Заблуждение

Ребят, глава получилась большой. Эх, видать, не суждено мне уложить в миди в этой работе. Ну и ладно. Надеюсь, вы все еще читаете эту работу. Оставляйте, пожалуйста, отзывы, благодаря им, я знаю - что это хоть кто-то читает. Поймите, без отзывов создается впечатление, что эта работа никому не нужна, и я уже подумывала над тем, чтобы удалить ее.

***

792 год. Фиор. Где-то на пути в Магнолию. Январь. Пятница. Утро. Джувия была удивлена и поражена реакцией Эльзы. Она даже не думала, что сама Титания может лить слезы из-за какого-то кошмара. Это же как нужно было напугать ее, чтобы довести до подобного состояния? Джувия даже помыслить не могла, что такого страшного увидела в своих кошмарах Эльза. Но ее также волновало не только это. Ее собственные предположения сбываются. Авелин собирается подобраться к ним через сны, вот только чего она хочет этим добиться? Поставить эксперимент на их психике? Довести до нервного срыва? Но для чего? Выбраться из тюрьмы ей это никак не поможет. Или поможет? Что она там говорила про разные точки зрения на добро и зло в зависимости и происхождении и воспитания? Неужто, замучив их реалистичным кошмарами, она думает, что они придут к ней и вытащат ее из тюрьмы? - Нет, это было бы слишком мелко. - Покачала головой Джувия. - Она хочет, чтобы мы изменили мировоззрение! - Это глупо, Джувия. Это невозможно. Ведь мы трое - сформировавшиеся личности. Изменить мировоззрение в нашем возрасте можно, но не радикально и не быстро.- Опровергла ее догадки Люси. - А даже если и так, у нас нет никаких доказательств против нее, кроме голословных обвинений. - Согласилась с заклинательницей Эльза. - И что, просто терпеть это? - Постараемся решить проблему своими силами. Не получится - будем думать. - Философски изрекла Люси. - Как скажешь. - Устало выдохнула Джувия. - Пора будить Нацу и Грея, а то мы скоро приедем. - Сказала Эльза. - Нацу нужно будить в последнюю очередь. А то его, не дай Бог, стошнит. - Хихикнула Люси. - Да уж, не повезло ему. - Согласилась Эльза.

***

Вскоре, около десяти утра, поезд стал замедлять движение, а проводница объявила о прибытии в Магнолию. Собрав все свои вещи и закутавшись в куртки и плащи, ребята приготовились к высадке. Когда поезд остановился, а проводница услужливо открыла дверь и спустилась лестницу, пассажиры сошли с поезда. - Кажется, тут стало еще холоднее, - поежился Нацу, закутываясь в куртку сильнее. Хеппи немедленно согласился с его словами, активно закивав головой. - А по мне, температура не изменилась. – Фыркнул Грей. - Кто б сомневался, тебе ведь не привыкать к холоду, Грей. – Буркнула Люси, укутывая тонкую шею шарфом. Заклинательница, по всей видимости, полностью была согласна с Драгнилом. Ведь если во вторник, когда они собрались на вокзале, светло-коричневые брюки, свитер и легкий осенний плащ защищали Люси от холода, то теперь она, одетая в свои самые теплые вещи, которые брала с собой на всякий случай, дрожала как осиновый лист на ветру. Хотя, уповать на то, что свитер, плащ, шарф, те же самые светло-коричневые брюки и осенние ботильоны спасут ее от холода в такую погодку, по крайней мере, было глупо. - Надо было теплее одеваться, - хмыкнул он. – В понедельник ты пришла в гильдию такая закутанная, как будто на северный полюс, а во вторник заявилась в осенней одежде. А Джувия с Эльзой так вообще, оделись так, как будто лето на дворе. - Милый Грей, вы заботитесь о здоровье Джувии. – Трепетным голосом произнесла водная волшебница. - Вот еще. – Фыркнула Грей, поправляя воротник своей куртки. - Вообще-то, во вторник температура была не такой низкой, как в понедельник, ветра и снега тоже не было. Поэтому я и оделась в осеннюю одежду, да и с расчетом, что едем мы в южный город, где не столь холодно, как в Магнолии. – Возмутилась Люси подобному тону своего друга. - Джувия была такого же мнения, когда выбирала одежду во вторник утром. Но Джувия была предусмотрительнее Люси, поэтому взяла в поездку более теплую одежду, поэтому сейчас Джувии не холодно. – Улыбалась волшебница, переминаясь от холода, пробиравшего ее до костей, с ноги на ногу, обутые в осенние туфли. Видать, Джувию отнюдь не смущал тот факт, что на дворе, в общем-то, зима, а на ее ногах – осенняя обувь, и она сейчас стоит, переминается с ноги на ногу, пытаясь тем самым согреться. - А мне и так нормально. – Эльза оглядела себя. На ней были все те же темно-синие брюки, куртка, тонкая рубашка, под ее цвет сапоги. Конечно, ей было холодно, но едва ли она могла в этом признаться хотя бы себе, не говоря уже о друзьях. - Исчерпывающая женская логика. – Усмехнулся Грей, направляясь в сторону гильдии. - Дуб-б-бак, - жаловался Нацу, спеша за Греем. - Я пойду в гильдию вместе с мальчишками, вы можете идти домой. – Начала Эльза, повернувшись к Люси и Джувии. – Встретимся в городской библиотеке через час. – С этими словами, Скарлет развернулась и поспешила за Нацу и Греем. - И все же, командирские замашки из нее ничем не выбить. – По-доброму усмехнулась Люси, обращаясь к Джувии. – Эх, неправильную она себе профессию выбрала. Надо было ей связать свою жизнь с военной деятельностью, цены б ее талантам не было. - Прапорщик Эльза. – Протянула Джувия, - а неплохо звучит. Хотя, полковник Эльза звучит лучше. - С ее-то способностями, она б и до генерала дослужилась. – Фыркнула Люси. – И я глубоко сомневаюсь, что кого-нибудь смутил бы тот факт, что она – женщина.

***

Вернувшись в свою комнату в общежитии, Джувия сняла с себя куртку и, прямо в одежде, устало рухнула на диван. Все таки, она чертовски устала за весь день, заседая в библиотеке. Причем, обидней всего было то, что они с Люси и Эльзой так ничего и не нашли по поводу тех странных кошмаров, которые им снились в ночь со среды на четверг. - А у тебя здесь уютно. – Дрогнувшим голосом произнесла Люси, оглядывая убранство просторной комнаты Джувии. - Скорей похоже на алтарь поклонения Грею[1]. - Тихо буркнула Эльза. - Джувия все слышит. – Обиделась Локсар. Девушки решили ночевать сегодня все вместе, дабы упокоить друг друга, если кому-нибудь из них вновь приснится ночной кошмар. Люси предложила эту идею в библиотеке с опаской, что они откажутся, но Джувия, как ни странно, согласилась и даже предложила переночевать у нее. А Эльза... Эльза, как думала Люси, наверное просто боялась оставаться одна после того страшного сна, который ей приснился, вот и согласилась. В ответ на ненавязчивый вопрос Люси, заданный еще в библиотеке, Скарлет отказалась рассказывать то, что ей снилось. Хартфилия, поняв, что это, скорей всего, что-то личное, что Эльза не хотела говорить даже своим друзьям, учтиво сменила тему. Поэтому, ей было немного неловко затрагивать эту тему вновь, пусть и несколько с другой стороны, в конце дня, когда она предложила ночевать всем вместе. - Не обижайся. – Примирительно начала Люси. – Кстати, где нам можно устраиваться? - Ну, кровать просторная, да и мы худенькие, думаю, уместимся на ней все втроем. – Задумчиво ответила Джувия. – Тем более, на полу холодно, а кресло не раскладывается, следовательно, больше спать негде. - А мы тебя не стесним? – Учтиво поинтересовалась Эльза. - Ничуть. – Заверила ее водная волшебница. - Ну тогда ладно. – Улыбнулась Люси. Поужинав и заранее приняв ванну, волшебницы решили, что ложиться в девять вечера слишком рано, поэтому можно посмотреть фильм или почитать. Но интересных фильмов у Джувии не оказалось. Люси даже удивилась репертуару фильмов, которые были представлены у Локсар. Боевики да ужастики. Однако, Джувия объяснила это тем, что это добро принадлежит Гажилу, а не ей. Такой ответ вполне устроил и Люси и Эльзу. Читать в тишине совершенно не хотелось, а говорить о чем-то не представлялось возможным. Ведь Люси, Эльза и Джувия вовсе не были закадычными подругами, чтобы что-либо обсуждать между собой. Поэтому было решено поиграть в карты. Достав колоду из ящика своего стола, Джувия отдала ее Люси, с просьбой перемешать карты и раздать их им троим в соответствии с правилами игры. Люси заметила, что колода карт совсем новая, не использовавшаяся до селе, видимо, ни разу. Видать, Джувия купила ее либо по ошибке, либо руководствуясь внутреннему порыву, либо ей ее подарили. Хотя, кому придет в голову дарить девушке колоду дешевых игральных карт, которую можно купить в любом магазине за низкую цену? - У меня где-то завалялась бутылка вина, - неуверенно, начала Джувия, наблюдая за хмурой Эльзой и незаинтересованной Люси. – Можем открыть ее. - Да, пожалуй, почему нет? – Люси глянула на Эльзу вопросительно. Та кивнула головой, приняв решение, что выпить сейчас очень кстати. Вино оказалось красным, сладким, но с весьма низкой концентрацией алкоголя. Иными словами, оно расслабляло, но не затуманивало рассудок. То, что надо. Волшебницы решили сесть на пол, в круг, а точнее, треугольник, каждая с бокалом вина. Люси принялась раздавать каждой по четыре карты, а затем, положив оставшиеся в центр, взяла в руки свои карты. - Кто начнет? – Спросила она. - Джувия могла бы, если никто не против. – Сказала Локсар. - Начинай. – Флегматично изрекла Эльза, сделав глоток вина из своего бокала. - Восьмерки есть? – Спросила Джувия, обратившись к Люси. Так и началась игра, продолжившаяся до полуночи. А за картами, а тем более, с бутылкой вина, как известно, язык развязывается против воли. К концу первого кона игры, девушки уже завяли беседу. К концу третей игры, когда проиграла Люси, собрав наименьшее количество сундучков из карт[2], беседа плавно перетекла на обсуждения чувств каждой девушки. Вино, пусть и с такой низкой концентрацией, развязало языки всем троим волшебницам. К одиннадцати часам вечера беседа по концентрации откровенности обсуждаемых тем достигла своего апогея. Обсуждались разные темы. Эльза и Жерар, было ли у них что-нибудь или нет, Грей и Джувия, то, как последней бы очень хотелось, чтобы у них с ледяным магом это самое что-нибудь было, Люси и Нацу с Лисанной, которая, не пойми каким Макаром, вообще прикрутилась. Ну, это для Люси непонятно, для Джувии и Эльзы вполне было очевидно, что Люси стоит расценивать Штраус младшую как полноценную соперницу. Скарлет даже уверила Хартфилию в том, чтобы та не боялась бороться за свое счастье, и что Миру в таком случае, она, Эльза, возьмет на себя. К концу игры, когда глаза у девушек уже слипались, а две пустые бутылки из под вина стояли в сторонке, разговор плавно сошел на нет, и было решено лечь спать. Джувия легла в центре, Эльза – с правой стороны от нее, Люси – с левой. Закрыв глаза, Джувия медленно стала погружаться в сон. Она чувствовала, как ее сознание постепенно отключается. Волшебница словно проваливалась в небытие. Сон медленно окутывал ее, пленяя, усталость была столь велика, что ее тело не слушалось. Пошевелить ногой или рукой не представлялось возможным. Однако что-то помешало уснуть и отключиться от этого мира окончательно. И это что-то витало в воздухе. Мерзкий запах гари и пепла. Джувия начала задыхаться, дергаясь в постели. Прервав сон, она поднялась с постели, с трудом удерживая тяжесть своего тела на тонких и ослабших руках. Оглядывая свою комнату, она не нашла ничего того, что смогло бы ее удивить или насторожить. По бокам от нее слышалось тихое сопение Люси и размеренное дыхание Эльзы. Девушки спали и, видимо, им этот мерзкий запах не мешал. Джувия не понимала, как при таком запахе вообще можно спать. Поднявшись с кровати, Локсар решила открыть окно. Повернув ручку, девушка потянула оконную раму на себя – окна совсем новые, пластиковые, потому поддались легко. Но поток свежего воздуха не спасает. Джувия чувствует прилив кислорода лишь несколько мгновений, расслабившись, вдыхает полной грудью, но легкие раздражаются, наполнившись запахом гари, желая немедля отвергнуть жуткий запах. Словно за место кислорода, она впустила в комнату этот запах. Джувия зашлась в кашле, оседая на пол. Локсар задыхалась. Обернувшись, Джувия с ужасом осознала, что задыхается лишь она одна. Волшебница не представляла, почему Люси и Эльза не чувствуют этого запаха. Джувия поднялась, пересилив себя, и побежала, шатаясь, к выходу из комнаты. Нужно было на воздух. Срочно. Толкнув дверь, Джувия выбежала из комнаты. Мельком скользнув взглядом по коридору, удивлению девушки не было предела. Он сильно отличался от того, что был раньше. Стены словно обветшали, проем был узок, потолки стали ниже, пол, вместо мрамора, был покрыт деревом. Но на удивления не было времени, Джувия, вновь закашлявшись, побежала вперед, к лестнице. Споткнувшись подле ступенек, девушка полетела вниз. Удивляться тому, почему устойчивая ранее лестница, которую ремонтировали недавно, вдруг обветшала и сузилась, не было ни сил, ни времени. Джувия поднялась, превозмогая боль во всем теле от падения и слабость из-за дыма, и выбежала на улицу. Но свежего воздуха, как она надеялась, не было. Запах гари рассеялся, но сменился не менее отвратительной вонью сточных вод, грязи, тухлятины и гнили. Джувия ужаснулась, оглядев себя и улицу. А ужасаться было чему. За место привычного внутреннего двора общежития гильдии была узкая улочка, замызганная грязью. По неровной дороге то и дело проходили грязные люди в лохмотьях и ужасным запахом. Больше всего подобная обстановка вопиющей бедности напоминала кварталы средневекового Фиора, когда люди действительно так одевались, и пахло от них жутко, потому что они не мылись. Но больше всего Джувию поразило даже не обстановка, и не то, что сама она была одета в какое-то старое, но, хвала Господу, чистое платье, а то, что еще недавно она засыпала в своей комнате, ночью, а теперь, спустя буквально несколько минут, оказалась в другом месте в другое время. Джувия, оглянувшись, убедилась в том, что привычное для нее общежитие куда-то исчезло, а на месте него стоял небольшой дом и даже не на прежнем холме, а вообще в другом месте. Как такое могло произойти, как она переместились во времени и пространстве, Джувия совершенно не представляла. Да и представлять в таком шоковом, граничащем с паническим, состоянии, в принципе, не доводилось возможным. Джувия, откашлявшись, двинулась куда-то вперед. Желания вернуться в тот дом, из которого она, по-видимому, вышла, не было, да и она не знала, вернет ли ее это обратно в общежитие, в ее время, или нет. Так что оставалось только одно - пойти вдоль улицы, которая должна была ее куда-то да привести. И, как оказалось, действительно, узкая улочка, по которой шла Джувия, привела ее на площадь. Путь до городской площади казался долгим, волшебница совершенно потеряла счет времени, а посему совершенно не представляла, сколько времени прошло с тех пор, как она здесь оказалась. Но по ощущениям, она шла достаточно долго. Узкие улочки постепенно сменились более широкими и более людными. И так до тех пор, пока главная аллея не привела девушку на саму городскую площадь. Как заметила Джувия, город совершенно не походил на привычную ей Магнолию не только архитектурой, но и планировкой. Оглядывая людей, Джувия отметила про себя, что для простого дня на площади слишком много людей, и что толпятся они не хаотично, а вокруг чего-то определенного. Вот только вокруг чего, рассмотреть не представлялось возможным. Джувия попыталась протиснуться сквозь толпу, дабы подойти ближе. Удивляясь своему везению, ей это удалось довольно таки легко. Протиснувшись в первые ряды людей, Джувия оглядела то, ради чего, собственно, и было такое столпотворение. Как оказалось, в центре толпы, в самом центре площади, стоял один высокий и достаточно протяжный в длину эшафот[3]. Виселица. О том, что это именно виселица, а не гильотина или другое орудие казни, красноречиво говорили две свисающие петли, которые находились друг от друга на вполне приличном расстоянии. Напротив этих двух петель, на сам эшафот, вели две деревянные лестницы. Джувия не знала, зачем их там именно две, хватило бы и одной. Кто-то толкнул ее сзади, вытолкнув тем самым из мыслей. Девушка, от неожиданности, пошатнулась и выскочила вперед, в первый ряд. Только сейчас она заметила, как около этих двух лестниц, в противоположных концах эшафота, стоят две мужские фигуры. Джувия готова была дать руку на отсечения, что этих людей она знает. Сердце остановилось на мгновение, девушка забыла как дышать. Даже по спинам этих людей, страшная догадка посетила Джувию. Она была готова поклясться, что это ни кто иной, как Гажил и Грей. - Не может быть, - выдохнула она, прижав руку ко рту. Тем временем, они оба поднялись по небольшим лестницам, взойдя на эшафот. Каждый остановился у своей петли. Дальше, Джувия, как в замедленной съемке, наблюдала, как на эшафот заходит какой-то человек в темной маске, видимо – палач. Он по очереди подходит к каждому, осужденному на смерть, грешнику. Руки Джувии дрогнули в тот момент, когда крепкая ладонь палача затянула петлю на шее Гажила. Когда же палач отошел чуть назад, и его рука легонько легла на рычаг, который, Джувия была просто уверенна, был предназначен для того, чтобы привести казнь в исполнение, послышался голос, по всей видимости, судьи. Он был громким и грубым. Зачитывая обвинения, судья был непреклонен и холоден. Джувия не слушала. Она пыталась, но суть так и не доходила до нее. Слова судьи смешивались с гулом толпы и оглушали. Девушка не могла понять, что происходит. Она очнулась только тогда, когда услышала, что голосованием свидетелей можно спасти кого-то одного. Что это за глупость, Джувия даже думать не хотела. Подобные меры ведения суда и наказания преступников предельно отличались от современного времени, в котором выросла Джувия, где смертная казнь применялась в крайне редких случаях. Даже Жерара они не казнили, хотя, рассматривая его дело и список его преступлений, в которые входила государственная измена, откровенно говоря, было за что отправлять на казнь. Однако суд Фиора всегда славился своей гуманностью, а в последний год так вообще, рассматривался вопрос о наложении моратория на смертную казнь, как высшую степень наказания. Поэтому для Джувии подобная жестокость была недопустима, тем более, в отношении к ее любимому человеку и почти что брату. Судья, как окрестила его Джувия, ну, или просто человек, зачитывающих обвинения, огласил, что голоса свидетелей распределись в равном количестве, посему суд не может освободить кого-то одного и будут казнены оба. Если, конечно, последняя свидетельница, которая, по счастливой случайности, присутствует здесь, проголосует за кого-то одного немедля. Какого же было удивление Джувии, когда огласили ее имя, как имя последней свидетельницы. Выйдя вперед несколько неуверенно, на деревянных ногах, Джувия отчетливо поняла, что от ее решения зависит жизнь Грея Фулбастера, человека, которого она любила больше жизни на этой земле, и Гажила Редфокса, человека, который был для нее как брат. Человека, которого она так же любила и уважала, но уже как брата. - Мисс Локсар, кому из них вы отдадите свое предпочтение? Кто уйдет отсюда, а кого повесят? Решайте, у вас минута на раздумья! Иначе мы повесим обоих. – Громко, голосом, не терпящим возражений, заявил судья. - Да как можно?! – Воскликнула Джувия. – Вот так, публично, без суда и следствия, руководствуясь голосами каких-то левых людей, вы собираетесь лишить жизни двоих человек! – Кричала она. – это возмутительно, это, в конце концов, незаконно! - Да что вы говорите?! Незаконно?! Да как вы смеете обвинять меня в нарушении закона?! - Да как вы смеете действовать наперекор законодательству Фиора?! Только Совет вправе выносить смертный приговор! - Мисс Локсар, что вы несете?! Какой еще Фиор?! Вернитесь с небес на землю! - Что? – Ошарашено выдохнула Джувия. - Ваше решение, мисс Локсар! - Как же так? – Отрешенно прошептала Джувия, совершенно не понимая, что происходит. Она прекрасно знала закон, училась на юридическом факультете в данный момент, но как заткнуть человека, который и не знает, что такое Фиор. Куда же она попала? - Вешай обоих, - отдал приказ судья, поворачиваясь к палачу. Тот кивнул. - НЕТ! – Собственный голос Джувии, походивший на какой-то визг, достиг ее ушей не сразу. – Нет. НЕТ! - Вы готовы вынести свое решение, мисс Локсар? – Ехидно спросил мужчина. Джувия поднялась с колен и, повернув голову к Грею, обреченно прошептала со слезами на глазах: - Простите, милый Грей, простите. И, отвернувшись от него, Джувия бросилась к той лестнице, что была от нее правее. Судорожно, на деревянных ногах поднявшись вверх, на эшафот, Джувия подлетела к Гажилу и дрожащими руками скинула с его шеи петлю. Слезы застилали ей глаза, и она уже не слышала слов судьи, который приказал палачу нажать на рычаг, как только Гажил, вместе с рыдающей Джувией, спустился с постамента. Однако, как только до ее ушей донесся звук открывшихся створок, она поняла – второй осужденный был казнен. У Джувии началась истерика. Гажил обнимал ее, прижимая к своей теплой и крепкой мужской груди. Джувия рыдала навзрыд. Найдя в себе силы повернуться, Джувия потеряла дар речи в который раз за этот злополучный день. Тело Грея, безвольно висящее в петле, было обездвижено. Он был мертв. Джувия начала оседать на пол. Гул толпы внезапно смолк, словно она оглохла. Она не слышала совершенно ничего. Она не осознавала, как крепкие руки Гажила подхватили ее, чтобы не дать ей упасть в грязь, не понимала, как он прижимал ее к себе, не чувствовала, как он наклонился к ней. Лишь его горячее дыхание, опалившее кожу, заставило ее обратить все внимание на него. В абсолютной тишине, режущей слух, раздался шепот, достигнувший слуха и сознания Джувии через чур быстро. - Предательница. – Прошептал он, растягивая это слово. Не отдавая себе отчета, Джувия громко закричала. В чувство ее привела сильная пощечина. Распахнув глаза, Джувия полными ужаса и страха глазами уставилась на удивленные, обеспокоенные и ошарашенные лица Эльзы и Люси. Локсар потребовалось еще несколько минут, чтобы понять, что весь этот ужас ей всего лишь приснился. - Это было настолько реально, - заплакала она, почувствовав, как крепкие руки Эльзы нерешительно ее обнимают. – Настолько реально. – Повторяла она. - Успокойся, Джувия, - мягко начала Хартфилия, - отставить истерику, выпей воды. – Люси протянула ей стакан, до краев наполненный холодной водой. – Я добавила несколько капель успокоительного. Джувия приняла стакан и, осушив его залпом, постаралась выровнять свое сбившееся дыхание. - Ты говорила во сне, - Сказала Эльза неуверенным голосом, - просила прощения у Грея, а потом в слезах повторяла имя Гажила. - Что тебе снилось? – Осторожно спросила Люси. - Самый настоящий кошмар. – Выдохнула Джувия, устало облокачиваясь на Эльзу. – Сколько времени? – Спросила она, давая понять, что распространяться о подробностях своего сна не намерена. - Полседьмого утра. – Сказала Люси, посмотрев на часы, стоящие на прикроватной тумбочке. - Простите, что разбудила. - Не говори ерунды, со мной было то же самое. - Резонно заметила Эльза. – Я знаю, каково тебе. – После ее слов, девушки погрузились в недолгое молчание. - Значит, я следующая. – Шепотом произнесла Люси, как бы констатируя факт. _____________________________________________________ [1] Кто помнит 220 серию (413 дней), там показывали в самом начале комнату Джувии. Это реально больше напоминает алтарь поклонения Грею))))) Но смотрится забавно) [2] Карточная игра в сундучок, как я думаю, известна многим. Другое ее название – игра в баню. Игрокам раздается по четыре карты, один игрок спрашивает у другого о наличии нужной ему карты. При положительном ответе, нужно угадать сколько. И если игрок угадывает количество этих карт, второй игрок отдает ему их и обращается к третьему игроку за нужной картой. И так далее по кругу. Когда собираются четыре карты одного значения (к примеру, все десятки или все восьмерки), это означает, что сундучок собран. У кого в конце игры этих сундучков окажется больше всего – тот и победил. У кого меньше – тот, соответственно, проиграл. [3] Кто смотрел фильм «Пираты Карибского моря 3: На краю света», тот помнит сцену в самом начале, когда толпу людей, человек по пять по шесть, по очереди, вешали на одном таком большом длинном эшафоте, где располагалось по пять-шесть петель. Кто не смотрел фильм, просто ради интереса, откройте, посмотрите. Самое начало.