Даша, просто Даша...

POV Даша Придя на стадион, я увидела, что многие уже готовы к тренировке и как-то слишком сильно засматриваются на меня. Меня это немного удивило, ведь раньше такого не было. Зайдя в тренерскую, и получив там указания на последнюю тренировку, я пошла переодеваться. Наставники были мной довольны, я выполнила весь запланированный на сегодня для меня объём и довольно улыбнулась. Сняв лыжи, я уже хотела пойти со стадиона в сторону раздевалок, но не тут-то было, мои друзья, с которыми я до тренировки обошлась лишь приветствиями, окликнули меня, и мне пришлось подождать их. Все шло хорошо, но я по-прежнему боялась рассказать друзьям о возвращении в Беларусь. Переодевшись, и в который раз за сегодня собравшись с мыслями, я попросила Свету поговорить со мной наедине. Отойдя подальше ото всех, я наконец-то сказала Свете, что я через три дня уеду обратно в Беларусь. Выпалив все слова в своей обычной манере, я потупила взгляд и ждала реакции замершей Слепцовой. Через несколько секунд молчания с её стороны, я, опасаясь худшего, осторожно подняла глаза и увидела улыбку на лице моей лучшей подруги! Она была рада! «Вот это да!» — пронеслось в моей голове. Честно скажу, я ожидала понимания, но чтобы моя подруга еще и улыбалась от такой новости? Это было неожиданно… — Ааа! Дашка! — закричала Света, обретя, наконец, дар речи. — Я так рада за тебя! Конечно жаль, что ты уедешь, но ведь Беларусь твоя родная страна, я понимаю тебя. Ой, Даш, я забыла тебе сказать, что я случайно узнала о твоём переезде от тренеров, когда я подошла спросить количество кругов. И я уже рассказала об этом Диме, он рад за тебя. А вот Антону я сказать не решилась — протараторила Светка. — Пол камня с моей души уже свалилось, осталась еще половина, — сказала я, и Света согласно кивнула. И тут к нам подошли Дима с Антоном. Внимательно на них посмотрев, я увидела во взгляде Димы его радость за меня, но и какую-то печаль. Антон же выглядел как всегда улыбающимся и уверенным в себе. Оставив Малышко и Слепцову вдвоём предварительно попрощавшись с ними, мы с Антоном пошли в сторону моего дома. — Антон, мы можем пойти в парк? Немного там погулять? — спросила я у парня. — Да, конечно. Это хорошая идея! — посмотрев на меня и лучезарно улыбнувшись, сказал Шипулин. Держась за руки, мы дошли до парка и, побродив по его дорожкам, присели на одну из скамеечек. «Пора!» — пронеслась в моей голове побуждающая меня побыстрее рассказать всё Антону очередная мысль. — Антон, нам нужно поговорить, — почти шепотом произнесла я примерно через минуту уютного, но не для меня, нашего молчания. — О чём? — коротко задал мне вопрос Шипулин. — Ты же знаешь что я родом из Минска? Антон молча кивнул, всё также держа меня за руку, что придало мне уверенности, чтобы продолжить. — И что рано или поздно я уеду обратно и буду выступать за Беларусь? Антон сжал мою руку чуть сильнее и, повернувшись ко мне лицом, спросил: — И когда же ты уезжаешь? — в его голосе были слышны уже нотки холода и грусти, он как будто уже знал. — Через три дня — опустив голову, тихо сказала я. Я ожидала, что Антон как минимум будет раздражен и обижен, но нет, ничего такого. Он по-прежнему не отпускал мою руку и шумно вздохнув, сказал: — Даш, скажи честно, ты ведь боялась мне это сказать, да? — на что я просто кивнула. Его губы тронула немного грустная полуулыбка. — Даша, я уже знал эту новость еще раньше тебя, ведь я живу с твоим тренером. Я понимаю твое решение, и удержать тебя я не в силах. — с грустью в голосе произнёс Шипулин. POV Антон Я уже знал заранее о том, что Даша уедет в скором времени в Беларусь, ведь однажды я краем уха слышал разговор её тренера с тренерским штабом из Беларуси. А потом, спустя несколько дней, я увидел официальное приглашение в сборную Беларуси на её имя. Я был к этому готов. Но всё равно это было для меня очень тяжело, ведь она моя девушка. И уже целую неделю в моей голове крутится одна и та же фраза: «Если любишь, отпусти». После этого разговора мы оба понимали, что мы не сможем поддерживать наши отношения на расстоянии, поэтому мы приняли решение расстаться, но при этом пообещали друг другу, что будем хорошими друзьями.