Holes In The Sky

Трис в недоумении. Питер повсюду, где бы она не была, он всегда оказывается рядом. Он приветствует ее появление усмешкой, сопровождает ее злобными шуточками. Проходу не дает. Он ей словно войну объявил и наступает постоянно, каждодневно. Трис решает его игнорировать. У нее последние силы уходят на то, чтобы не обращать внимание на обидные слова. Питер знает, чувствует, на что стоит надавить, чтобы было больнее. Но бывшей альтруистке по-прежнему кажется, что если не обращать внимания, то ему надоест. Он отстанет. Он должен отстать. Это самый простой способ, старое правило. Только правило дает сбой, и Питер еще сильней старается вызвать у девушки ответную реакцию. И она поддается. Обнажает зубы. Отвечает колкостью на колкость, смотрит исподлобья. Отвечать на гадости гадостями трудно. Не так Трис воспитывали в родном Отречение. Но она напоминает себе, что Отречение осталось в прошлом, и чтобы выжить в Бесстрашии, нужно учиться давать отпор. И словами тоже. И она продолжает огрызаться на каждый выпад Питера. Парню нравится такая реакция. Трис начинает находить в их перебранках какую-то прелесть. Нападки больше не обижают ее, лишь раззадоривают. Прайор оттачивает свое красноречие, находит новые меткие ответы, и что-то внутри нее радуется, ликует, когда ей все же удается одержать над ним маленькую победу в словесных перепалках. Она знает, что стоит ей только поднять глаза – и она наткнется на насмешливый взгляд. Он подбирается все ближе к ней, а в его взгляде что-то едва уловимо меняется. Трис не берется судить, так это или ей просто кажется. Ей и сравнивать не с чем, и не очень-то хочется убеждаться в этом. Зная Питера, ничего хорошего это не сулит. Но внутри Трис предательским тонким голоском говорит какая-та странная, абсурдная даже идея о том, что он прячет что-то под всей своей злобой. Она ругает себя за глупые мысли. Ей ли не знать, что у Питера нет никаких других чувств, кроме едкой на вкус грубости? Зачем она воображает, что он не просто так к ней цепляется? Но становится вдруг выдержанной и манерной. Ровняет вечно сгорбленную спину, следит за мимикой, старается разгладить вечную морщинку задумчивости на лбу. Иногда ее посещает мимолетная мысль о том, что он следит за ней. Что он может посмотреть на нее прямо сейчас, и ей почему-то не хочется, чтобы он поймал ее на том, как она нервно закусывает щеку изнутри, искривляя лицо. «Как будто ему не все равно!» - одергивает она себя. Злится. И Питер подбирается совсем близко, снова вызывая ее на бой. Но сам вдруг шутит как-то беззлобно почти, поджимает губы в полуулыбке-полуусмешке, довольный собой. И Трис улыбается ему в ответ. И впервые его улыбка кажется ей искренней и теплой. «Ну у вас и любовь» - вдруг тянет Ал, глядя на Трис. Ему эта шутка кажется забавной. Трис мигом отводит глаза. Ей кажется, словно ее поймали на месте преступления, виноватой себя чувствует, но поднимает на Ала возмущенно-удивленный взгляд. И не видит, как по щекам Питера мелкими пятнами расползается румянец. А Кристина хихикает. Кристина давно знает, чем закончится их война.