Дневник ангела.

Солнце мягко освещало горный пейзаж, расстилавшийся на многие мили вокруг. Глубокие долины, с клубившимся в них туманом, бездумно чередовались с голыми острыми скалами и зеленым лесом, густо укрывавшим большинство склонов. Кажущиеся маленькими людские домики неловко клеились к могучим горам, растворяясь в окружающей их зелени. Школьный автобус все выше и выше забирался по горному серпантину, пугая и завораживая видами, открывающимися по мере подъема. И когда казалось, что вот ты на верхушке, но дорога делала поворот, и открывались новые высоты и все более прекрасный вид внизу, словно жизнь. В старые времена люди верили, что горы созданы для того чтобы, сделать людей ближе к их божествам обитающим на небесах. Сейчас же наука доказала и объяснила все что можно и все что нельзя, сделав все сухим и черствым, даже чувства. В полупустом автобусе было тихо, только вожатые о чем-то переговаривались и посмеивались. Ученики же восторженно рассматривали открывающийся пейзаж, прилипнув к окнам. Подопечная не стала исключением. Несмотря на ранний час ей вообще не хотелось спать, наоборот в ее голове творился вихрь мыслей и чувств. Вот восхищение, вот размышления об образовании этих скал и попытки отыскать знакомые геологические феномены, вот желание взять карандаши или кисть, что зарисовать все ее окружающее. Из мыслей о материале для рисования, ее вырывает знакомая, указывая рукой на соседний склон. Там группа «безумцев» летает на парапланах. « Они сумасшедшие! » - восклицает в чувствах протеже. - « Но я хочу попробовать!» « Ага и довести меня до сердечного приступа, » - фыркаю про себя, меняя положение. Тем временем деревьев становится меньше. Появляется все больше зеленых плато, и нависающих над ними голых серых скал. Вот между двумя витками дороги бежит горная речка, весело подпрыгивая на камнях. Все меньше домиков в округе, а если и попадается один или два, то это уже полноценное шато или крупная ферма. Вид облаков, находящихся на одном с автобусом уровне завораживает , а солнце начинает припекать все сильнее и режет глаза. Но подопечная лишь радостно щурится, с легкой улыбкой глядя на солнце. Автобус сходит с серпантина, въезжая под сень леса, и через пару минут вырываясь на зеленые поля. Уже и указатель на место назначения: высокогорный заповедник. Машина останавливается, ученики с гвалтом выкатываются из салона. Их встречает холодный горный ветер, заставляющий сильнее кутаться в кофты и куртки. Он даже меня донимает, хотя я ничего чувствовать не должен. Пройдя кассу мы очутились в небольшом дворе, окруженного с одной стороной дорогой, с другой — домами века этак восемнадцатого, девятнадцатого, а по бокам большим забором за которым расстилались широчайшие поля на которых паслись лошади Пржевальского и стада бизонов. Решив «разогнать кровь», протеже словно маленький ребенок ринулась к игровой площадке. Она лазила по канатам, перебиралась по балкам, пролазила в туннели. Через некоторое время к ней присоединилась ее подруга, очевидно веселье и детсадовское поведение заразительны. Промаявшись так какое-то время. Раскрасневшаяся от игр, подопечная предложила остальным прогуляться, чтобы «разведать местность». Пришлось идти с ней, вдруг что-то случится в незнакомом месте. Во время «разведки»был обнаружен небольшой отель, ресторан, конюшня, старая телега. А так же понимание того, что место в котором они находятся , это маленький островок принадлежащий людям в море полей и лесов под господством животных и растительности. Это знание завораживало и восхищало , заставляя уносится мыслями в такое низкое здесь небо с плывущими по нему пушистыми облаками. « Так, ты говоришь, мы на тележке поедем? » - спросила протеже, сидя на заборчике словно на коне, знакомую, уже была здесь которая судя по ее рассказам. « Скорее всего. Так было в прошлый раз.» Почти в тот же момент, во двор за другой стороны зашла группа и экскурсовод распрощавшись с ними, пригласила детей следовать за ней. Оказалось, в этот раз, они пойдут пешком. Эмоции у учащихся были разные от страха до бешеного восторга, от показной усталости до всплеска энергии. Протеже с подругами рванули к воротам, ведущие в поля, так и не дослушав технику безопасности. « Если с тобой что-то случится из-за этого — я не виноват,» - слова выскользнули, не произвольно, опомнившись, ударяю себя по лбу. Конечно это я буду виноват. ( Лично мне больше нравится, когда она сидит на месте, а не скачет, как сегодня.) Облака медленно плыли по небу, изредка закрывая солнце. Оно конечно выбивало свое место над миром, согревая, все даже ветер. Но как только звезда скрывалась, он набирал обороты, заставляя надевать только, что снятые куртки. Кабан услышав людей поспешил укрыться в глубине леса, пронзительно визжа. Молодой олень был более хитрым, дети его увидели, только когда подошли в плотную. А затем он резко подорвал, уносясь в даль, иногда ломая ветки и отбивая задними ногами по воздуху. « Ночью здесь можно еще увидеть зайцев, лис иногда волков, сов и много чего еще, » - рассказывала гид, в то время как группа перебиралась через низкий, сухой кустарник. « У вас такая огромная территория, как вы помогаете больным животным? » - задала вопрос младшая девочка, выпутываясь из цепких лап репейника, недовольно сопя. « Мы не помогаем нашим животным. Натуральный отбор так сказать. Был у нас один случай. Один из самых старых бизонов, один из первых, в бою с молодняком сломал таз. Он ушел с полей в лес и долго не возвращался. Недель так восемь — десять. Мы думали, все, скончался. Но к осени он вернулся целый и невредимый, только хромает немного. Вот кстати и он ! Видите, третий с краю, левую заднюю ногу в воздухе держит. » Во время рассказа дети с вожатыми вышли на огромное поле. Отсюда дома казались мизерными, а дорога не больше нитки для вязания. Зато бизоны и лошади стали больше, чем издалека. Гид продолжала вещать, что-то про обычаи, размеры, характер, образ жизни. Но протеже уже была отвлечена близко подошедшей лошадью. Только протянула руку, чтобы погладить ее по мягкому носу, прогремел голос экскурсовода: « Животных не трогать! А то они могут привыкнуть к человеческим рукам и это будет хуже для них. Причем у лошадей Пржевальского очень скверный характер, их еще никто не приручил. » « Мы будем первыми,» - шепнула подопечная своей подружке. И дождавшись ее бодрого кивка, весело улыбнулась, окатывая меня волной энтузиазма. Девушки заболтавшись, отстали от группы, которая уже двигалась в сторону другого поля, отделенного от этого домом и небольшой полосой низкого леса. « А теперь тише, видите стадо оленей, вон там за деревьями, » - гид указывала рукой куда-то в глубь леса, переходя не шепот. - « Будем останавливаться по мере приближения, чтобы они не так нервничали и дали подойти поближе. » Дети пробирались тихо, стараясь как можно меньше шуметь и не спугнуть столь желанную добычу. У протеже разыгралось воображение, она представила себя индианкой, которая была изгнана из семьи и клана, и теперь была вынуждена сама добывать себе пропитание. В ее руке палка для ходьбы превратилась в копье, звякающие брелки — в магические тотемные амулеты, кофта обмотанная вокруг талии — в юбку из полосок кожи. А рядом с ней уж не было людей, были лишь ее верные товарищи собаки. Но треск сухой палки под ногой какого-то «остолопа» из группы, спугнул оленей и вывел подопечную из ее воображения, заставляя недовольно выдохнуть и неприлично выругаться. « Ладно, дети, мы и так подошли очень близко — это настоящая удача! Даже на моей памяти это было всего два-три раза, и это вместе с сегодня!» - бодро вещала гид, шагая в противоположную, от спугнутых оленей, сторону. - « А вот та маленькая группа из четырех самцов лошадей Пржевальского. Видите вниз по склону, недалеко от дороги. Кто-то «шибко умный» отпустил шутку про ориентацию этих лошадей, за что был награжден испепеляющим взглядом протеже и прекратил смеяться, подавившись смешком. « Я устала, » - проговорила девушка на год младше подопечной, хотя усталости от нее не чувствовалось. - « Не люблю ходить , вот бы скорее вернутся в комнату и посмотреть сериал! » « Не переживай, мы уже заканчиваем. Сейчас должны пойти поесть и поедем, мне кажется, - подбодрила протеже, бодро зашагав по дороге, своим примером показывая, как надо держаться. И правда, через несколько минут мы приблизились к воротам с другой стороны «человеческой зоны». Завалившись гурьбой в ресторан, дети нашли свободный стол и начали рассаживаться, подошла официантка, приняв заказ, убежала отдавать распоряжения на кухню. Сначала за столом было тихо очевидно все надеялись, что вот сейчас, все словно по мановению волшебной палочки окажется на столе. Потом заговорили между собой вожатые, в из беседу подключился подоспевший водитель, а затем уже весь стол начал на перебой делиться своими впечатлениями, обсуждал учебу, все на свете. За разговорами незаметно пролетело время ожидания, блюда появлялись и нетерпеливо ученики начинали чуть ли не с жадностью их есть. « Вкусно! Но кто так готовит стейк! Он же совершенно сухой!» - подруга подопечной — большой гурман и любительница готовить — окатывала окружающих волнами недовольства. « Да ладно тебе! Лучше все же чем в школьной столовой.» - девушка сидящая рядом улыбнулась, продолжая трапезу. Десерт, кофе, чай. Начались сонные позевывания. (Все же ранний подъем не прошел безрезультатно.) Одна из вожатых пошла расплачиваться, а дети потянулись на улицу к магазинчику с сувенирами через который лежал выход. Протеже первой вбежала в автобус, заняв место у окна. Салон медленно заполнялся, и после сотого пересчета учеников, удостоверившись, что все на месте, машина тронулась, медленно выкатываясь на дорогу и беря направление на «дом».