Билет в один конец

- Она дышит? – тревожно. - Халк, отпусти её, - требовательно. - Халку нравится милая девочка! – в своей манере даже ласково. - Ты её из взрыва выдернул, она может быть ранена. Отпусти её, - опять требовательно. Алиса тяжело вздыхает, ей тепло и очень уютно, но нужно скорее встать на ноги. Не в том она возрасте, когда на руках таскают. Поэтому она легко выскальзывает из объятий Халка. - Спасибо, Великан, - она встаёт на носочки, подтягивается и целует зелёную щёку. – Я знаю, что ты рядом, – она стягивает ненавистный теперь шарф, бесформенной тряпкой болтающийся на шее, и вдыхает свежий воздух, наполненный дымом и копотью, привычными, в общем-то, запахами. Ал осматривается, потирая затёкшую шею. Она, Халк и Стив с Тором стоят на небольшом пирсе из тоненьких, кое-где прогнивших дощечек, которые скрипят под тяжёлым весом супергероев, грозясь сломаться сейчас же. На немой вопрос: "А где…?", Роджерс с каким-то злым выражением лица кивает в сторону пляжа, откуда к ним спешат Наташа и Тони. Алиса не унимается, остаётся ещё Клинт, хотя он был не в эпицентре взрыва, его могло задеть. Агенты ЩИТ, что были неподалёку, интересуют её не меньше. В голове у неё гудит, видимо оглушило, она растягивает слова и тщательно контролирует свой голос. - Ты бы лучше обо мне заботилась, когда с крыши прыгала! – раздалось в наушнике, выбивая глухоту. – Я чуть разрыв сердца не получил. - Там не высоко, - надулась девушка. Естественно, что Хоукай этого не увидел. - Четыре этажа! - Не высоко. Я с вековых елей прыгала и ничего. - Ты головой не билась, нет? - Ворчун! – Ал плохо представляла, как это выглядело со стороны, но догадывалась, что крайне смешно. – Я рада, что с тобой всё в порядке, - вдруг меняет она тон и говорит тихо-тихо, почти ласково и с чувством отпустившей тревоги. Клинт в нескольких сотнях метров от неё, спускающийся с крыши, теряется и замолкает. Заминка длится несколько секунд, когда он прислоняется лбом к прохладной стене. - Спасибо, - откликается он. – Скажи, что я постараюсь сейчас к вам прийти. - Хорошо. Только осторожнее. - Я родился осторожным, малыш, в отличие от тебя, - усмехнулся Бартон, возвращая свою уверенность. - Что значит, родился осторожным? Ты сейчас даже не представляешь, что я подумала… - Бартон! Заканчивай серенады петь! – зло оборвала их Наташа. – А ты!? Ты зачем спустилась!? Ты снайпер, твоё место на крыше! - Кроме того, что я снайпер, я ещё и охотник. И я прекрасно знаю, как загоняют добычу в ловушку. - Здесь не лес! А ты теперь в команде особого назначения, а не в спецотряде. Здесь другие правила и другой уровень сложности. Алиса резко выдохнула и потёрла переносицу под очками, опустив голову и буравя взглядом доски под ногами. Словно они должны были исчезнуть, и Алиса бы провалилась сквозь них в воду. Глаза всё ещё жгло, но меньше. Скорее всего, они сейчас приближаются к своему естественному цвету, но пока снимать очки нельзя. Наташа очень наблюдательна, беспокойная работа обязывает, она первая заметит изменившуюся радужку. И это даст ей ещё один повод для подозрений. А ведь у них только-только начали налаживаться отношения. С самого похода по магазинам. Шутер мнётся, не знает, как ответить, чтобы не выдать своего волнения, цепляется плохо слушающимися руками за перевязь Шальной, за свисающие с шарфа кисточки. - Я беспокоилась, - глухо ответила она, вскинув голову. – Я знаю, что снайпер не участвует в активных действиях, что он следит издалека, но я волновалась… - Это было просто безумие, - спокойно, сдерживая себя, заговорил Стив. – Я бы справился сам, тебе не следовало подвергать себя такой опасности. Это было, по меньшей мере, глупо и безрассудно. - Это не опасность, - упрямо заявила Ал, вытянувшись в струнку. - Он мог тебя голыми руками на части разорвать! - Ага, а кто накормил его разрывной гранатой? - Алиса, ты ещё не имеешь опыта в таких делах. Ты недостаточно сильна, для того, чтобы вступать в бой с такими противниками. - Да, а у тебя достаточно сил, чтобы справиться сразу с двумя? Ты понимаешь, что по совокупной мощи эти двое примерно равны половине, если не всему, атомного взрыва. - Ты ребёнок, Ал, ты ещё молода, ты не знаешь своего предела! Я супер-солдат, что мне сделается… В наступившей тишине слышен далёкий треск огня, да плеск волн под ногами. Кажется, что даже Халк не дышит. Если подумать, то Алиса когда-нибудь ждала чего-то подобного. Всегда ждала, даже после того, как Стив однажды обнял её за шею и шепнул (это было после одной из битв, когда Ал сильно досталось, и у неё болела голова, и боли усиливались от яркого света и громких звуков): "Ты молодец. Я рад, что ты с нами". Но тогда почему ей сейчас так обидно? - Ещё мнения будут? – зло бросает она, окатив всех присутствующих ледяным взглядом, наконец, сняв очки. – Да, я просто человек, но я горжусь своим слабым человеческим телом! Потому что в нём заперт сильный дух! Я не супер-солдат, на мне не заживёт, у меня нет ни магии, ни защиты, ничего! Но это не значит, что я должна забиться в угол и дрожать от страха! - Ты могла умереть, глупая! – распаляется Стив, в раздражении хватая её за плечи и встряхивая так, что у неё сильно запрокидывается голова, едва не касаясь макушкой спины. - По стандартам в операциях такого уровня одна жертва допустима, - чеканит Ал заученную фразу, потирая занывшую шею. - По каким ещё стандартам!? Хотел бы я посмотреть на того, кто научил тебя такому! – Капитан наступает, пытаясь убедить девушку в своей правоте, и они доходят до края пирса. - Что плохого в том, что я хотела тебе помочь? – тихо, с примесью страха, но с тем же упрямством, спрашивает Алиса. - Что мне будет!? – Стив чуть повышает голос, а Алиса уже делает шаг назад. И барахтаться бы ей в воде, если бы Капитан, мать его, Америка не успел схватить её за руки. Шутер твёрдо встаёт на ноги, несколько секунд смотрит на бьющиеся волны, переводит взгляд на свою раненую руку, ту самую, которой протолкнула гранату в острозубую пасть Венома. Разорван в клочья рукав, сочится из прорезов кровь, боль она не замечает видимо по привычке. - Стив, - тихо и спокойно, будто не было сейчас той обоюдной вспышки негодования между ними, начинает она, поднимая взгляд на растерявшегося мужчину, - есть такие раны, которые даже твоя повышенная регенерация залечить не в силах. И я не хочу, чтобы ты о них знал. "Если уж я о них знаю" – заканчивает она про себя. Ал разворачивается на пятках и уходит прочь с пирса, махнув рукой на прощание, мол, не ждите, сама вернусь. И только глядя на ссутуленную спину, Стив понимает, что сделал. Хорошо ещё, что Тони додумался увести Халка разгребать завалы, помогать в поисках выживших. "Я потеряла почти весь свой отряд…", "…напоминание о ней, да ещё и такое слабое и болезненное…", "…она будет доказывать свою нужность, раз за разом…" – всплывают прошлые фразы в памяти Роджерса. Алиса Шутер до чёртиков сложный человек и это очень непросто – заставить её поверить кому-либо настолько, чтобы она доверилась и позволила помочь. Но нет, она держится особняком, тем более что сейчас она заделала в крепкой стене, что прячет её растерзанную душу, даже те бреши, которые им удалось пробить. - Она знает, что ты лишь волнуешься, - пытается успокоить его Наташа, видя, как изменился в лице их непоколебимый командир. – Но ты прав. О чём вообще думал Фьюри, направляя к нам ребёнка? Да ещё и такого неуравновешенного. Мы не няньки, чтобы возится с малышом! - Знаешь, Наташа, мне кажется, что хотя она и родилась восемнадцать лет назад, но на деле она гораздо старше, - неожиданно заключает Стив. – Я таких видел в своё время. Вроде желторотые юнцы, а в глаза посмотришь и понимаешь, что тебя они гораздо старше и умнее. Хорошо, поговорим с ней, когда мы все успокоимся… Алиса возвращается в Башню около трёх ночи. Иногда ей кажется, что это её любимое время, ведь со всех своих заданий (с недавних пор Фьюри начал подкидывать ей ещё работу) она приходит именно около трёх часов, да и кошмары отпускают её в реальность примерно в это же время. Она немного уставшая и сонная, прихрамывает, левая рука вообще висит на повязке, пришлось разодрать и без того испорченную водолазку и пустить её на какое-то временное подобие перевязочного материала. Джарвис беспрепятственно её пропускает, даже не прогоняя через все степени защиты. Кажется, это одно из преимуществ идентификационной карты. Он только спрашивает, не нужно ли позвать кого-нибудь на помощь. Ал снова фыркает, что справится сама, если уж смогла дойти до дома, но благодарит дворецкого за беспокойство. После душа и повторной обработки ран (найденный в уцелевшем после взрыва здании на окраине флакон каких-то дешёвых духов не лучший антисептик, но выбирать не приходится, ведь в её аптечке только йод, да перекись, а рана большая, от запястья до локтя), Алиса понимает, что сейчас не уснёт, вся сонливость проходит. На стрельбище или в тренировочный зал она идти не хочет, вдруг кто-то проснётся от шума, выслушивай потом упрёки. В библиотеку она тоже не идёт – в голове сумбур мыслей доходит до той точки, когда поступление новой информации невозможно, да и попросту вредно. Она не может сосредоточиться даже на том, чтобы завязать на любимой толстовке бантик, шнурки остаются свободно висеть. По этой причине невиданной рассеянности внимания она не может надеть даже мягкие тренировочные туфли, поэтому идёт по дому босиком. До любимого "гнезда" не было сил добраться, поэтому она идёт через гостиную на террасу, смотреть на ночной Нью-Йорк с высоты Башни. В таком расслабленном и безучастном к миру состоянии её и находит Старк. - О, принцесса, ты уже вернулась! А что так рано? – в меру радостно восклицает он, хочет продолжить очередную подколку, но Алиса Шутер поворачивает к нему голову и Тони застывает на месте. Потому что вместо бодрой и оптимистичной Ал, заряжающей собой мир, он видит побитую и потрёпанную тряпичную куклу. У неё в глазах омуты боли, бинты скромно выглядывают из-под одежды, волосы не в убраны в косу или менее привычный хвост, а разбросаны по плечам и спине, струятся по полу, поэтому кажется, что она сидит в луже собственной крови. - Что не спишь? – наконец спрашивает она каким-то ломающимся и чужим голосом. - Не важно, - отмахивается мужчина, садясь напротив. Старковское любопытство вечно: разобрать любой неизвестный механизм по винтикам, всё узнать и понять, добраться до самой сути. Даже если это человек. И уж тем более, если не поддается обшивка. - Не важно… - устало тянет Алиса, запуская здоровую руку в волосы, в кровавый водопад. Тони даже ждёт, что её пальцы окрасятся в алый. Почему он раньше не замечал, как страшно это выглядит? Но тем интереснее. Старк переводит взгляд на босые ноги девушки, а затем на стакан виски около них. Ал ухмыляется как-то не хорошо и пододвигает к нему выпивку: - Можешь забрать себе, я его не трогала. Я не пью. Тони предсказуемо не прикасается. Алиса кривит губы в подобии ухмылки, но от этого её лицо страшно перекашивается, поэтому она отворачивается, вглядываясь в темноту, расцвеченную яркими огнями. Смотрит так, словно сейчас же готова перепрыгнуть через перила и нырнуть в эти пёстрые краски, чтобы хоть как-то разбавить темноту внутри себя. Пусть даже с не очень хорошим исходом. - Знаешь, в такие ночи я как никогда хочу сдохнуть, - вдруг бросает она, подтверждая догадку Старка. - С чего бы? - Устала… Чёрт, забудь! Не хватало ещё кому-то о своих проблемах рассказывать. - Странная ты, Шутер… Она усмехнулась, выдавив из горла какой-то булькающий звук, что-то среднее между смешком и всхлипом. Откидывает голову назад, обнажая беззащитную шею с белой полоской бинта. - Леголас тебя искал, - произносит Тони после недолгого молчания. Не может его натура вытерпеть даже минуты полной тишины. Ал чуть склоняет голову на бок и приоткрывает глаза, показывая свою заинтересованность. - И ты не хочешь ничего съязвить по этому поводу? - Не располагаешь ты к этому, - отмахивается мужчина, всё же утягивая к себе стакан. – О чём я? Ах, да, о Бартоне. У вас с ним что-то есть? - С чего ты взял? - Он чуть не подрался с Кэпом, когда узнал, что вы поссорились, и он отпустил тебя неизвестно куда. Такая ругань стояла… Потом хотел найти тебя, но Наташа его убедила, что тебе нужно побыть одной. - У Клинта есть Наташа. И я не хочу им мешать. Кто-то вроде меня ему абсолютно не нужен, - Ал не реагирует совсем, продолжая рассматривать огоньки на улице. - Плохой из тебя собеседник, - ворчит Тони, но с места не двигается. Сейчас ему почему-то очень уютно, хотя и холодно на крыше, да и сидит он на бетонном полу. - Зато я умею слушать… Тони? - Да, мой пернатый друг? - Бартона здесь нет, - кажется, она начинает приходить в себя. По крайней мере, она уже не выглядит как тряпичная кукла. Теперь в ней появляется привычный стержень, распрямляющий всё тело. - Ах, да, ты же стрелок, хотя и Колибри. - Я не Колибри, я Шутер, - привычно огрызается Ал. - Хм, говоришь не располагаю к разговору, Человек Железная Печень? - О чём ты хотела поговорить? - Я просто подумала… Что будет, если однажды машины придут на смену героям? Ведь эмоции иногда сильно мешают, как в моём случае. - Не лучше ли всех людей заменить машинами? - Нет, Тони, я серьёзно. Они не могут оспорить приказ. Не все, как я, могут делать то, что им велят. Не всех отучили думать о последствиях своих действий. - Ал, что ты…? - Послушай. Им не нужно время на сборы, им не нужны награды или признание. Они чётко выполняют свои задачи. Если кто-то сломается, то его можно будет легко заменить. - Пусть Джарвис просмотрит библиотеку. Что-то я не помню, что бы там была научная фантастика. - Старк, - нахмурилась девушка, уже полностью придя в себя. - Или мне воспринимать это как оскорбление? - Да ну тебя! Я тут серьёзно думаю, а ты… - Ну-ка, малыш, не кисни. Никакая техника не сможет заменить человека, поверь мне. Не забивай себе голову ерундой, именно наша человечность и позволяет нам быть героями, - Тони встаёт и разминает уставшие мышцы. – Иди спать, а то ещё Клинт подумает, что на тебя по дороге напали. И тогда нашему Капитану точно несдобровать. - Семья должна быть вместе, - долетает к нему с порывом ветра. Тони оборачивается, но видит, что Алиса, вытянув ноги, смотрит на светлеющее небо. Едва Тони Старк пропадает из поля зрения, Алиса Шутер полностью приходит в себя. Всё же, чего не отнимешь у Тони, так это его удивительной способности быстро найти поломку в устройстве и исправить её. И при этом так незаметно и быстро, что остаётся только принять тот факт, что ещё недавно ты валялась кучей осколков и торчащих проводов в углу, а теперь отлаженным механизмом живёшь, чувствуешь и существуешь. Ал даже усмехнулась от этого абстрактного сравнения. Да уж, в последние дни "дома" Старк всеми способами пытался поставить её на ноги, заставить жить и стремиться к жизни, что-то делать, но только не замыкаться в себе и не думать о смерти. И это при условии, что сам с радостью бы бросил все попытки сохранить надежду. Последние события, общая обстановка в мире, охваченном войной, потеря близких друзей, кампании - дела всей жизни, - непрекращающаяся охота и постоянная жизнь в страхе надломили его. А потеря семьи свела с ума. Глядя на этого Тони, она понимала, что ещё немного и его безумие станет их общим. Потому что старые фотографии в спасённом альбоме, та жизнь, которая ей не досталась, старательно сдавливаемые всхлипы Старка по ночам, когда он думал, что Шутер спит и ничего не слышит, уничтожали даже те крупицы надежды на спасение, которые она жадно прятала в сердце. - Я должен что-то сделать! Я же гений, я смогу! Я не оставлю это так!! Я… - таким упрямым и энергичным, готовым броситься с головой в любой проект, живым, она увидела его впервые. И такого постаралась запомнить навсегда. - Джарвис! – тихо позвала девушка, вставая на ноги и направляясь прочь с террасы в тепло гостиной. – Тони уже лёг спать? - Ещё нет, - так же тихо ответил ей Искусственный Интеллект. - Передай ему от меня спасибо, хорошо? У себя в комнате, бросаясь в объятья мягкой постели и сладких снов после хорошей драки, Тони Старк никак не ожидал, что вместо напоминания о пропущенных звонках от мисс Поттс, Джарвис передаст ему "Спасибо" от мисс Шутер. "Никогда не видел настолько странного человека. Вроде, вся как на ладони, а присмотришься… Будто в чёрную дыру смотришь. Если человек сильный, это ещё не значит, что ему не больно" Утром, проснувшийся раньше всех Стив найдёт на кухонном столе огромную тарелку домашнего ещё тёплого печенья и записку сверху: "Простите". А Шутер, вовремя вспомнившая рецепт, будет впервые за долгое время спокойно спать.