Подростковые проблемы

У меня в жизни всегда имелось все. Мой отец был бизнесменом со своей сетью роскошных магазинов одежды, а моя мать — дизайнером этой самой одежды. Мне, как парню, это все было неинтересно, да и папе, впрочем, тоже. Его больше привлекал сам процесс ведения бизнеса, что я находил очень скучным. В детстве, когда он пытался мне что-то объяснить, я всегда бегал играть с друзьями в футбол, или прокатиться на велосипеде. У меня было много друзей. Да, я знаю, что почти все они дружили со мной из-за моих денег, но у меня было несколько хороших, и один лучший — Райан. Мои карманы всегда были полны денег, которые я мог спокойно потратить в клубах и барах. У меня было все, о чем мечтал каждый мальчик-подросток. Мне не хватало только одного. Патрик Стамп был, мягко говоря, не самым общительным человеком. Придя в среднюю школу, он кое-как подружился со старшим Уэем, не желая общаться с кем-то еще. Патрика сложно было назвать обычным несчастным-толстым-мальчиком-подростком-изгоем-общества, он определенно не подходил под это название. Он не был изгоем, он просто старался не общаться с многими людьми, ограничившись несколькими. Сказать, что он меня заинтересовал — ничего не сказать. Он притягивал меня, манил, и я пугался. Я имею в виду, он был ничем не примечательным пареньком с лишним весом, так какого черта мне должно было быть до него дело? Но он был… особенным? Необычным? Невозможно его описать одним словом, но да, он был Патриком Стампом, и этого мне хватило, чтобы влюбиться. И меня раздражало то, что он постоянно отталкивал меня. Я всегда пытался с ним разговаривать, общаться, подружиться. Но он, видимо, не очень хотел. Он всегда отвечал скучными односложными ответами и даже не пытался поддерживать беседу. Пригласить его за наш столик в столовой — смелый ход, пожалуй. Правда, все, кроме меня, чувствовали себя немного неловко, но я старался заставить Патрика разговориться. И мне это, большей частью, удалось. Я, вообще, единственный, кроме Уэев, с кем хоть немного общается Патрик. И я считаю это личной заслугой. Но, конечно, мы не стали лучшими друзьями за один ланч. Да и вряд ли станем. Я не часто курю, честно. У меня в карманах редко можно найти сигарету, особенно в школе. Нет, не подумайте, что я весь такой прилежный ботаник, который вылизывает задницы учителей ради оценок, нет. Мне плевать на них, но я хотя бы думаю о своем здоровье. Но иногда бывают такие моменты, когда просто до боли хочется успокоиться, хоть на минуту. Для таких случаев есть наркотики, но я предпочитаю курить. Да, знаю, что туалет — не самое лучшее место для курения, но плевать. Достаю сигарету, делаю первую затяжку. Вдруг дверь открывается, и, когда я в спешке пытаюсь скрыть сигарету, заходит Патрик. Я облегченно вздыхаю. — Пит? — он кажется удивленным, когда замечает меня. — Ты что, куришь? Я неопределенно пожимаю плечами, и он медленно подходит ко мне и садится рядом на подоконник. Спустя какое-то время он произносит: — Что-то случилось? Я удивлен, на самом деле. Патрик никогда не выражал ко мне большого интереса, и я не имею понятия, почему ему интересно, что со мной. Наконец, я снова пожимаю плечами. Когда он долго и выжидательно смотрит на меня, я сдаюсь: — Меган меня бросила. Это на самом деле так. То есть, она просто подошла ко мне и сказала: «Прости, Пит, но между нами все кончено. Я нашла другого». Нет, я знал, что Меган Кемпер — самая последняя шлюха нашей школы, но все равно мне было неприятно. Меня даже никто не поддержал, Райан какой-то сам не свой после перевода того новичка Ури в нашу школу. Патрик определенно выглядит растерянными, и я не могу его винить за это. Я часто расстаюсь с девушками и не делаю из этого драмы. Но меня почему-то озадачила Меган. Ну да, она была красивой, сексуальной, но я все равно не понимаю. И я также не понимаю, нахера я втянул во всё это Патрика. — Сожалею, — сказал Патрик, и я отметил, что он и вправду выглядел сожалеющим, а не говорил это из-за вежливости. — Это отстойно. — Ага, — соглашаюсь я, краем глаз внимательно изучая его. Он одет в свою обычную шляпу, от которой я схожу с ума. Очки, которые ему не нужны, но он носит их из-за привычки. — Она тебе н-нравилась? — осторожно спрашивает Патрик, очевидно, боясь задеть меня. — Не думаю, — медленно протянул я. — Ну, так в чем дело? — вполне ожидаемый вопрос. Я на самом деле не знаю ответа на него. Я просто расстроен, вот в чем дело. — Не знаю. Повисает тишина. Я чувствую себя неловко, потому что это немного непривычно, сидеть вот в такой близости с Патриком, но мне комфортно. Я не знаю, что этот парень делает со мной, но я как будто забываю о всех своих проблемах, когда он рядом. — Патрик, ты ту?.. — дверь снова открывается, и заходит Джерард, тут же замолкая, видя нас. — Я вам помешал? Патрик тут же вскакивает с подоконника и, краснея, говорит: — Нет, конечно! Мы просто разговаривали. Джерард ухмыляется, приподнимая брови, но ничего не говорит, за что я ему весьма благодарен. Они уходят, говоря что-то о незаконченном реферате, а я остаюсь. И вдруг в мою голову кольнула неприятная мысль: Патрику и правда так неприятна даже сама мысль об отношениях со мной?