Все любят Апокалипсис

      Вид из окна был завораживающий… Мы, похоже, находились на одном из верхних этажей, откуда весь город был как на ладони. Невысокие серые здания, дороги, даже машины… И везде бегают души, словно жители огромного мегаполиса, которые постоянно куда-то спешат и жалеют о потерянном времени. — Что ты там такое высматриваешь? — вернул меня в реальность Сэм. — Да так, — ответила я и ещё больше раскрыла шторы. — Просто смотрю. — Ты никогда ничего просто так не делаешь, — усмехнулся вернувшийся из соседней комнаты Люцифер. — Да, — улыбнулась я. — Это точно. — Что ж, — сказал Люцифер то ли смущённо, то ли наоборот торжественно. — Я пойду в мэрию, мне нужно встретиться со стражем. — Зачем? — спросили хором я и Сэм. — Наказания, друзья мои, наказания… — сказал печально Сатана и уже собирался уйти, но что-то его остановило, и он проговорил, не поворачиваясь. — Знаешь, там в шкафу есть одежда, Диана. Переоденься, если хочешь. И Люцифер ушёл, громко хлопнув железной дверью.

***

Уже через какое-то время мы с Сэмом сидели на широком подоконнике и играли в подобие «Виселицы», только без самой виселицы, а так, на слух. Единственная вещь из железного шкафа, которая оказалась мне не мала, была чёрным платьем свободного покроя, сделанное из грубой ткани, от которой всё везде чесалось. А ещё там были чёрные мокасины, которые я надела с превеликим удовольствием. — Тебе не идёт чёрный, — сказал Сэм, смерив меня взглядом. — Знаю, — ответила я. — Но уж лучше в этом, чем в лёгком платье и без обуви вообще.       Мы сидели довольно долго, сыграв бесчисленное количество раз. Я же от скуки не знала, куда себя девать, поэтому решила завести разговор: — Каково это, а? Впустить в себя Люцифера? — Неприятно, — сказал Сэм и пожал плечами. — Как будто в твоём сердце проделали дыру и залили туда чего-то ледяного. — Ясно…       Почему был такой скучный ответ? Мой взгляд упал на рукописи, которые ютились на железном диване и словно ждали, что я на них посмотрю. Я подошла, взяла их дрожащими руками и развернула: — Что это? — спросил Сэм, вопросительно посмотрев на помятые листки. — Моё творчество, — усмехнулась я и обратно села на подоконник, подобрав одну ногу и бездумно положив ручку в рот. — Наследие Шекспира… — О чём пишешь? -Секрет, — сказала я загадочно и принялась перечитывать написанное. «- Такой прекрасный вечер, — сказала Люси, приспустив полупрозрачный рукав своего платья, будто она сделала это случайно. — Согласен, — буркнул я и уставился в потолок. — Не такой ужасный, как все остальные. — Вы куда-то торопитесь? — спросила вдруг она, встав со стула и потерев ладони. — По моему усталому виду и абсолютному нежеланию ехать домой можно сказать, что я тороплюсь? — усмехнулся я и опустошил последний стакан спиртного. — Ехать? Вы далеко живёте? — проговорила Люси гипнотизирующим голосом, обхватив своими шаловливыми ручками мои плечи. — Нет, не очень, — сказал я, продолжая не обращать внимания на её действия. — Примерно в двух кварталах отсюда… — Это сравнительно много, если идти пешком, — сказала Люси мне в самое ухо, проведя пальцем по моим пульсирующим вискам.       Вдруг из моего кожаного портфеля, который лежал тут же на барной стойке, раздался жалкий звук рингтона моего мобильного телефона. Люси, словно ошпаренная, отскочила от меня и встала на расстояние вытянутой руки, поджав губы и скрестив руки на груди». — Люцифера уже нет относительно долго… — вернуло меня в реальность замечание Сэма. — А? Что? — спросила я, растерянно помотав головой. — Говорю, что Люцифера нет уже относительно давно. — А, да, — сказала я и почесала затылок. — Сэм, а что такое алчность? — Алчность? О чём ты пишешь? — спросил Сэм, словно не слышал. — Что такое алчность? — повторила я вопрос. — Ну, алчность, это когда человек не может насытиться чем-то, не может остановиться делать что-то, стремится получить как можно больше… А зачем тебе? Я пропустила его вопрос мимо ушей: — Это то, что мне нужно, Сэм. Спасибо.       Только я хотела продолжить строчить шедевр искусства, как мой взгляд упал на одну из улиц, проходящих прямо под нами. Души, души, души, а в центре стоит кто-то, кто привлекает внимание всех прохожих и потом заставляет шарахаться каждого в сторону, а затем бежать, бежать и не останавливаться. Я прижалась носом к стеклу, а потом повалилась с подоконника, громко вскрикнув. Сэм вскочил и тоже прижался носом к стеклу, но, видимо, ничего не увидел: — Что случилось? — спросил он, попытавшись помочь мне подняться (руки-то связаны). — Михаил? — Нет, там этот… Господи, как его… КАС! ТАМ КАС! — Где? — вновь удивился Сэм и опять прижался носом к стеклу. — Где-где? — передразнила я Сэма и подошла к окну, но потом сама не смогла найти ангела. — Ушёл уже. Раздался громкий стук в дверь. — Это Люцифер, — взвизгнула я и побежала открывать дверь. — Наконец-то! — Диана, стой!       Но я уже не слышала. Я подошла к тяжёлой железной двери, повернула замок, распахнула дверь и уже хотела развести руки, чтобы поприветствовать Дьявола, но вместо этого я растерянно попятилась назад, чтобы спрятаться за спину Сэма. — Привет, Диана, — сказал вежливо ангел Кас, который без капельки смущения вошёл в помещение. — Здравствуй, Сэм… — Кас?! — взвыл Сэм. — Как я рад тебя видеть! Но что ты тут делаешь? — Прости, Сэм, — сказал ангел, пожав плечами. — По твоим глазам я вижу, что ты надеешься, что я тебя освобожу и заберу отсюда, но… Я тут не из-за этого. Меня Кроули привёз сюда. — Кроули? — Сэм, прости, но Диана пойдёт со мной. — Куда? Эй! — повысила голос я и сделала шаг назад. — К Люциферу и Кроули. Всего лишь к Люциферу и Кроули. Правда, там ещё Дин сидит, но он только слушает. — Дин? Кас, мне нужно идти с вами! — сказал Сэм очень уверенно. — Приказа не было, друг. — Ты что, подчиняешься этому Кроули? — сказал Сэм обречённо. — Приходится. Слишком сложный план. Я подчиняюсь всем. — Даже Михаилу? — удивилась я. — Что ты сказала? — сказал Кас, резко подняв голову. — А ты что, не в курсе? — усмехнулся Сэм и пожал плечами. — Два брата-архангела разгуливают по Аду, как ни в чём не бывало. — Как это неожиданно, — сказал ангел с чрезмерным равнодушием в голосе (да и на лице тоже). — Пошли, Диана. — Сэм, следи за моими рукописями, береги их больше жизни, — сказала я и положила ему в руки мятые бумажки. — Это очень важно.       Кас вежливо открыл мне дверь, и я вышла из помещения. Кас же, сказав мимолётную фразу: «Полетим!», взял меня за локоть, и я даже моргнуть не успела, как уже стояла перед огромной деревянной дверью. — Приехали, — сказал Кас учтиво и немного поморщился.       Из-за двери доносились негромкие голоса. Кас открыл дверь и легонько толкнул меня в плечо. Я вошла. — Привет, лапуля, — услышала я знакомый голос противного мне Короля Ада. — Проходи, не стесняйся.       Это было душное тёмное помещение, которое освещалось только двумя лампами, ютившимися на отполированном длинном столе, который занимал практически всю комнату. Я неуверенно вошла и встретилась с горевшими то ли от ярости, то ли от нетерпения глазами Дина Винчестера, который сидел в самом дальнем углу, а его лицо наполовину было в тени. Кас остался стоять у входа, громко захлопнув дверь. Я уже хотела начать паниковать, но увидела, что с одной стороны стола действительно сидел Люцифер, который скрестил руки на груди и смотрел в упор на кого-то, кто сидел в тени… Эй, да это же сам Кроули, который небрежно поставил локти на стол, а подборок положил на ладони, попытавшись своими длинными пальцами закрыть всё лицо. Он выглядел усталым. Но растерялась я, когда увидела сидящую рядом с ним Гертруду, которая что-то быстро писала на какой-то бумажке, постоянно поправляя волосы. Вот такая обстановочка. Все в сборе. Мне стало немного неуютно, некомфортно. Я прикусила губу и сжала кулаки, но на красный ковёр, который скрывал от глаз весьма старый паркет, не наступила. — Садись, — буркнул Кроули и махнул рукой, после чего прямо из-под стола ко мне «подъехал» стул. Я послушно села, положив руки на колени, и немного поёжилась. — Рад тебя видеть здесь, дорогая Диана, — начал Король Ада, выпрямив спину. — Я думал, что ты и до Третьего Круга не дойдёшь, но теперь я понимаю, как сильно я ошибался. Я опустила голову, только чтобы не смотреть в эти глаза, которые уставились на меня с искренней злостью. — Я думаю, что ты была весьма удивлена, что я пригласил тебя сюда… Но, не пугайся, мы тут не для того, чтобы изменить условия сделки, а для того, чтобы обсудить общую проблему, — он сделал паузу, а потом добавил томным голосом. — Тебя. — Что? — вырвалось у меня, потому что я была более чем удивлена такому вызывающему заявлению. — Диана, — обратился ко мне Люцифер. — Говори правду и только правду. Речь идёт о серьёзных вещах. — Что? — сказала я с ещё большим возмущением. — Не пугайся, Диана, все мы прекрасно понимаем, что ты ещё ребёнок, поэтому никто не будет на тебя давить. Итак, когда ты впервые увидела Михаила? — Эм… На линейке первого сентября, тогда ещё… — я скосила взгляд в сторону Гертруды. — Полли сказала, что мне это почудилось. — А потом? — вызывающе сказал Король Ада и ударил по столу. — Потом я упала в обморок, — пробормотала я, потому что от волнения мне стало трудно дышать. — Что Михаил тебе показал? — Он показал мне будущее, — ответила я и сглотнула. — Там я умерла… — А что ещё он тебе показывал? — спросил Король Ада, поднявшись со стула. — Как Люцифера низвергли с Небес. Я слышала, как они ругались перед тем, как… — я не договорила, а просто выдохнула. — Перед тем как ЧТО? — спросил Король Ада и стал приближаться ко мне. — Перед тем, как Михаил столкнул Люцифера в бездонную пропасть, — сказала я на одном дыхании и уставилась в глаза Кроули. — Ах вот как… — сказал Кроули куда-то в сторону. — Козыри пошли… У вас, архангелов, всегда такие методы убеждения? — он повернулся в сторону Люцифера.       Сатана пожал плечами и, как ни в чём не бывало, продолжил сидеть с видом внимательного слушателя. Гертруда постоянно поглядывала на него, надеясь встретиться с ним глазами, но Дьявол смотрел на то на Кроули, то на меня, отчего моё лицо просто залилось краской… Ну не умею я сдерживать в себе волнение! — А что это такое? — спросил Кроули деловито, указав пальцем на золотой ободок. — Чьих это рук дело? — Персефона, — сказала я тихо. — Это она сделала, чтобы Михаил не смог найти меня благодаря моим мыслям. — Ясненько, — сказал Кроули. — А теперь скажи мне, дорогая Диана, знаешь ли ты, что ты зависишь от Люцифера? — Да, конечно, — сказала я неуверенно. — Это же благодаря ему я здесь… — И ты знаешь, что теперь твоя судьба тесно сплетена с судьбой Дьявола? — Ну да, — сказала я ещё более неуверенно, вопросительно уставившись на Люцифера, который смотрел мне прямо в глаза. — А теперь последний и главный вопрос, ради которого я тебя сюда пригласил. Скажи, — Кроули медленно наклонился к моему уху и сказал, — Ты любишь Люцифера?       Я не успела отвести свой растерянный взгляд от немного загадочного, но столь манящего взгляда Люцифера, который лишь приподнял брови. Вопрос Кроули ввёл меня в некоторый ступор, который тут же исчез, когда я повернула голову в сторону Короля Ада и вновь залилась краской: — Что? — выдавила я из себя. — Повторю вопрос, — повысил голос демон. — Ты любишь Люцифера? — Кроули, ты… — начал, было, Кас, но Король Ада резким движением руки заставил его замолчать. — Отвечай, — сказал он ещё громче. — Я… — я растерялась. — Я не знаю… — я не знала, что говорить. — Я не понимаю… — КАКОЕ ИЗ ТРЕХ СЛОВ «ТЫ ЛЮБИШЬ ЛЮЦИФЕРА?» ТЕБЕ НЕПОНЯТНО?! — взревел демон и схватился за спинку моего стула так, что я чуть с него не свалилась. — Кроули, я… — от волнения у меня совсем закружилась голова, и всё поплыло перед глазами. — Я… — Да ответь ты! Любишь ты этого ублюдка или нет?! — волосы у Короля Ада встали дыбом, и он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони до крови.       Я же схватилась за голову, почувствовав на себе довольный взгляд Гертруды и недоумевающий взгляд Дина. А ещё я видела, как Люцифер закрыл глаза рукой, как обычно люди делают в случаях, когда испытывают испанский стыд. Мне не хотелось отвечать на вопрос, потому что при любом раскладе я бы сказала неправду… Я уже хотела что-то сказать, но как только я повернулась в очередной раз и хотела посмотреть Кроули в глаза, то прямо перед моими глазами сверкнула яркая вспышка, и я очутилась на улице. Это была улица адского города Дита, где со всех сторон меня окружали души, которые спешили куда-то и проходили сквозь меня, даже не обращая внимания. Я застыла в полном недоумении… Я сидела на стульчике в центре улицы, по которой даже проезжали машины. Меня окружали серые дома, в окнах которых даже горел свет. Я встала и осмотрелась. — Мне показалось, что ты сильно смутилась, — раздался знакомый голос. Это был Кас, который стоял в нескольких шагах от меня, и, засунув руки в карманы, смотрел куда-то в сторону. — Не хочешь прогуляться? — сказал он. Я кивнула, понимая, что ничего не понимаю… и подошла к ангелу, который движением руки указал мне на аллею, на которой не было ни души. — Кроули затеял это внезапно, — сказал Кас, не поворачиваясь в мою сторону. — Это было самое неожиданное для нас всех решение… — Зачем он это сделал? — спросила я, всплеснув руками. — Что вы вообще здесь делаете? — Михаил устроил переполох наверху, — Кас поднял глаза к серому небу. — Погибло много людей. Я пришёл к Бобби, а тот заставил Дина идти к Кроули. — Почему? — Потому что на всех жертвах огромной аварии помимо выжженных глаз на груди будто ножом вырезанное твоё имя… — Как это, — проговорила я, — ужасно… — Дин пошёл к Кроули, который тут же спустился в Ад, прихватив меня и Винчестера. Когда мы спустились, то выяснилось, что Михаил тут уже похозяйничал. Новости про убитых Миноса, Аида, Плутоса и Флегия* разлетелись по всему Аду, заставив стража Седьмого Круга, то есть Минотавра, покончить жизнь самоубийством… Я ужаснулась. — А когда Кроули узнал, что Михаил мучает души, то тогда Король Ада понял, что архангел перегибает палку не просто так. — А что он делает с душами? — спросила я, скрестив руки на груди. — Вроде бы сжигает их до того, что они высыхают и словно вновь умирают, превращаясь в высушенные трупы, пока эта странная оболочка не трескается, и душа не вылетает на свободу, забыв о том, кто она… — По-моему, я это уже где-то видела… — Не отрицаю, ты могла это видеть, ведь это было первой проказой могущественного архангела. — То существо гналось за мной, а потом само загорелось… — вспомнила я первые дни в Аду, когда только-только начинала осознавать ужас всего происходящего. — Да, — сказал Кас. — Но это не главное. Михаил всем доказал, что его единственной целью являешься ты, поэтому Кроули и пришёл сюда. — Но зачем я Михаилу? — Тебе не кажется, что гораздо проще убить тебя, чем самого Люцифера, верно? — усмехнулся Кас. — Видимо, поэтому. — Но неужели я стОю того? — Да, Диана. — Но зачем Кроули спросил такой коварный вопрос? — Он хочет знать правду. Потому что если ты действительно пытаешь к Люциферу какие-то чувства, о которых обычно вслух не говорят, то… — Кас как-то умолк в самый неподходящий момент. — То что? — спросила я дрожащим голосом. — Твоя душа навсегда останется в Аду. НАВСЕГДА.       Этот ответ привёл меня в ужас. Я остановилась и умоляюще посмотрела на ангела, который с большим сочувствием взглянул на меня. — А если ты навсегда останешься в Аду, то и Михаил останется здесь, — продолжил ангел. — А Кроули не желает, чтобы по его Аду разгуливал ещё один архангел, который качает права… — Боже, опять я всему виной! — сказала я печально, опустив голову. — Знаешь, Кроули до последнего верил, что ты сразу скажешь отрицательный ответ, — добавил Кас. — Тогда бы у него было меньше проблем. Видела бы ты его глаза, когда ты растерялась… — А теперь что? Придётся возвращаться туда и отвечать на вопрос? — спросила я и взглядом окинула городские улицы. — Все прекрасно знают ответ, Диана, — сказал Кас многозначительно и остановился. — Даже Люцифер. — Но зачем же тогда спрашивать? — Кроули один не верил и пытался нам всем доказать, что это не так. Он вообще странный, — добавил ангел. — Я теперь не смогу смотреть в глаза Люциферу, — сказала я и поправила чёлку. — Тебе и не нужно будет. — В каком это смысле? — Ты можешь пойти с нами. Ты можешь остаться здесь. — Нет! Я должна дойти с ним до конца… — Ты это сама себе внушила, — скромно сказал ангел. — Идём с нами. — Нет! Я же… Он же… — Хорошо, — сказал Кас. — Ты готова вернуться и ответить на вопрос? — Я? Я вообще не понимаю, о какой любви может идти речь, если я ещё такая маленькая! Тут даже о симпатии заикаться не стоит! — Диана, — ещё раз многозначительно обратился Кас. — Для Кроули нет различий в этих понятиях, между которыми можно провести тонкую грань. Любовь, влюблённость, симпатия, дружба… Он никогда не испытывал этих чувств, чтобы говорить о них и уж тем более — чтобы различать их. Не подведи меня и Дина, закончи, пожалуйста, заседание. — Но я…       Я не договорила, потому что перед глазами вновь появилась вспышка, а сразу после неё нарисовалось грозное лицо Короля Ада, который в упор смотрел на меня. Я уставилась прямо в его злые, полные ненависти ко всему живому, глаза. Я видела, как за его спиной стоял Кас, который подмигнул мне и сразу отошёл. — Да! — сказала я громко и сделала глубокий вдох. Король Ада отпрянул от меня и отправился обратно садиться за стул. Я опустила голову, потому что чувствовала, что все находящиеся в этой комнате смотрели на меня. — Можно я пойду? — промолвила я, набравшись храбрости. — Да, Диана, ты можешь идти, — ответил Люцифер. Я встала со стула и, не поворачиваясь, вышла из комнаты, а за мной поплёлся Кас.

***

      Я сидела в комнате на неудобной железной кровати без одеяла и подушек, и мне больше всего хотелось забыть всё, что произошло в так называемой комнате заседаний. Сэм периодически приходил и пытался подбадривать меня, но мне стало так противно от всего этого, что просто хотелось удариться головой обо что-то и прикинуться дурочкой, словно это не я открыла тайну своего сердца по приказу Короля Ада. Секрет, который теперь не секрет, а предмет, обсуждаемый Королём Ада и его последователями. На сердце теперь тяжесть, а душу я будто закрыла на замок, мол, поигрались с тобой, и хватит. Тираны… ----- * Флегий — Страж Пятого Круга, которого Диана не встретила на своём пути.