Ворон - Чистое небо (3 часть)

Глава 29. Тяжёлые капли дождя. Капитан Сой Фон на полной скорости стремилась к нужному месту. Именно сюда сказали идти родственники её ученика. Если и тут нет, придётся ждать, когда Первый взвод придёт в себя, и отправлять их на поиски. Сой Фон, как и другие капитаны, быстро пришла в себя после противоядия, потому отправились на поиски врага. Рядовые передали послание от Караса, что он в десятом районе. Осталось найти, и она надеялась, что ещё не поздно. Волнение за ученика всё усиливалось. Плюс ещё дождь пошёл, что осложняет поиски. Ливень довольно сильный и тяжёлый, что неприятно и на мозги давит. Но она отбросила все ненужные мысли и сконцентрировалась на поиске. Ощущает биение реацу! Вот она вылетает на поляну. Тут всё раскурочено и разрушено, недавно тут был бой. В центре всего этого стоит Карасумару. Его она легко узнала по косе и росту. Другого такого синигами просто нет. Он стоял над чьим-то телом. От Караса идёт реацу, он живой, а не как в тот раз. – Карас, тебе не следовало идти одному, – подошла она к ученику. Посмотрела на тело. Вот, значит, какой Онигумо. Молодой совсем, симпатичный, и улыбается почему-то, с таким умиротворением. Грудь залита кровью, как и оружие её ученика. – Кара… – она посмотрела на ученика. Тот смотрел на тело. Он не лил слёзы, но капли дождя скатывались по его лицу. В глазах было столько боли и печали, что ей стало неуютно на него смотреть. – Он… спас… меня… – прошептал ученик. – Обезумел от горя… печали… потери… Поймал в свою паутину… вытягивал силы… Как-то я сумел справиться… проткнул его… а он затем отдал остатки своих сил… чтобы спасти меня… – Это… благородно… с его стороны, – сказала она. – Он был моим другом… – с тяжестью произнёс он. – Другом… которого я когда-то потерял… затем обрёл вновь… и лично убил… Она не знала, что на это сказать. Он сейчас выглядел хуже, чем при своём первом убийстве. Убить врага одно, но убить друга… это нечто иное и она знала, каково это. Был у неё случай, похожий на этот, но справиться с таким ей помогла её учитель. – Карас… – она положила руку ему на плечо… Тут он развернулся к ней, схватил её и крепко обнял. Сой Фон ошалела от подобного и не успела что-то сделать, как была схвачена. Он обнял её, крепко, с силой, словно пытаясь удержаться за скалу во время безумного шторма. Он ничего не говорил, но сильно нуждался в ком-то. Девушка была так поражена и удивлена, что сначала попыталась вырваться, но через секунду с ужасом для себя поняла, что не может! – «Он стал таким сильным», – пронеслось у неё в голове. Раньше она могла пальцем его уделать, а сейчас он крепко держит её, и она не может вырваться. – «Он так вырос», – улыбнулась она. Странное чувство гордости наполнило её. Стало так тепло и приятно. Дождь больше не приносил ей холод. Внезапно Сой Фон осознала странную вещь. Впервые за долгие годы её одиночества она чувствует невероятное спокойствие. – «Так вот о чём ты говорила», – промелькнуло у неё в голове. У них с Хебико когда-то был серьёзный разговор. Капитан хотела узнать, какие у них отношения, чтобы не переживать за ученика. И эта змеемордая девчонка тогда сказала: - Я чувствую себя защищённой с ним. Сейчас капитан ощущала то же самое. Ничего больше не страшно, никакие мысли больше не волнуют её. Пока он рядом, она ничего не боится. Сой Фон подняла руки и тоже обняла его. – Всё хорошо, – прошептала она. – Всё будет хорошо… Они стояли так некоторое время. Молчали. Слушали капли дождя. Чувствовали тепло друг друга. Она применила кидо, и ученик потерял сознание и начал падать. Она подхватила его и положила на землю. Ему нужно поспать, отдохнуть. Убрала прядь волос с его лица. Сердце отчего-то сильно билось в груди. – Всё будет хорошо, мой милый Карасумару… – ласково прошептала она. Стало очень тихо. И только тяжёлые капли дождя создавали свою печальную мелодию погребения… *** Готей стоял вверх дном. Применение банкая от Куроцучи перепугало всех. Многие уже было подумали, что капитан рехнулся и решил всех уничтожить. Некоторые были готовы сражаться или бежать, вот только ему почему-то помогала капитан Унохана, которая сбежать никому не давала. В такое предательство поверить было уже сложнее. Из-за действий двух капитанов весь состав Готея временно был выведен из строя. Жуткие боли, у многих диарея и тошнота. Даже капитаны не избежали негативных последствий, пусть и не в таком виде. Да и многие держались, чтобы в грязь лицом не ударить из-за всего этого. Единственным, кто вообще не пострадал, был капитан Укитаке. Просто он пил так много лекарств и использовал только специальную воду из источников, что просто не был отравлен. Ну и ещё капитан Киораку был в более-менее нормальном состоянии. Тот просто саке пил больше, чем воды за эти годы, потому не успел сильно отравиться. Ещё вроде капитан Ямамото был в порядке, но тот в этот момент был у себя и его никто не видел. После всем объяснили, в чём дело. Официально для всех рядовых сказали, что была просто особая тренировка. Если их отравят, то нужно быть готовым. Проверяли неожиданно, чтобы никто не успел подготовиться. Секретная тренировка была такой тайной, что даже не все лейтенанты знали о ней. Капитаны же были полностью проинформированы по поводу случившегося. Ещё 4-й и 12-й отряд были в курсе, потому что они потом всех лечили и ремонтировали фильтры в канализации, а потом и воду чистили. Но всю правду от всех скрыли, чтобы не плодить панику и ненужные слухи, да и Совет никто не хотел особо посвящать. Хотя там всё же кое-что узнали, так как некоторые члены Совета тоже были отравлены. Весь удар Совета на себя взял капитан Ямомото, который и уладил все дела. На следующий день всем объявили, что серийный убийца Онигумо был убит офицером 2-го отряда Куроки Карасумару, в широких кругах известным как Демон Скорости, а в узких как Кровавый Дождь. Какую награду получит офицер, пока не сказано, синигами ранен и в тяжёлом состоянии. Посещение запрещено. Так и закончился один из самых страшных моментов в истории Готея. Тот самый момент, когда все были очень близки к пропасти. Но не по вине ужасного злодея или гения, а из-за одного мстительного ребёнка. Капитанам придётся сделать много выводов и обдумать, как не допустить такого впредь… *** За некоторое время до этого. Одинокий юноша сидел на коленях среди грязи и травы. В руках он мёртвой хваткой сжимал клинок, его взгляд был потухшим и пустым. На теле виднелись мелкие царапины и раны, которые быстро затягивались. От его противника ничего не осталось. Даже одежда и та была расщеплена и поглощена. Они подошли ближе. – Он подобрался очень близко, – улыбнулся капитан Айзен. – Это вы создали Онигумо? – спросил Гин. – Почему ты всё время во всём подозреваешь меня? – усмехнулся капитан в очках. – Нет, я даже не знал об этом юноше. Яд я быстро заметил в воде, но решил подождать и посмотреть, куда это приведёт. – Вы решили погубить Готей? – усмехнулся Ичимару. – Нет. В последний момент «нашлось» бы чудо-лекарство, которое я давно вывел. Мне был интересен этот мальчик и его способности, а также как проявит себя Карасумару. – И что же только что сделал Карасумару-кун? – Страховка на случай полного истощения, – уклончиво ответил капитан 5-го отряда. – Теперь нужно замести следы. Будет сложно объяснить, куда делось тело. С этими словами он достал колбу, собрал остатки реацу Онигумо и перекинул их внутрь, а затем создал духовную оболочку, очень похожую на ту, что была тут только что. Следом наложил на неё иллюзию своего клинка, чтобы все поверили в реальность этого тела. Оно через пару часов растворится, но это спишут на особенности тела. Затем он посадил тело напротив Куроки и положил его руки на плечи Караса, а клинок юного синигами воткнул в грудную клетку оболочки. Осталось добавить крови, и всё готово. – Теперь все будут думать, что Карасумару из последних сил проткнул Онигумо, – пояснил он на вопрос во взгляде Гина. – Сам же Карасумару будет думать, что его друг в конце очнулся от безумия и отдал ему всю силу, которую отнял, чтобы спасти. Всё-таки у него есть склонность думать о людях лучше, чем они того заслуживают, так что не будем разрушать его идеалы. – Как драматично, – растянулись в улыбке губы седовласого капитана. – Прямо книги писать можно. – Так напиши, – махнул второй рукой. – Уходим, сюда скоро прибудут. Они покинули место, полностью стерев следы своего пребывания там…