Туши об меня сигареты.

POV Лерман — Педик! — Хуелюб. — Эй, мальчик, отсосешь мне?       Кто-то специально толкнул меня так, чтобы я упал. Было довольно больно, да и эти гнусные выкрики никак не затихали. Группа парней стояло вокруг меня, и самый главный из них — высокий парень с выбритым виском и светлыми волосами — наклонился ко мне и, грубо схватив мой подбородок, повторил: — Ну так что? Ососешь? — его мерзкая ухмылка становилась все шире и шире, думая, что он хорошо пошутил. Судя по гоготу его компании, пошутил он весьма удачно, — Не молчи, малыш. — Иди нахуй, — я безразлично послал его, плюнув ему в лицо. — Ой, какие мы дерзкие, — он кивнул в мою сторону и парни начали пинать меня. — Осмелишься еще дерзить?       Я чувствовал боль. Боль, затихая в одном месте и появляясь в другом, распространялась по всему телу. Их беспорядочные пинки сопровождались выкриками девчонок о моей ориентации. От боли начало темнеть в глазах. Я чувствовал темноту, охватывающую меня, и запах ментоловых сигарет, исходящий от парня, которому я плюнул в лицо.

***

      «Черт, мне опять приснилось это» — первая мысль, которая пришла мне в голову при пробуждении. Пора бы уже забыть этого мудака.       Немного полежав, я понял, что слева от меня лежит что-то теплое и дышит мне в затылок. Неужели меня опять сняли? Погодите-ка, после того случая, мой член ни разу не вставал, как бы я этого не хотел, да и я же у себя в квартире, лежу на своей кровати… Обычно меня заводят в отель или ебут прямо на улице, но к себе домой я никого не заводил. Что же произошло? Я захотел развернуться и посмотреть, кто лежит на моей кровати и понял, что в этот раз мой зад даже не болит. Зато голова очень даже. Развернувшись, я увидел закутанного в одеяло Гришу, моего соседа сверху, который мирно посапывал. Что блять?       Я встал с кровати и попытался собрать и надеть мою мятую одежду. Пару раз запнувшись о вещи, которые аккуратно лежали на полу, я попытался вспомнить — что же вчера произошло, но… нихуя я не вспомнил. Тогда я попытался найти вещи, помогли бы мне разобраться. Я нашел пару бутылок виски и около 5 банок пива, футболку и шорты, которые были любезно брошены Гришей на самую верхнюю полку шкафа. У меня была версия, что мы оба довольно сильно набухались и я ненавязчиво соблазнил его, но мы оба были в трусах и на мне нет ни следа того, что меня кто-то выебал физически. А вот морально меня трахнули, как минимум 2 раза, и это всего-то за 10 минут.       Сейчас 07.44. Какого хуя я так рано встал? Я сел в позе лотоса, оперевшись спиной на стену коридора и со скуки решил снова придушить себя. Мне было лень идти за веревкой или чем-то подобным, и я просто крепко обнял своими пальцами шею. Я чувствовал, как воздух перестает поступать в легкие, и мое лицо начинает краснеть. Из моей комнаты послышался скрип кровати и через некоторое время причина скрипа подошла и открыла дверь, стоя в дверном проеме. — Доброе утро. Чем ты это тут занимаешься? — хриплым и еле слышным голосом сказал Гриша, стоя передо мной в одних трусах (ну, стоял там не только Гриша, а всему виной мать-природа). — А не видно? — посмотрев ему в глаза, затем на его внушительный член, я убрал руки с шеи. — По-моему, ты душишь себя? Когда мы познакомились, на твоей шее была резинка, — он медленно подходил ко мне, — тебе нравится это?       Он резко набросился на меня, начал душить и сидел прямо на мне, крепко держа мои руки. Как только я начал вырываться и кричать, он отпустил и слез с меня. — Все таки, ты не хочешь умирать. Ты всего лишь капризный ребенок, — он пошел в комнату, оставив меня одного лежать на полу. — Я тебе, блять, не ребенок! — еле сдерживая слезы, крикнул я. В ответ последовало молчание. В последнее время я стал много плакать. Это уже вошло в привычку. Я как девчонка, даже и члена почти что нет.       Так и лежа на холодном полу, я пытался вспомнить, что же вчера произошло. Помню, как он пришел с большим количеством бухла, оправдываясь тем, что сегодня праздник. Праздник, праздник… Что за праздник? Сегодня же 15 сентября, а вчера было 14. Вот и что может быть за праздник? День рождения может? Точно. День рождения. А сколько ему исполнилось? 25? Точно. Он еще думает, что я учусь на втором курсе меда, а мне 17, и я с натягом закончил 10 класс. Зачем я соврал? Черт, уже не помню.       Поток воспоминаний и догадок нахлынул на меня, а я не успевал складывать все это в единое целое. Следовало бы спросить, почему Гриша спал в моей кровати, но гордость не позволяла мне этого сделать. Блять, ну зачем я вообще пил? Знал же, что ничем хорошим наше знакомство не кончится. Надеюсь, я ничего ужасного не сделал вчера ночью. — Лерман, харэ на полу валяться. Простудишься еще. И у тебя нет никаких таблеток? А то голова адски болит, — я был очень рад, что он первый заговорил со мной, потому что сам я бы этого не сделал. — Не знаю. Вроде, мама не забирала аптечку. Я туда уже года 2 не заглядывал, — я поднялся с пола и направился на кухню. — 2 года? В смысле на забирала? — он последовал за мной. По нему было видно, как он заинтересовался этим вопросом. — Ну, она бросила меня гнить в этой квартирке одного, — открывая шкафчик и доставая аптечку, безнадежно ответил я. — Я тогда еще пиздюком мелким был, 15 всего. — 15? Почему она оставила тебя? — Да фигня, меня ее муж изнасиловал, а она подумала, что это я его соблазнил. Вот и все. — Что? Получается, твой отчим изнасиловал тебя? — его кулаки сжались, а в глазах явно блеснула ярость. — Да как он посмел? — Да не кипишуй ты. Я сам не лучше. Я давно заметил, как он наблюдает за мной, и начал дразнить его. То «случайно» заходил в одну комнату с ним в одном полотенце или нагибался поднять что-либо, прямо перед ним. Вот такой я извращенец. Раньше я это неосознанно делал, а теперь все понимаю и продолжаю делать тоже самое, но с другими людьми. Всего лишь капризный ребенок, да? — я попытался улыбнуться, но вышла какая-то жалкая пародия на улыбку. - Ты, наверное, думаешь, что я ужасен и отвратительный? Если так, то тебя здесь никто не держит, можешь уходить. Я уже привык. — Подожди, — он положил свою руку мне на плечо, — я не думаю, что ты отвратительный. Это, конечно, странно, но у каждого свои тараканы в голове. Как только мне исполнилось 18 — я сделал предложение своей девушке. Но она отказалась, сказав, что я никчемный. А я ведь очень ее любил и думал, что она так же сильно любит меня. Каким же я был наивным пацаном… Я, конечно, понимаю, это — ничто, в сравнении с тем, что рассказал мне ты, но давай постепенно будем узнавать друг друга? Мне кажется, ты хороший человек, просто с тобой случилось кое-что плохое.       Гриша убрал руку с моего плеча и протянул мне, надеясь на рукопожатие. В ответ я протянул свою: — Можно попробовать.       Все, о чем я думал в тот момент — это то, что у Гриши была девушка. Значит, он натурал. Это огорчило меня, ведь, я то - гей.