Единственный взгляд

      Кирилл - Спасибо за прекрасный вечер, - тихий голос Бажена как всегда вызвал стайку мурашек, марширующих вдоль позвоночника. Поежившись, бросил быстрый взгляд на сидящего рядом мужчину. В неверном свете уличных фонарей его волосы никак не выглядели рыжими, делая из него скорее то ли брюнета, то ли шатена, зато глаза стали еще светлее, мягко мерцая серебристым светом. - Пожалуйста, - я устало улыбнулся, поездка в такси, хоть и не очень долгая разморила меня и усталость навалилась с еще большей силой. - На чай, кофе не приглашаю. Уж извини, гостеприимный хозяин сейчас из меня совершенно никакой. - Может проводить? - светлые глаза взволнованно сверкнули, а их обладатель внимательно всмотрелся в мое уставшее и сонное лицо. - Нет, спасибо, - кое-как подавив готовый вырваться зевок, благодарно улыбнулся и выбрался из салона авто. Для меня и так было слишком, практически незнакомому человеку сказать свой адрес. Да большинство моих друзей до сих пор знают его только приблизительно, а тут – вторая встреча, нет уж спасибо. До квартиры доплелся, зевая через шаг, хорошо еще, что живу на третьем этаже, а то заснул бы прямо в лифте. Дома, не глядя куда, сбросил одежду и, наплевав на душ, растянулся на кровати и тут же завернулся в одеяло, моментально проваливаясь в сон, чтобы утром проснуться от громкой траурной мелодии телефона. С трудом вспоминая что вечером его куда-то закинул, пошлепал на звук, даже не открывая глаз, уж что-что а свою жилплощадь я знаю едва ли не лучше собственных пяти пальцев. Нащупав голой ступней (надо же на то чтобы снять носки меня все же хватило), что-то тряпичное, лежащее на полу, удивленно открыл один глаз. Этим чем-то оказались брюки, небрежно брошенные посреди коридора. Мда... я конечно не фанат чистоты, но и настолько неряхой никогда не был. Пиджак с разрывающимся телефоном преспокойно лежал в паре шагов рядом. - Да, пап, - прислонившись к стенке и закрыв глаза, в попытке доспать еще чуть-чуть, ответил на звонок, а голос хриплый как у курильщика со стажем. - Кирилл, - а вот это уже серьезно, родители настолько редко называют меня полным именем, что я от удивления сразу же проснулся, - у тебя все в порядке? - Смотря, что ты считаешь за порядок, - настороженно отозвался я, оглядывая масштабы учиненного вчера беспорядка. Пиджак и брюки валялись на полу, рубашка сиротливо висела на ручке двери, а галстука вообще в поле зрения не наблюдалось, ровно как и носков. - Ну... - папа Мир замялся, явно не зная как выразить свои сомнения и вопросы. - Можете не волноваться, ночевал я один, если конечно вас именно это интересует, - догадавшись, что волнует родителей, улыбнулся в трубку, спеша развеять их сомнения. - Бажен как истинный джентльмен проводил меня до дома, точнее, до подъезда, а я с чистой совестью забурился спать. Вас ведь это волновало настолько, что вы решились меня разбудить в такую несусветную рань? - Кира, - трубку взял мой кровный родитель, - прости, если что, но... - Пап, мне девушки нравятся, - улыбнувшись, перебил отца, - и я не собираюсь менять ориентацию. Пока, по крайней мере. - Пока? - Ну, все может быть, с генами-то не поспоришь, - усмехнулся, представляя вытянувшееся лицо отца от подобного моего заявления. - Может, я влюблюсь, так что будет все равно, какого пола мой избранник. - Ки-и-ира, - простонал на том конце линии отец, - не пугай так, я внуков хочу, очень. - Па, не парься раньше времени, все равно у меня не то, что парня, даже девушки нету. - И кто в этом виноват? - ехидно донеслось из трубки. - Мм-м, инопланетяне? - А мне кажется - один необщительный дурак, - фыркнул любимый папочка. - Ладно, если у тебя все хорошо, так что ты даже вон уже огрызаешься, значит мы можем быть спокойны. Отдыхай, сын. - Ну, спасибо, - проворчал, слушая доносившиеся из трубки гудки. - Разбудили, мозги прополоскали и «отдыхай, сын». У меня не родители, а изверги. Кряхтя как старый дед, поднялся с пола, куда успел усесться за время разговора, подхватил костюм и поплелся в спальню, разыскивать носки и одеваться. Не смотря на то, что живу один, не люблю ходить голым или в одном белье. Только в самую жару делаю себе поблажку, влезая в короткие шорты, бывшие в молодости джинсами и обрезанные моей не дрогнувшей рукой. За уборкой, походом в магазин и химчистку, и другими, в общем-то, повседневными делами, время пролетело незаметно. Друзья и родные, прекрасно зная мой характер, звонками и визитами не беспокоили, но все равно какой-то внутренний дискомфорт, появившийся непонятно откуда, не проходил. Даже любимая подборка музыки не помогала расслабиться полностью и прийти в согласие с внутренним миром. А когда я в очередной раз бросил взгляд на мирно лежащий телефон, до издерганного сознания наконец-то дошло – жду звонка, причем не абы какого, а от своего нового знакомого господина Сиверского. А вместе с этим пришло и осознание, что телефона-то я своего не давал и даже если бы Бажен хотел позвонить, узнать номер ему не у кого. Судя по реакции родителей, и Мир, и Феликс будут хранить его в тайне, точно как месторасположение пиратского клада, ну или золотого запаса нашей страны, если бы они, конечно, знали его. Обозвав себя придурком, забросил телефон куда подальше, чтобы не нервировал почем зря, и, включив музыку погромче, занялся, наконец, давно откладываемой работой – наведением порядка в собственной библиотеке. Книжные вкусы у меня не сильно отличались от музыкальных, и на полках спокойно могли соседствовать монографии известных ученых вместе с учебниками и журналами по дизайну, фэнтези и сказками. Словари иностранных языков, любимый подарок отца лет примерно до семнадцати, стояли рядом с философскими трактами, читаемыми в периоды особо тяжелой меланхолии. А целая подборка книг по началу, ведению и развитию собственного бизнеса (не только мой кровный отец считает, что книга это лучший подарок, но и, как оказалось, Мир точно такого же мнения) стояла вперемешку с учебниками по саморазвитию. Короче, на полках был тот еще бардак. Увлекшись и иногда перечитывая некоторые странички, я не слышал, как потом выяснилось, ни мобильного, ни стационарного телефонов, во весь голос подпевая любимым песням и только колокольный звон дверного звонка оторвал от увлекательного, как оказалось, занятия. Это пришла ругаться соседка, устав от громкой музыки. Извинившись, почувствовал что настрой на продолжение пропал и вид разложенных по стопочками книг вызывает отвращение. Чтобы хоть как то отвлечься, пошел искать с утра заброшенный куда-то в недра квартиры телефон. С трудом откопанный из груды приготовленного к стирке белья, мобильник показал почти десяток звонков от родителей, причем звонил что один, что второй по очереди, звонок от деда – вспомнил, что договаривались созвониться на днях, и напоследок высветился еще один какой-то непонятный номер, причем звонков с него было несколько. Сердце предательски екнуло, уверенное, что это был кое-кто рыжий и сероглазый. Шикнув на предателя, после недолгого колебания решил перезвонить, хотя обычно я на незнакомые номера не то чтобы не перезваниваю, даже не поднимаю трубки. Но в этот раз решил изменить этой своей очень даже полезной, с моей точки зрения, привычке. Но видимо там, наверху, были сильно против так как стоило только решиться нажать на кнопку вызова, как мобильник зазвонил и на экране высветился тот же самый набор цифр. Несколько секунд я пораженно смотрел на экран, а потом, спохватившись, второй раз ответить-перезвонить могу и не решиться, нажал на стандартную зелененькую трубочку, принимая вызов. - Д-да? - получилось немного испуганно. - Эм, Кирилл? - этот голос как всегда заставил поежиться от нашествия стайки мурашек, но, не смотря на дискомфорт, вызванный этим, отторжения не вызывал. - Привет, у тебя все в порядке? Надеюсь, ни от чего не отвлекаю? - Привет, - сползая спиной по стенке, я улыбался, как придурок, не желая даже задумываться над собственной реакцией. - Нет, нисколько, я только решил себе устроить перерыв, а тут ты звонишь. - Да? А чего тогда голос такой испуганный был? - судя по голосу, рыжий улыбался. - Просто я редко отвечаю на звонки с незнакомых номеров, - пояснил свою первую реакцию мужчине. - Кстати, Бажен, а откуда у тебя мой телефон? Насколько я помню, до этого мы вчера так и не дошли. - Ну... - ох, чувствую кто-то очень не хочет признаваться, откуда узнал номер. - Бажен... - Ладно, ладно, - я, как наяву, представил лукавую улыбку, прописавшуюся на его губах, - Феликс Сортрис был очень любезен. - Шантажист. - Ничего подобного, я профессионал! - возмутился Сиверский. - Ну и что, - фыркнул, не сдержавшись, - это еще никому не мешало, даже, скорее, наоборот. - Кирилл, - голос на том конце линии практически неуловимо изменился, став холоднее. - Прости, не хотел тебя обидеть, - тут же повинился, желая донести до Бажена, что ни в коем разе не хотел его обидеть. - Просто мне сегодня с утра звонил отец и, судя по его вопросам, я понял, что мой номер у них можно выбить только силой. - Отец? - голос рыжего потеплел и в него вплелись вопросительные нотки. - Мирослав Ильин близкий друг семьи, так что для меня он уже давно стал вторым отцом, пытаясь воспитывать в меру своих сил и возможностей, - объяснение получилось каким-то скомканным, но я не желал вдаваться в подробности отношений с Миром. Не буду же я перовому встречному, пусть и такому симпатичному, говорить, что он любимый моего родного отца и они вместе уже почти десять лет, став мне настоящими родителями. - Феликс - мой двоюродный дядя, - приняв мое кривое пояснение, в ответ признался Сиверский. - И в обмен на твой номер он потребовал клятвенно пообещать, что не буду приставать к милому мальчику Кириллу. - Ну, судя по тому, что ты мне все-таки звонишь, обещание ты дал, - улыбнулся в трубку, прижимая телефон плечом. Звонок поднял настроение до такой точки, что даже нашлись силы заняться расстановкой уже рассортированных книг. На радостях, схватив больше, чем мог удержать, уронил не самый легкий томик. Хорошо хоть не на ногу, но грохоту было много. - Ты что там делаешь? Это что был за шум? - тут же всполошился Бажен, а тревога в его голосе заставила умиленно улыбнуться, хотя я, наверное, и не переставал. - Все хорошо, не волнуйся, - поспешил успокоить друга, надеюсь скоро смогу называть его так не только про себя, - просто книгу уронил. В кои-то веки решился навести порядок на книжных полках. - Любишь читать? - по-любопытничал Сиверский. - Очень, маленьким, когда люди окончательно надоедали и не было сил никого терпеть, я забирался в дедову библиотеку и мог днями не показывать от туда даже кончика носа, набираясь сил перед очередным выходом в свет. - Хм, - неопределенно хмыкнул Бажен на мою реплику, - а сейчас, ты как настроен на выход в свет? - Сейчас? - я сделал вид, что задумался. - Только если не в многолюдное место. Вчерашней общественной жизни мне хватило на несколько ближайших недель. - Социопат, - ласково протянул мужчина, а я подумал, что, будь он сейчас рядом, обязательно запустил бы свои шаловливые ручки в мою шевелюру. - Интроверт, - в тон ему парировал. - Если хочешь, то через часа полтора я в полном твоем распоряжении, где живу знаешь. - Как заманчиво это звучит. В полном моем распоряжении, - и снова это тон, от которого у меня мурашки табунами вдоль позвоночника носятся. - Договорились, жди через полтора часа, буду... И Кирилл, оденься поудобнее. - Хорошо, - я в очередной раз смутился, хорошо еще, что кое-кто этого не видит. Повесив трубку, я с вновь появившимися силами набросился на книги. Перспектива новой встречи с этим мужчиной радовала и я не хотел задумываться над истинными причинами этой радости. А спустя отведенное себе время крутился перед зеркалом, раздумывая, что делать с волосами. Заплести, как я это обычно делаю, когда иду куда-нибудь с друзьями, или оставить распущенными? Звонок мобильного застал меня с резинкой для волос, зажатой в зубах – решил все-таки сделать высокий хвост. - Та, уше шпушкаюшь, - ответил, бросив быстрый взгляд на экран. Правда, получилось чуть шепеляво. - Потошти минутку. - Кир, у тебя там все хорошо? - Тьфу, да, - выплюнув резинку, ответил уже нормально. - Я пытаюсь волосы завязать и когда ты позвонил у меня в зубах была резинка. - Хм, тогда давай. Я жду внизу. - Ок. Бросил последний взгляд в зеркало. Там отразился высокий молодой человек в светлых потертых джинсах и светло-серой клетчатой байковой рубашке с капюшоном (на улице не июнь месяц а вторая половина сентября, надеюсь, не замерзну) наподобие толстовки. Не знаю где Лина достала ее, но подарок пришелся как раз кстати, и носил я ее именно так, как было сказано, не застегивая первые пару пуговиц, так чтобы было видно ключицы. Обулся и, схватив мобильник, кошелек и ключи, поспешил вниз. Ожидавший внизу, облокотившийся о капот какой-то явно жутко дорогой машины Бажен оделся примерно также, разве что джинсы были темно-синими да черный пуловер крупной вязки, причем, тоже с капюшоном. Я улыбался как придурок, а в ответ на вопросительно поднятую бровь набросил свой, на что получил улыбку - отражение собственной. Усадив меня в машину, оказавшуюся действительно дорогой, один светлый кожаный салон чего стоит, Бажен на все мои вопросы лишь молча улыбался, уверенно ведя машину. За своим любопытством я не заметил, как мы выехали на черту города и свернули куда-то на проселок и только удивленно рассматривал лес за окном. А примерно минут через двадцать за очередным поворотом показались крыши домов и мы въехали в котеджный поселок. Скорее всего, тут когда-то были обычные дачи, постепенно выкупленные у исконных хозяев и превращенные в это. Но, не смотря ни на что, поселок остался каким-то самобытным, что ли, ни тебе четырехэтажных хором, ни высоченных бетонных заборов. И это всего в получасе езды от города, круто. - Бажен, не знаешь, тут дома на продажу есть? - я не удержался от вопроса, восторженно рассматривая симпатичный бревенчатый домик, напоминающий средневековый русский терем. - Понравился? - даже не смотря на друга, я знал, что он улыбается. - Очень, мои давно подумывают поселиться в месте, подобном этому. Жаль только, в поселке деда нет участков на продажу. Откуда ты вообще узнал об этом? - У родителей тут дом, - ответил Сиверский. - Раньше мы каждое лето приезжали сюда на дачу. А когда мои финансы позволили, дом полностью перестроили и теперь они практически постоянно живут тут. Так это что, я сейчас познакомлюсь с его родителями? - Не волнуйся, - увидев мое вытянувшееся от удивления лицо, поспешил успокоить Бажен, - они позавчера улетели на море, погреть свои косточки. - Это хорошо, - пробормотал, рассматривая дом, возле которого мы остановились, - а то я как-то не готов еще знакомиться с твоими родственниками. - Да? - Бажен выглянул из дома, куда усиленно таскал какие-то пакеты, пока я рассматривал двор. - А когда будешь? - Потом, когда-нибудь, - отрешенно ответил, любуясь еще не осыпавшимися цветами на клумбе. - Красиво. Оказалось, рыжий принял во внимание мои предпочтения и приготовил для нас развлекательную программу, состоящую из тихих посиделок на берегу речки с костром и шашлыками только на нас двоих, причем меня к углям даже близко не подпустили. Было приятно, черт побери, обычно это я занят готовкой, а не наоборот. Приятная, ненавязчивая компания, вяло текущая беседа, то и дело переходящая в уютное молчание, и никакого лишнего шума или суетливых людей поблизости, то, что надо для полноценного отдыха. А вечером сонного, разморенного меня проводили до самой квартиры и даже проследили, чтобы запер за собой дверь. В следующие пару недель мы еще не раз встречались, гуляя, если позволяла погода, расщедрившаяся на дожди. Но даже если на улице было мокро, то были еще кафе или кино, на крайний случай под рукой всегда был телефон и скайп. В такие дни мы по несколько часов проводили возле мониторов, разговаривая на любые темы. Обсудили статью-отзыв о преобразившейся Астории, и много чего еще. А как-то роз смотрели один и тот же фильм, прямо по ходу обмениваясь мыслями о сюжете. Я сам не заметил, как эти звонки и встречи стали ожидаемы и даже необходимы, а ведь раньше сам редко кому звонил, но Бажену запросто набирал просто поговорить или договориться встретиться. А потом... Потом Сиверский, стремительно ворвавшийся в мою тихую жизнь... уехал. Я знал, что он и так непозволительно долго задержался в городе и его ждет работа, но не хотел думать о том, что останусь один. Бажен уехал, пообещав позвонить как доберется, а отец, которому я высказал свои мысли, обозвал меня придурком и эгоистом - парень и так до последнего откладывал отъезд, а я еще и жалуюсь. Обиделся. Дулся целых два часа, а потом принялся мириться, признавая что родитель прав, тот только покачал головой и провожая домой выдал странную фразу: «И зачем ему сдался такой придурок?» На мои вопросительно поднятые брови папа только пожал плечами, отказываясь как-либо комментировать сказанное. Звонок, раздавшийся в квартире на следующее утро, донес до меня привычно веселый голос Бажена, видимо друг добрался и был всем доволен, хотя я еще ни разу не видел его недовольным. Рыжий всегда заряжал окружающих своей бурлящей энергией. И снова полетели дни, наполненные разговорами по телефону и скайпу, и можно было представлять что за окном идет долгий-долгий дождь, просто дождь, разделивший нас стеной непогоды, а не десятки и сотни километров. Только вот прибавившаяся к обычным будням работа не давала забыть реальность. После не то чтобы уж очень хвалебного отзыва дело мое пошло на лад и начали поступать неплохие предложения, и уже через полгода я договаривался с клиентами, предлагая им своих друзей, как неплохих специалистов. Бажен только усмехался, утверждая, что пора нам объединяться и двигать к нему в столицу. Я только отшучивался или переводил разговор на другие темы и все больше загружал себя и друзей работой, стараясь подавить то странное чувство, появляющееся, когда я вспоминал теплую улыбку и прозрачные светло-серые глаза.