать. Это был простой интерес, ведь живя с вами, я «выпал» из «их мира». Поэтому мне, конечно, любопытно, что там происходит. — Однако, разве это не еще один повод все рассказать? Канеки-кун обреченно возвел глаза к потолку, удрученно выдохнув: — Вы меня не слушали? — Но ведь тебе все равно, что с ними будет. Если не хочешь помогать Управлению, помоги людям, живущим с ними в одном районе. Ты же сам человек. И ты прекрасно знаешь, чем они занимаются. Согласно нашим данным, в Кото наблюдается множество случаев похищения младенцев. Неужели тебе не жаль этих детей и их семьи, Кен? Ты ведь мог бы запросто их спасти. — Прекратите, Арима-сан! — Я не заставляю тебя принимать участие в операции по зачистке. Просто скажи мне правду. Об этом никто не узнает. Подумай, сколько жизней от тебя сейчас зависят. Представь, что чувствуют люди, потерявшие ребенка. Кишо не прячась, пристально всматривался в серые глаза, будто гипнотизируя, давя на сознание. Ему нужно было достучаться до самых глубин. Канеки-кун добр, слишком добр. Он не сможет оставить человека в беде, тем более, что они говорят о грудных младенцах. Глаза под темными пушистыми ресницами были холодны и мрачны. Глубоко вздохнув, мальчик поднялся с места и направился к верхней одежде: — Я прогуляюсь немного, если не возражаете. Я не сбегу. Следователь задумчиво оглядел бледный профиль: — Моя смена будет длиться до пяти утра. Не опаздывай. Ответом мужчине послужили молчание, холодный, пусть и вежливый поклон и негромкий хлопок двери.