Храни его

Суетящиеся врачи и писк приборов. Он смотрит сквозь прозрачное стекло, как вокруг мелкого снуют фигуры в белых халатах. Странное чувство сдавливает всю грудь. Внутри будто всё заледенело. Эмоции просто напросто исчезли, оставляя после себя пустоту. Вокруг вакуум. Всё просто исчезло и перестало существовать. Всё, кроме распростёртого на белых простынях тела… Не может этого быть… Это сон, или чья-то глупая шутка. Вот сейчас наступит пробуждение, и жизнь вернётся в привычное русло. Мелкий… врождённый порок сердца. Но он ведь был полностью здоров… совсем не похож на больного! Почему? Почему?!... Почему?.. Парень сжал виски и зажмурился, окунаясь в странную пустоту. - Сынок… Канда поднимает голову. На него смотрит старенький врач с седой бородкой и такими же седыми волосами. - Кем ты приходишься Аллену Уолкеру? - Друг… - губы шевелятся с трудом. – Родственники уже едут… Мужчина вздыхает и садится рядом. Японец сжимает кулаки так, что ногти впиваются в кожу. Чёрт подери, почему ему страшно?! Почему он так боится за эту мелочь? - Я не буду тешить напрасными надеждами, - врач положил на плечо азиата тяжелую ладонь. – Он давно стоит у нас на учёте. Аллен ждёт донорское сердце. Но… он только пятый в очереди. Он был стабилен, но теперь всё резко изменилось. Счёт идёт на дни. Мы будем делать всё, что в наших силах, чтобы сохранить ему жизнь. А вы не теряйте надежды… Он очень сильный мальчик. До последнего не ложился в стационар. Юу кивает. Челюсти будто свело. Разжать их очень трудно. Мужчина говорит ещё что-то и уходит, оставляя темноволосого парня одного. Страшно… Он ведь только впустил в свою жизнь эту надоедливую белобрысую мелочь, как судьба опять оскалила клыки и вцепилась когтями в дорогого японцу человека. Чёртов замкнутый круг… Стоит только привязаться к кому-то, как этот человек исчезает, оставляя после себя лишь зияющую дыру в груди. Он что, проклят?! Хочется кричать, точно так же, как тогда, когда Канда стоял у могилы учителя. Хочется орать до тех пор, пока не сорвёт голос… Хочется смести весь мир с лица земли, чтобы не чувствовать этой боли… Хочется уничтожить всех, кто виновен в случившемся… вот только где же их искать? Где? Японец чувствует, как внутри вместо пустоты начинает клокотать слепая ярость. Он ещё сильнее сжимает зубы, подавляя бешенный рык. Нет! Не сейчас… Больше этого не повторится. Он должен найти выход. Он не отдаст ещё и его. Хватит… Хватит. Хватит! Хватит издеваться над ним, чёрт подери! Достаточно! Если он в чём-то виновен, то зачем забирать других? Зачем?! Или он просто не по зубам кому-то свыше? От собственных мыслей на бледном лице азиата появляется жуткая бесцветная улыбка. Хочется смеяться… Неужели его так страшно потерять?! Да… страшно.

***

Неа и Мана Уолкер тоже ждали. Неа говорил с врачом, а отец мелкого сидел и бездумным взглядом смотрел на дверь реанимации. Канда был рядом. Он с трудом реагировал на всё, что происходило вокруг. Угольно-чёрные брови и потемневшие глаза жутко смотрелись на бледном лице. Парень сжимал кулаки и делал то, что был обязан – ждал. Они все ждали, затаив дыхание и взяв волю в кулак. Ждали исхода этой трагедии.

***

- Эй… - бескровные губы мелкого растянулись в искренней улыбке. – И всё-таки ты пришёл… Значит, я и правда твой друг… - Заткнись, глупый Мояши – Канда видит только его лицо, стараясь не смотреть на кучу приборов и капельниц. Он пришёл сюда после того, как дядя и отец мелкого ушли. Не хотелось лезть и мешать им. - Спасибо, - Мояши улыбается. – Ты меня спас… - Тч… - все слова будто исчезли с головы. - Волновался? – мелочь ехидничает… даже в таком положении ехидничает. - Вот ещё… И не надейся, - он садится рядом с кроватью. – Почему не сказал? - А смысл? Я хотел быть как все. Не хочу чьей-то жалости… и сочувствия не хочу. - Дурак… - Сам такой, - мелкий улыбается уголками губ. – Покажешь Муген? - И не подумаю, - такой ожидаемый ответ и едва заметная улыбка этого несносного придурка. - А вдруг я помру и не увижу его? – мелкий капризно надулся, но от его слов внутри всё перевернулось. Дверь в палату открылась, и туда заглянул врач. - Простите, но Аллену нужен отдых. Завтра ещё поговорите, - мужчина улыбнулся. – Не беспокойтесь. Мы присмотрим за ним. Японец машинально кивает и подавляет порыв зарыться пальцами в снежно-белые волосы. Сам Мояши мгновенно грустнеет, но сразу же улыбается. - Приходи ко мне завтра! - Тч! – Юу привычно фыркает и покидает палату. – Ты не умрёшь… Ты не можешь умереть… Эти слова услышал только врач, проводивший юношу сочувствующим взглядом.

***

Сон не идёт. Спать совершенно не хочется. Канда ничего не выражающим взглядом смотрит в потолок. Мрак в комнате, мрак в мыслях, мрак в сердце… Кругом один мрак. Он словно клещ, вцепился в парня и не хочет отпускать его, пресекая любые попытки ползти к свету, уничтожая всё, что дает надежду на спасение… Так смешно и так грустно одновременно. А он и не нужен никому, кроме этого мрака… только Мояши… глупому белобрысому англичанишке. Почему бы не забрать именно его? Зачем кому-то понадобилась смерть этого мелкого? Он же… он же мелкий! Его любят и он нужен! Друзья, родственники… да и Канде он тоже нужен! Слишком много людей, которые любят его и которым будет больно потерять этого дурачка. Так зачем? Зачем? Густой и вязкий поток мыслей разрывает трель мобильного телефона. - Да, - на автомате. - Ало, Юу. Я нашёл то, что ты просил. Всю информацию я выслал тебе по почте. Зайди и посмотри, - голос Лави задумчив и тих, но сейчас это не важно. - Спасибо, - он сбрасывает вызов и на автомате включает ноутбук. Акахито Канда… Погиб в возрасте двадцати пяти лет… в аварии, случившейся второго октября… Юу сжимает кулаки и закрывает глаза. Он не бросал мать… Он погиб. Погиб…Его отец погиб в чёртовом ДТП… Погиб… Японец быстро распечатывает заветные листы, не обращая внимания на то, как сильно дрожат руки. Горло странно сжимает, но ему плевать. Впервые в жизни Канда врывается в комнату Джил и Браяна. Он врубает свет и невидяще смотрит на испуганных «родителей». - Что ты… - одними губами шепчет мужчина, но парень бесцеремонно прерывает его. - Замолчи! – голос Юу дрожит, как и руки, в которых он сжимает несколько листов. Он бросает их на колени Джил и низко опускает голову. Женщина ошарашена, она не понимает, что происходит и вглядывается в текст. Фотография… его фотография… Глаза застилает пелена, а сердце замирает в груди. - Он не бросал тебя, ока-сан! – впервые в этом доме он повышает голос. – Не бросал! Ты всю жизнь ненавидела его и ненавидишь меня теперь! Ты обвинила его во всём! Но он не бросал тебя никогда! И не бросил бы, если бы был жив…Мой отец умер ещё до моего рождения! А ты… Ты… Слова застревают в горле, а сердце сжимает в стальных тисках. Он кричит. Кричит громко, срывая голос и выпуская всю боль, которая копилась в сердце годами… всю жизнь. - Юу… - женщина рыдает и протягивает руки к сыну, но он шарахается от неё и выбегает из комнаты.

***

Скорость достигает предела. Огни ночных улиц сливаются в сплошные светящиеся линии. Ветер трепает волосы, собранные в высокий хвост. К чёрту безопасность… к чёрту всё, лишь бы заглушить эту боль внутри… Он устал, а эмоции требуют выхода. Сейчас их заглушает очередной выброс адреналина.

***

Тауэрский мост… Сейчас час ночи и никого нет. Хотя, это даже странно. Канда подставляет лицо прохладному ветру. Быстрая езда немного охладила разум, и теперь он снова взял верх над эмоциями. Японец едва заметно улыбнулся. Мысли сейчас были как никогда чисты. Он никогда не вернётся «домой». Юу поднял голову вверх. Не смотря на свет города, в тёмных небесах виднелись звёзды. Очередной порыв прохладного ветра растрепал волосы парня. Молодой японец тихо засмеялся и прикрыл глаза. Он может найти выход… и он знает, как разорвать этот проклятый круг. Только нужно поторопиться… Сначала домой к знакомому нотариусу, а потом нужно позвонить Тики.

***

Канда вышел из кабинета Комуи-сана, лечащего врача Аллена и неверяще смотрел на заключение… Подошло… Впервые хотелось искренне улыбнуться. - Ты что удумал?! – китаец соображал медленно, но именно это сыграло на руку парню. - Это уже не ваше дело, - Юу ухмыльнулся и спрятал необходимые документы в папку.

***

- Эй, мелкий! Ты тут ещё живой? – японец быстрыми шагами подошёл к кровати Аллена и самодовольно ухмыльнулся. Мелкий выглядел очень хилым, о чём свидетельствовали синяки под глазами и бескровные губы. Он слабо улыбнулся. - Совсем ты обо мне забыл, б..бака. А обещал прийти, - серые глаза смотрят с лёгким укором. - Тч! Не забыл. Я тут тебя спасаю, так что времени у меня свободного очень мало, - Юу сел на край кровати. - Ух ты! – мальчишка удивлённо посмотрел на друга. – Ты там что, совершаешь революционный прорыв в мировой кардиологии, что ли? - Круче, Мояши, круче… - уверенность азиата странным образом передавалась англичанину. – И у меня для тебя новость… Японец едва заметно скривился, морща нос. - И какая же? – Аллен совершенно не понимал, что происходит. - Ты увидишь Муген… и даже потрогаешь его. - Правда?! – серые глаза смотрели с детской радостью. - Правда… Канда ухмыльнулся и протянул руку, зарываясь пальцами в мягкие белые волосы. Мелкий удивлённо моргнул, но потом мягко улыбнулся и прикрыл глаза. - У тебя руки горячие, - Аллен смотрел тепло и радостно. - А какими же им быть, если я уже обгонял почти весь Лондон? – японец раздражённо фыркнул. - Вот что ты там замышляешь, морда узкоглазая? – беловолосый тихо засмеялся, видя сердитое лицо Канды. - Заткнись, расист хренов, - Юу ухмыльнулся и посмотрел на часы. – Так, мне уже пора. А ты готовься к принеприятнейшей операции и последующему выздоровлению. Ну и к великой чести – подержать в руках настоящую катану. - Пока, Канда! – Аллен улыбнулся и, словно кот, потёрся макушкой о горячую ладонь азиата. – А когда ты опять придёшь? - До скорого, мелочь, - японец немного склонился и на пару секунд прижался лбом ко лбу подростка. – Только тогда, когда ты выздоровеешь. - Тогда я буду очень быстро выздоравливать! – прокричал Аллен вслед удаляющемуся парню.

***

Японец поставил на уши добрую половину больницы. Он практически за грудки поволок из кабинета Комуи Ли и заявил, чтобы Аллена немедленно начинали готовить к пересадке. - Канда Юу, ты с ума сошёл?! – китаец ударил ладонями о стол и сердито посмотрел на парня, стоящего перед ним. - Нет. Я не шучу. Готовьте мелкого к пересадке. - Немедленно покинь мой кабинет, или я вызову охрану! – Ли потянулся к телефону. - Ну, я хотел по-хорошему, - в лоб лучшего кардиохирурга клиники уставилось дуло пистолета, а японец криво ухмыльнулся. – Повторяю последний раз: готовьте мелкого к пересадке, если вы не хотите, чтобы я убил сначала вас, а потом перестрелял большую половину этой грёбанной клиники. - Что ты творишь, мальчишка? – китаец смотрел в бешенные синие глаза. - Я? Спасаю того, кто заслужил жизнь, - темноволосый был серьёзен. – Выполняйте! Комуи отдал приказ и его под прицелом проводили в операционную.