Fate or love?

Вечереет, и Чонгук не теряет времени просто так. Он решил устроить Хосоку маленький сюрприз, чтобы тот, наконец, улыбнулся. Он знает, что тот любит романтические вечера, а они уже давно их не устраивали, увлеченные различными делами. Им нужно расслабиться, провести вечер в подобающей обстановке, чтобы снять напряжение, которое скопилось внутри них. Не сказать, что Гук такой уж романтик, но он хорошо изучил своего парня и знает, что именно ему нужно. Никаких ароматических свеч, которые способны перебить запах альфы. Один раз Гукки уже совершил такую ошибку, после чего целый час проветривал квартиру и, в итоге, простыл. Слишком уж омега любил запах карамели, и для него было неприемлемо, если он не чувствовал его или же что-то постороннее примешивалось к нему. Ему нравилось подолгу нежиться в ванной со своим парнем. Просто так сидеть молча, прижимаясь друг к другу и наслаждаться моментом. Помимо этого Гукки хлопочет над ужином. Готовка, конечно, не его конек, но, в принципе, все выходит не так уж и плохо. Сойдет, как обычно говорит Хосок, улыбаясь и увлекая парня в поцелуй, чтобы не мучится с его едой дальше. Сегодня младший старается больше обычного. Ему хочется, чтобы все было идеально. Он специально, ради этого несколько часов ходил по магазинам в поисках нужных продуктов, а потом пропадал на кухне четыре часа. И, кажется, что его труды не остались напрасными. Еда и правда выглядит приемлемо. Лучше, чем могло бы быть. Уже стемнело. Гук начинает волноваться, ибо никогда прежде омега не возвращался столь поздно. Он разрывается между тем, чтобы обзванивать все больницы и броситься на поиски, но все же склоняется к тому, что можно просто позвонить. Гудки у провода кажутся беспрерывно долгими, пока альфа, наконец-то, не слышит любимый голос.        - Прости, я немного задержался, но уже совсем скоро буду. Тишина. Хосок отключился, даже не дав брюнету вставить и слова. Чону кажется, что голос любимого звучал как-то странно, но, что именно не так, он не смог понять. Не смог уловить за тот короткий промежуток времени, что они говорили. Последующие попытки дозвониться оказываются проигнорированные, но на счастье уже через десять минут слышен звук открывающейся двери.        - Почему ты не отвечал на звонки? - альфа старается быть мягким.        - Не хотел отвлекаться за рулем, - шатен украдкой целует своего возлюбленного. Они сидят за большим столом, и от внимания брюнета не ускользает то, что Хосок подавлен. Он молча ковыряет вилкой содержимое тарелки и слишком сильно налегает на красное вино. Гук пытается поднять ему настроение, но получает в ответ лишь натянутую улыбку и печальный взгляд. Все расспросы в духе «что с тобой?», «что-то случилось?» оказываются бесполезны. Старший оправдывается тем, что слишком утомился сегодня. Чонгук знает, что тот врет. Выучил его за эти годы. Знает, что когда его пара врет, то не смотрит в глаза и обязательно закусывает уголок нижней губы.        - Зачем сегодня в больницу ходил? - неожиданно младший вспоминает утренние слова, которые пропустил мимо ушей.        - Я бесплоден! Понимаешь! Я никогда не смогу родить тебе ребенка! Я не нужен тебе такой! - Хосок скрывается на крик, больше не в состоянии молчать и держать это в себе. Бокал недопитого красного вина с грохотом падает на пол, а красная жидкость, не медля, растекается по светлому ламинату. Чонгук не желает верить в услышанные слова. Надеется, что ему приснился лишь плохой сон, и он сейчас проснется. Но ничего подобного не происходит. Он в реальности, где его омега в слезах убегает в комнату громко хлопая дверью, и его плач заполняет помещение. Ему трудно понять своего омегу. Трудно понять, что по-настоящему тот чувствует. В его голове все еще эхом звучат слова, которые выплеснул на него Хосок. *** Хосок спешит в больницу к своему врачу, чтобы узнать результаты анализов. Врач встречает его с легкой улыбкой на лице, и омега верит в то, что ничего плохого не стоит ждать, но он ошибается. Мужчина начинает разговор от куда-то издалека, и у шатена сердце уходит в пятки, когда он понимает к чему тот клонит, но где-то в глубине души остается маленький лучик надежды. Но и он гаснет, после фразы «на этом жизнь не заканчивается». Именно этого результата и боялся Хосок больше всего. Он убежден, если омега не может родить ребенка, то альфа отказывается от него. Ему страшно. Он не понимает, каким образом скажет это Чонгуку. Не знает, как сообщить ему о том, что он бесполезен. Любовь любовью, но мало того, что они не истинные, так он еще и не сможет осчастливить его ребенком. Из больницы он уезжает быстро, хотя врач и пытается его остановить, ибо тот может в таком состоянии натворить все, что угодно. Но омега не такой. Он не будет накладывать на себя руки. Он не из таких, которые могут расстаться с жизнью, столь легко. Он едет медленно, а потом и вовсе сворачивает в ближайший переулок, заглушая мотор. Его руки дрожат. Накатывает истерика. Он плачет от безысходности и обиды, которая горечью разъедает его изнутри. Он сидит так долго и не замечает, как течет время, пока его не возвращает в реальность входящий вызов от альфы, который уже заждался его. Он старается успокоиться на сколько это возможно и дрожащими пальцами отвечает на звонок. - Прости, я немного задержался, но уже совсем скоро буду.