Deal with the devil

Казалось, что это самая большая глупость, которую я когда-либо совершала в своей жизни. Но то, что ждало меня дальше… Было столь омерзительным, даже для меня, человека, который относился ко всему проще и даже иной раз пофигистично.

***

Было начало весны, прошедшая на днях оттепель сменилась резким похолоданием. Папа с мамой собирались ехать подписывать очередной контракт со своими партнёрами по бизнесу. Попрощавшись со мной и моим младшим братом, они сели в машину и поехали, говорили, что вернутся ближе к ночи. — Что за чёрт! Тань, держись! — Борис пытался вывести свой автомобиль из заноса. — Нет! — только и смогла сказать Татьяна перед своей смертью. Кровь медленно растекалась по торпеде. — Зачем! Зачем… — я только включила эти новости, раньше того, как мне позвонили полицейские и сказали, что мои родители попали в аварию. — Чёрная Акура. Папина Акура была буквально расплющена под фурой. Кровь, она была повсюду, а изуродованные тела моих родителей уже клали в чёрные целлофановые мешки, — слёзы покатились по моим щекам и я упала на колени. Потом мы остались жить со своим дядей Сергеем. Но я не оставляла попытки найти одну магическую книгу. Плевать, сколько она стоит у частного коллекционера. И я её нашла, так как ещё со школьных лет увлекалась мистикой и всем, что связанно с ней. Я вызвала демона и заключила с ним сделку. Демон оказался Азазелем. Как ни странно, но моих родителей он вернул такими же, как и прежде. Просто говорят: «Не всегда те кого, ты возвращаешь из Ада, остаются прежними». «И будет ли это он на самом деле?» Но в моём случае всё было иначе. Родители были живы, и будто не было этой нелепой аварии. Но платой была моя душа. И в один «прекрасный день», на мой двадцать четвёртый день рождения демон пришёл за мной. Намного раньше обговорённого с ним срока. Я знала, высший бес обманет меня. Но на тот момент я уже догадывалась, что слишком всё было хорошо.

***

Ад со своими вечными сумерками и вечным летом встретил меня в мой день рождения. Падший херувим был со мной омерзительно мил, а его приторно-милая улыбка не сходила с его уст. Дьявол отряхнул пылинку со своего чёрного дорогого пиджака и театрально развёл руками. А ещё через мгновение, я осталась полностью обнаженной, а мои руки и ноги опутывали железные цепи растягивая их до боли в стороны. — Будешь моей очередной игрушкой? — с цинизмом спросил Азазель. — Я не хочу ей быть, — ответила я и посмотрела прямо в жёлтые глаза демона, в них читалась жажда крови и похоть. Он возжелал меня, как и прочих своих девушек, но они слишком быстро ему надоедали и тогда он отдавал их низшим бесам, настолько омерзительным, что лучше каждый день чувствовать, как тебя пытают и сдирают с тебя кожу, чувствовать боль, невыносимую боль. Как из твоей груди выдирают сердце и остальные внутренности, умирать изо дня в день и оживать, но только не совокупляться с ними. — Сама скоро, сучка, попросишь об этом. А я знаю о чём я говорю, хотя, может, тебе понравится, когда тебя имеют низшие бесы или мой пёсик Рот. — рассмеялся Азазель, глядя на девушку. Секунда, и в мою грудь входят длинные иглы, похожие на вязальные спицы. Боль пронзает всё моё тело, и я кричу до хрипоты, а дьявольское отродье смеётся, обнажая свои белые клыки. Мои русые волосы растрепались, а иглы входили в моё тело всё глубже и глубже, но я даже не могла дернуться в цепях. На теле выступила испарина от невыносимой боли, слёзы сами собой текли из глаз, я уже не могла кричать (на мне был железный кляп), а только что-то невнятное мычать в него. Я почувствовала, как что-то или кто-то тёплое и гладкое ползёт по моей ноге — это оказалась змея. Когда она доползла до моих грудей, то длинные острые клыки вошли мне прямо в левую грудь. Длинный язык этой дьявольской змеи стал какой-то странной формы и вошёл мне прямо в сосок, причиняя доселе невиданную боль. Ну почему! Почему я не могу умереть, только навечно! Дура, сама виновата. Грела лишь мысль о том, что мои родители живы, да и демону их души не очень-то были нужны. А я, как трофей. Очередной трофей, словно невинный жертвенный агнец, пришедший сам к волку на обед. Предложившая себя съесть. Заманчивое предложения для хищника, а жертва всё равно умрёт, она проиграет в чужой игре. — Когда всё это надоест, скажешь, хотя, я только что начал. — Азазель вновь оскалился. Демон подмигнул мне левым глазом и мило улыбнулся, садясь в кожаное кресло, а мы уже оказались не на улице, а в каком-то помещении. — Ну что, снять с тебя змею? — спросил он. — Ты только кивни, — снова улыбка. — Подчинишься мне и встанешь передо мной на колени тогда, всё будет хорошо. Я промычала в кляп и помотала головой из стороны в сторону. — Ну, нет так нет. Тогда продолжим веселиться, а точнее я продолжу и посмотрю на сколько тебя хватит.