Вопросы

Англия побледнел. Потом сел на кровать, уронил голову на руки и начал всхлипывать. – Господи, почему я? Почему? Ты всё ещё сердишься из-за Генриха VIII? Россия сел рядом и похлопал его по спине – с такой силой, что чуть случайно не сбил на пол. – Ты в порядке? - Почему ты меня об этом спрашиваешь? - А больше никто не хочет об этом рассказывать. – извиняющимся тоном сказал Россия. – Если ты занят, я могу пойти спросить Францию… - НЕТ! – Англия схватил его за руку. – Не спрашивай этого лягушатника! - Почему? Это его книга, уж он должен знать. - Да, в том-то и проблема, - пробормотал Англия и вздохнул. – Ладно. Я попробую объяснить. Что ты уже выяснил? Россия начал загибать пальцы. – Что от этого иногда получаются дети, оно возникло в Корее, не имеет к капусте никакого отношения, Финляндия считает, что этим не стоит заниматься до двадцати пяти лет, и после вопроса на эту тему Пруссия пожелал мне сдохнуть в автокатастрофе. Англия ошарашенно на него посмотрел и пробормотал: - Надо сказать Китаю и Германии, чтобы поговорили со своими братьями… Минутку, если ты не знал про секс, зачем ты одел прибалтов в костюмы горничных? Россия озадаченно моргнул. – Это было смешно! Почему ещё я стал бы это делать? Как это относится к нашему разговору? - Забудь, это сложновато для данного этапа… - Англия нацепил на лицо отстранённую улыбку, пытаясь абстрагироваться от реальности и от того, что он говорит. – Значит, ты хочешь, чтобы я объяснил про пестики и тычинки*? - Нет, я хочу, чтобы ты объяснил про секс. - Ладно, ладно, извини, это просто такое выражение. О господи, с моими детьми это было настолько проще… - Англия взъерошил себе волосы, и его застывшая ухмылка стала ещё шире. – Так, значит, когда двое любят друг друга, о боже, это настолько стандартная фраза… - Извини, я пойду спрошу кого-нибудь ещё, если у тебя с этим трудности. - Нет, нет, я могу это сделать. Англия – родина величайшей литературы в мире, я никогда не мучаюсь в поисках верных слов! – настаивал Англия, гордо выпрямляясь. – Так, когда два человека любят друг друга, они трогают друг друга… особым образом. И когда они это делают, они находят особый магический цветок. И цветок раскрывается, и в него роняют семя, и оно вырастает в ребёнка. Цветы? Семена? Россия ненадолго представил себя бегущим вприпрыжку по солнечной поляне рука об руку с Литвой в его костюме горничной, рассыпая за собой семена подсолнухов. Воображаемые семена немедленно проросли, превращаясь в огромные цветы, из которых на землю посыпались очаровательные дети, в то время как вокруг порхали счастливые птички и пчёлки. Может, Пруссия сердился, потому что думал, что он хочет забрать Гилбёрда? Нет, как это ни огорчительно, но дети из подсолнухов появиться не могут... И потом, Швеция сказал, что для создания детей нужна женщина. В его идиллию ворвалось кошмарное видение Беларуси, которая скакала за ними и своими ножами срубала подсолнухи. Россия содрогнулся. Или так, или Англия понятия не имеет, о чём он говорит. - Что ж, я надеюсь, я всё тебе объяснил! – энергично сказал Англия, поднимаясь и выпроваживая Россию наружу. Тот посмотрел на книгу. – Вообще-то нет. Англия захлопнул дверь. Россия точно мог сказать, что он притворился, будто не слышал последнюю фразу.