За кадром Sailor Moon S

— Не подходи ближе! — со слезами на глазах сказала актриса! — Ты ведь всё равно опять уйдёшь на битву! Если ты собираешься оставить меня одну… Не подходи ко мне! — А–а–а, какой же Ёсаку-сан красавчик, — с сияющими глазами пропела Мимет, глядя на подбежавшего к партнёрше актёра. — Я просто обязана воспользоваться шансом и обратить его внимание на себя! Остальные актрисы тоже посматривали на парня с интересом, всё-таки на роль «жертвы дня» был приглашён Эда Ёсаку — один из самых популярных молодых актёров Японии, который по сюжету должен был сыграть самого себя. Удивительно, но единственной, кто выглядел безразличным к происходящему, оказалась Минако. Сидя на камне у посыпанной песком дорожки, актриса выводила на ней бессмысленные узоры. — Что это с Минако–тян? — обеспокоенно покосившись на подругу, спросила Макото. — Разве не должны они сейчас с Мимет-сан выдирать друг другу волосы за право первой пофлиртовать с Ёсаку-саном? Подруги переглянулись и, кивнув друг другу, направились к Минако. — Э? — удивлённо распахнула глаза Рей, когда Минако рассказала о причинах своего состояния. — Руи-сан уезжает учиться во Францию на два года? Минако кисло кивнула. — А как же группа? — удивилась Макото. — Они ищут нового гитариста. — Минако удручённо вздохнула. — Девочки, когда твой друг получает то, о чём давно мечтал, нужно ведь за него порадоваться, да? Почему тогда, стоит только подумать о том, что он уедет, мне хочется реветь? — Минако-тян… — сочувственно выдохнула Макото. — Вы ведь с ним очень близкие друзья, верно? — спросила Ами. — Руи — мой лучший друг-парень, — кивнула Минако, умолчав про то, что в её понимании Сапфир — не совсем парень. — Тогда это нормально, — заключила Ами. — Когда человек, который тебе дорог, надолго уезжает, нет ничего противоестественного в том, чтобы чувствовать себя подавленной. Усаги, не зная, что сказать, но сочтя мысль Ами очень умной, согласно закивала. — Но ведь я не просто чувствую себя подавленной. Мне вообще ничего не хочется. — Минако с тоской посмотрела на красавчика-актёра, у которого начался перерыв и который теперь с натянутой улыбкой слушал оживлённое чириканье Мимет. — Да, это серьёзно, — забеспокоилась Макото. — Чтобы Минако-тян — да потеряла интерес к парням. Может, ты влюбилась? — В кого? — удивилась Минако. — В Руи-сана, — предположила Макото. Пару секунд Минако сидела с ошарашенным лицом, а потом зашлась в странном демоническом хохоте, напоминавшем смех профессора Томоэ и Изумруд одновременно. — Не шути так, — отсмеявшись, мрачно буркнула она. После такой выходки подруги смотрели на Минако с опасением: уж не свихнулась ли. — Ладно, — решительно сдвинув брови, Минако встала с места. — Хватит прохлаждаться, надо к эпизоду подготовиться. Про что хоть снимаем сегодня? — Э-э? — Подруги дружно выпали в осадок. — Ты что, сценарий не читала? — неверяще спросила Ами. — Нет, конечно. Я же сказала, что мне ничего не хочется. Я и на съёмки-то приехать себя заставила через силу. — Минако-тян, — приложив руку ко лбу, вздохнула Рей. — Она точно влюблена, — заключила Макото. — В Руи-сана! — присоединилась Усаги. — Да не влюблена я в него! — вспылила Минако. — Хватит издеваться! Руи… — Она осеклась. — Руи не может испытывать ко мне подобных чувств. А я к нему. Точка! Просто примите это и прекратите надо мной издеваться! Протиснувшись между подругами, Минако быстрым шагом направилась к трейлеру. В голове её вертелись невесёлые мысли. Да, Руи определённо не мог испытывать к ней никаких чувств из–за своей ориентации. А вот что насчёт неё? Она-то была нормальной девушкой, которой нравились парни. Конечно, она знала, что Руи — гей, и даже в мыслях старалась не допускать возникновения чувств к нему, но когда он обнял её в кафе и она услышала, как бьётся его сердце, её сердце тоже забилось часто-часто. И если у Руи причиной такой реакции была аллергия на общество людей противоположного пола, в её случае всё было по-другому. Минако понимала это, но всё равно не хотела признавать очевидного, не хотела понимать, почему привычная погоня за парнями в поисках второй половинки уже давно перестала доставлять ей удовольствие и стала просто поводом поплакаться о своих неудачах лучшему другу. Она не хотела знать, что за чувство теплится в её груди, потому что, даже не зная его названия, она понимала — оно безнадёжно и безответно.