Сквозь время

Даже не знаю, кого нужно благодарить за то, что от вчерашнего похмелья не осталось и следа. Лектор из меня вчера был хуже некуда: вялый, тихий, медлительный. Думаю, даже самый невнимательный студент заметил моё состояние, и теперь будет надо мной смеяться. Но это неважно. Я на это подписался и мужественно пройду все испытания, что свалились на мою голову. Лишь бы мне не пришлось выслушивать недовольные комментарии Фествуда. - Как вы сегодня, профессор Тоун? – спросили меня. Я резко обернулся и увидел Лео. Он смотрел на меня, слегка сощурившись. Я нахмурился, глядя ему в глаза. - Не очень хорошо. Отравился вчера, желудок ещё болит, - сказал я, чуть сжавшись, но удержав желание положить руку на живот. - Так вот что с вами, - резко перестав щуриться и широко раскрыв глаза, сказал парень. – Вчера разные разговоры ходили. - Например, что у меня похмелье или ещё чего похуже? – с усмешкой спорил я. - Что-то в этом духе, - хмыкнул парень. – Надеюсь, вам лучше? - Вполне, спасибо, - кивнул я. – Садись, сейчас начну лекцию. - Доброе утро, профессор, - поздоровался прошедший мимо Барри. - Доброе, - кивнул я, тщательно изображая спокойствие. Но как можно быть спокойным, когда буквально полчаса назад этот темноволосый бес прижимал меня к кровати, целуя и в шутку предлагая наплевать на всё и никуда не идти? Ответ прост: это нереально. Я и сейчас чувствую его руки, блуждающие по моему телу. Ну хватит, Эобард! Соберись, возьми себя в руки. Ты профессор, сосредоточься. - Всем доброе утро, - поздоровался я, когда время лекции пошло. – Сегодня у вас есть выбор: можем поговорить о теории временного скачка или о системе пространственного искажения. - Вы издеваетесь? – спросил кто-то из зала, на что я невольно усмехнулся. - Немного, - хмыкнул я. – Ну так что? - На самом деле выбора-то у нас нет, верно? – спросил кто-то. Я повернул туда голову и увидел Лео. А он парень не промах. Молодец. - В каком смысле, мистер Белл? – спросил я, надеясь услышать впечатляющий ответ. - Эти темы неразделимы, - пожал плечами парень. - В каком смысле? Уточните, - настаивал я. - Временной скачок по своей сути вызывает пространственное искажение, а пространство не может искажаться без временных разрывов, - пожал плечами парень. - Хм, - хмыкнул я, слегка сведя брови. – Кто скажет мне, в чём неправ мистер Белл? - Он неправ в том, что пространственное искажение не так зависимо от временных разрывов, как временной скачок от пространственного искажения, - раздался самый любимый на свете голос. - Поясните, - повернувшись к Барри, сказал я. - Один выдающийся учёный утверждал, что пространство-время – это открытое шоссе, пересекающее физический мир, - пожал плечами Барри. – А мы просто живём в отрезках между въездами и съездами с него. Теоретически, чтобы путешествовать во времени, или, как вы сказали, профессор, осуществить временной скачок, нужно всего лишь найти путь на это шоссе. - И? – улыбнулся я. - Всё дело в том, что пространственное искажение может происходить и без временного скачка, а вот временной скачок без пространственного искажения практически невозможен, - уверенно заявил Аллен. - Верно! – поднял вверх палец я. – Вы правы, мистер Аллен. И я рад, что вы знакомы с теорией выдающегося учёного конца двадцатого начала двадцать первого веков Мартина Штейна. Он действительно утверждал, что пространство-время – шоссе, вдоль которого мы движемся с нашей маленькой, свойственной человеческой жизни скоростью. Но для путешествия во времени достаточно лишь въехать на него и двигаться в том направлении, в каком мы хотим. Достигнув цели, а в нашем случае, нужного времени, мы просто съезжаем с шоссе на нужный нам отрезок. Но вы сказали, что путешествие во времени без пространственного изменения практически невозможно. Правильно ли я понял, что маленький процент всё-таки есть? - Да, но он крайне мал, - кивнул Барри. - Кто-нибудь из присутствующих может сказать, о каком исключении из правила идёт речь? – спросил я, осматривая аудиторию. - Возможно, всё дело в том, что, вернувшись в прошлое или переместившись в будущее, мы не можем не повлиять на это время, - раздался неуверенный женский голос. - Погромче, пожалуйста. И поконкретнее, - сказал я, повернувшись туда, откуда раздался голос. - Дело в том, что, совершив временной скачок, мы будем продолжать дышать, будем ступать по земле, возможно, где-то сдвинем какой-нибудь камень или нас кто-то увидит. Малейшего изменения достаточно, чтобы пространство исказилось. Чтобы этого не произошло, нужно, чтобы вообще ничего не изменилось из-за вашего присутствия, словно вас там и нет, - сказала рыжеволосая девушка с усыпанным веснушками лицом. - Вы молодец, мисс Пирс, - кивнул я. – Всё верно. Но существует ещё одна возможность: когда пространство искажается, но в конечном итоге возвращается к первоначальному состоянию. Могу привести пример: если вы вернулись в прошлое, чтобы поговорить с тем, кто умирает. Вы встретились, поговорили, и в скором времени этот человек умер, ничего не сделав и никому ничего не сказав. Факт вашего пребывания в том времени ушёл в могилу вместе с этим человеком, а вы спокойно вернулись домой. И в вашем времени ничего не изменится. Совершенно. Из этого можно сделать вывод, что, оставшись незамеченным, вы можете и не повлиять на будущее, удовлетворив при этом своё любопытство или какую-то иную потребность. - А вы бы так поступили? – спросил Лео. - Вернулся бы в прошлое к умирающему? – с недоумением спросил я. - Нет, просто вернулись бы в прошлое? Ну или отправились бы в будущее? – уточнил парень. - В будущее я надеюсь попасть естественным путём, - хмыкнул я. – А в прошлое… зачем? Всё, что мне нужно знать о прошлом, я знаю и так. А остальное не имеет значения. По крайней мере, для меня точно. - И вы бы не хотели узнать, кем были ваши предки? – не унимался парень. - Нет, - пожал плечами я. – Потому что я и так знаю. Я вырос в древней семье, которой не одно столетие. Семейное древо у меня не маленькое, но я его знаю. Причём довольно хорошо и подробно. - А с кем-нибудь из прошлого вы бы хотели поговорить? – вдруг раздался голос позади Барри. Я увидел за его спиной близнецов Алленов. А вопрос задала Скела. Судя по её лицу, мой ответ был ей очень важен. - Да, не буду врать, - кивнул я. – Есть люди, с которыми я бы с огромным удовольствием пообщался. Например, с Эйнштейном. Говорят, у него было прекрасное чувство юмора. Ну или с Теслой. Возможно, с Аристотелем или Нострадамусом. Ну или с выше упомянутым профессором Штейном. Хотелось бы так же пообщаться с Максимовым, выдающимся учёным двадцать второго века. А ещё я всегда мечтал перекинуться парой слов с каждым из президентов США. - А с кем-нибудь из вашей семьи? – спросила одна из близнецов. - Я уже сказал, всё что мне нужно знать о своей семье, я знаю. А остальное – их личные тайны, которые они унесли с собой в могилу. Вот именно отсюда и берёт своё начало этический момент путешествий во времени. Многие спорят о том, насколько этично влезать не в своё время. Меня на полуслове прервал вошедший Дик Фествуд. - Я прошу прощения, но я вынужден срочно забрать профессора Тоуна. Возникла непредвиденная проблема, которую может решить только он. - Конечно. Продолжим нашу тему в следующий раз, - спокойно кивнул я, словно ничего особенного не произошло. – До свидания. Я видел, что многие студенты разочарованы. Затронутая мною тема была действительно интересна, но увы, работа в Лабс Индастри прежде всего. Мы добрались до офиса Фуствуда довольно быстро. Он был весьма напряжён, так что я не стал расспрашивать его по дороге, чтобы не нарваться на грубость и не вспылить в ответ. Я слишком хорошо себя знаю, чтобы так рисковать. - Доктор Тоун, вы помните энергетический носитель, который вы разработали в прошлом месяце? - Для военных? Да, конечно помню, - кивнул я. - Так вот, у них возникла небольшая проблема. - Какого рода? - Этот энергетический носитель был предназначен для нового оружия, которое разрабатывает наша армия. Разумеется, для защиты, - поспешил уверить меня Фествуд. - Защиты? От кого? – с сомнением спросил я. - Это не наше с вами дело, доктор, - покачал головой мужчина. – Главное, что они никак не могут адаптировать ваш носитель для своих целей. И им нужны вы, чтобы это сделать. Справитесь? На мгновение я задумался. Всё-таки я никогда не работал с оружием. Однако не взяться за работу я не мог. - Разумеется, я справлюсь, - кивнул я. – Понадобится время, но думаю, к концу месяца всё будет готово. Правда, если бы мне не приходилось преподавать, то вышло бы быстрее. - Не надейтесь, доктор Тоун, - усмехнулся Дик. – Ваша работа преподавателя не отменяется. Тем более что вы прекрасно справляетесь с ней. Студенты слушают вас с таким завороженным видом, что даже немного завидно, ведь меня подчинённые никогда так не слушали. - Спасибо, - пожал плечами я. – Я могу заняться работой? - Сегодня да. Но после выходных вы сперва идёте и проводите свои занятия, а уже потом возвращаетесь к работе, как и всегда. - Всё ясно, - кивнул я и ушёл. Меня никогда не напрягала перспектива работать с военными. Многие отказывались от заданий, которые они предлагали, но не я. Не знаю, на что они использовали мои изобретения, да и мне не интересно. Я могу предполагать, но лучше им не знать всё, на что способны мои творения. Я вздрогнул, когда коммуникатор сообщил, что мне пришло сообщение. «Всё в порядке?» - спрашивал Барри. Я невольно улыбнулся. Он такой заботливый. Не удивлюсь, если тот, кого он любил в прошлом, буквально утопал в заботе. «Всё нормально, просто срочная работа. До вечера», - написал я и убрал коммуникатор. Вздохнув, я направился к своему столу. - Привет, - поздоровалась Смит. – Рада тебя видеть, профессор Тоун. - Доктор Тоун, ты же знаешь, - вздохнул я. - Ещё не привык? – неожиданно для меня спросил Спенсер. - Нет, и вряд ли смогу, - пожал плечами я, немного удивлённо глядя на мужчину. - Рад тебя видеть, - улыбнулся он. - А я рад, что ты вернулся на работу, - сказал я. – Хорошо отдохнул? - Пара выходных меня не спасёт, но да, на удивление неплохо, - хмыкнул блондин. – Надеюсь, работа без меня не развалилась. - С чего бы? – ехидно усмехнулась Джулия. – Ты не пуп земли. - Верно. А вот Тоун, похоже, и есть тот самый пуп, - усмехнулся О’Конол. – Слышал, военные снова не могут без тебя обойтись. - Да, с моим энергетическим носителем разобраться не могут, - вздохнул я. – И кого туда только берут? - Тех, кто хорошо подчиняется, - пожала плечами она. – Как мой отец. - Твоей маме повезло, любой приказ выполнит, - засмеялся Спенсер. - И то верно, - кивнула женщина. – Он был послушным. - Ребята, работа не ждёт, - вздохнул я, отрезвляя друзей. – Не теряйте время зря. - Такой маленький, а такой занудный, - хихикнула Джулия и ушла, а вместе с ней и Спенсер. А я ещё немного поработал, а потом пошёл заниматься. Проведя два часа в спортивном зале, я здорово расслабился. Всё напряжение, что скопилось у меня за время моего преподавания наконец-то ушло. Несколько дней его сгонял, но никак не удавалось, а сегодня вышло. Вернувшись вечером домой я не застал Барри. Меня это нисколько не взволновало, я подумал, что он решил прогуляться перед сном. Однако когда он вернулся, что-то меня насторожило. Он выглядел довольно мрачным, но при виде меня мгновенно метнулся в сторону своей комнаты. Когда я туда зашёл, он резко рванул меня на кровать и навалился сверху. Его тяжёлое дыхание не предвещало мне ничего хорошего. Хотя… - Что-то случилось, Барри? Ты какой-то возбуждённый, - осторожно заметил я, стараясь не шевелиться. - Думаешь? – тихо спросил Флэш. – Я просто кое-что искал и нашёл. - Где? - В Центральном корпусе, - сказал шатен, глядя мне прямо в глаза. - Ты был в Центральном корпусе?! Один?! – возмущённо воскликнул я. – Ты мог заблудиться или ещё чего похуже! - Я хорошо ориентируюсь, Эобард, - глухо выдохнул Аллен. – Но я не думал, что смогу найти то, что так отчаянно надеялся отыскать. - И о чём речь? – спросил я. - Это уже неважно, - сказав это, Барри впился в мои губы требовательным поцелуем. Признаюсь, я был немного шокирован и даже чуть напуган некоторой агрессивностью Барри в эту ночь. В какой-то момент мне даже было больно. Сдавленно вскрикнув от грубого толчка, я весь невольно сжался. И лишь в этот момент Флэш словно пришёл в себя. Увидев выражение моего лица, Барри замер. Мы неподвижно лежали где-то с минуту, пока я немного не расслабился. Мои руки подрагивали, а по груди стекал пот. Барри наблюдал за мной большими глазами, ловя мельчайшие движения. Прислонившись лбом к моей груди, он судорожно выдохнул, а после проложил дорожку поцелуев от груди до правого уха. Я невольно застонал и почувствовал улыбку Аллена на своей коже. Теперь он снова был собой, и это не могло не радовать. Я дёрнулся, заставляя его вспомнить, на чём мы остановились. Ещё одна усмешка, а потом всё превратилось в искры, заслоняющие реальность.

* *

Утром я проснулся гораздо раньше Эобарда. За прошлую ночь я здорово его умотал. И не удивительно. Его в принципе невозможно не хотеть, а вчера я ещё и перевозбудился. Дело в том, что вчера на занятиях я снова общался с близнецами Аллен и выяснил, что их семья поколениями жила в Центральном корпусе, и они тоже туда вернутся после учёбы. Тогда я спросил, насколько древняя их семья. Они ответили довольно уклончиво, сказав лишь, что у них есть семейный склеп, в котором есть практически все члены их семьи. После окончания занятий я, недолго думая, нашёл карту, загрузил её в коммуникатор, а после со всех ног понёсся в Центральный корпус. Там я не без труда нашёл тот самый склеп. Мне безумно хотелось знать, имеют ли эти двое какое-то отношение ко мне, или мы просто однофамильцы. Оказавшись перед склепом, я не знал, как в него проникнуть. И никогда не узнал бы, если бы не упёрся руками в дверь. Это сейчас я понимаю, что она среагировала на мою ДНК, а тогда я в шоке ввалился в склеп. Он был длинным и с большим количеством комнат. И практически в самом конце я обнаружил то, что просто выбило меня из колеи. Я увидел надгробие со своим именем. Это было так странно и страшно, что я несколько минут стоял, а меня в это время била мелкая дрожь. Я обратил внимание, что надгробие было ещё моих времён, но при этом очень ухоженное, словно за ним до сих пор присматривали. А ещё оно было отделено от других. Признаюсь, мне просто не хватило духу посмотреть все остальные надгробия, поэтому я убежал оттуда сломя голову. Вернувшись в Индустриальный корпус, я ещё долго бродил, пока не увидел, что время уже позднее и Тоун, скорее всего, уже дома. Мне хватило одной мысли о парне для того, чтобы кровь вскипела. Я сразу же вспомнил Харрисона в те времена, когда мы были просто коллегами. Я почему-то вспомнил, как сходил с ума от тяги к нему, изредка перебиваемой вспышками любви к Айрис, которые всё-таки прекратились в один прекрасный момент. И то, как мы впервые поцеловались. И как выяснилось, что он не тот, за кого себя выдавал. Меня словно молния ударила. Я безумно захотел Эобарда, но в то же время жутко разозлился. Думаю, именно поэтому парень сейчас спит без задних ног. Я умотал его вчера. Но… когда он вскрикнул от боли, меня словно ударили дефибриллятором. Я вдруг понял, что делаю любимому человеку больно. Я никогда не был любителем БДСМ, так что замер в ужасе, понимая, что вымещаю на молодом парне свою злость, вколачивая его в кровать. Пылающая во мне буря эмоций вдруг выгорела дотла. Я бегал глазами по телу Эобарда, стараясь найти признаки того, чтобы я ушёл и не прикасался к нему. Но в какой-то момент я почувствовал, как Тоун слегка двинулся мне навстречу, давая понять, что уже всё хорошо. Я невольно улыбнулся ему в шею. С меня словно спала пелена, и я больше не причинял брюнету боли. Учёный слегка заёрзал, чем вызвал у меня невольную улыбку. Его чёрные волосы растрепались и торчали во все стороны, а всё ещё припухшие алевшие губы растянулись в улыбке. Я лежал и смотрел на это чудо и не мог насмотреться. Я знал его куда более взрослым, но он нисколько не изменился. Харрисон был так же прекрасен, как и Эобард, даже лучше. Он был старше, крепче и знал себе цену, а пока он не до конца уверен в себе и ещё по-юношески худоват, хоть и натренирован. Я протянул было руку к его лицу, но потом одёрнул её. Не хватало ещё его разбудить так рано в выходной. Да и потом, мне не так часто удаётся полюбоваться его мирным, чуть ли ни детским выражением лица, какое у него бывает только во сне. Проведя рукой по своим волосам, я вздохнул и лёг на подушку, уставившись в потолок. Нет, конечно, вчерашняя ярость была вызвана шоком, но этого не должно повториться. Никогда. Если я заставил Эобарда вскрикнуть, значит, ему действительно было больно. А если я сделаю так снова, то не прощу себе. Он может кричать лишь от того, насколько ему хорошо, а не насколько больно. За этими мыслями я снова заснул. И во сне мне снился Уэллс. Мы лежали практически также, как и сейчас. Он спал тихо и мирно, а я невольно удивлялся тому, насколько по-детски невинным выглядит его лицо во сне. Прямо как сейчас. Проснувшись во второй раз, я не обнаружил рядом с собой Тоуна. Правда, далеко парень уйти не смог, лишь переместился к окну. Но всё равно мне не понравилось, что он от меня ускользнул, так что я мигом переместился к нему и обнял. Учёный уже привычно дёрнулся, хоть уже и не так резко, и вжался мне в грудь спиной. Правда на секунду мне подумалось, что он может уползти от меня, но этого не произошло. - Надеюсь, ты понимаешь, что я потребую объяснений? – спросил Эобард, не поворачивая головы. - Разумеется. Это был бы не ты, если бы не потребовал, - хмыкнул я. – И ты их получишь, но не прямо сейчас. Сейчас я просто хочу обнять тебя и посидеть немного. А ещё я должен извиниться за вчерашнюю ночь. Я не должен был делать тебе больно. Прошу прощения. - Ничего. Я уверен, когда ты мне всё расскажешь, я пойму, - пожал плечами Тоун. – Но постарайся в следующий раз не биться так сильно. Я даже немного испугался. - Ещё раз прости, - опустил голову я. – Я всё объясню. Веришь? - А то как же? – усмехнулся брюнет. – Чем сегодня займёмся? Можем пойти погулять, например. - Можем, - кивнул я. – Только… у меня есть предложение более интересное. - И какое же? – наконец повернувшись ко мне, спросил учёный. - Одевайся, - улыбнулся я, после чего встал и пошёл к себе. Я прошёл в свою комнату и надел светло-серые штаны и красную кофту. Проходя мимо шкафа, я невольно взглянул на сумку, в которой лежал мой костюм. Нужно бы упаковать его как следует. По крайней мере, до тех пор, пока я не надену его снова. А я надену. Но пока что я ещё недостаточно знаю об этом времени. Но скоро я буду готов вернуться. Возможно, не открыто, а тайно, как в начале, но всё же я не смогу сидеть сложа руки. Моё альтер-эго – Флэш – слишком сильно укоренилось во мне. Я не смогу оставить это дело. Никогда. Когда я вышел в гостиную, Эобард уже был готов. Одетый во всё чёрное, он напоминал мне свою будущую версию. Разве что без очков и моложе, но практически идентично. Я тяжело вздохнул, но улыбнулся. - Отлично, пойдём со мной, - кивнул я и направился к выходу. Оказавшись на улице, я вдохнул приятный дневной воздух. Пока Тоун шёл сзади, я сбегал в ближайшее кафе и купил нам поесть: нечто, смутно напоминающее сэндвичи. Я никак не могу запомнить их название, но на вкус они довольно неплохи. - О, спасибо, - кивнул Эобард, взяв еду. Мы быстро всё это умяли. Прогуливаясь, я незаметно осматривался по сторонам, потому что в мои планы не входило просто бродить неизвестно где. Я придумал кое-что поинтереснее. - Эобард, подойди ко мне, пожалуйста, - сказал я, остановившись. Тоун встал чуть впереди и повернулся ко мне. На его лице отразилось удивление, но он, не сказав ни слова, сделал несколько шагов в мою сторону. Когда он оказался в пределах досягаемости, я обхватил его за талию. - Что ты задумал, Барри? – спросил гений, глядя на меня с удивлением. - Хочу показать тебе небо, - сказал я. В следующее мгновение я, крепко держа парня, понёсся в сторону многоэтажных махин города. Подбегая к одной из них, я привычно вдохнул поглубже и начал взбираться по стене вверх. Лишь оказавшись на крыше, я отпустил Эобарда. Тот сперва немного пошатывался, но не стал хвататься за меня. Напротив, он немного отошёл, чтобы осмотреться. - Ну? Что скажешь, Тоун? – спросил я, глядя ему в затылок. - Я вижу небо, - проговорил парень. Клянусь богом, я готов отдать всё на свете, лишь бы ещё раз увидеть на его лице такое выражение. Оно просто неописуемо. И я его понимаю, ведь вид с крыши этого небоскрёба и правда потрясающий. Кажется, что, протянув руку вверх, можно дотронуться до неба, ну или хотя бы до облаков. И на фоне всего этого великолепия стоит самый таинственный и небывалый человек всех времён. - Что? – спросил Эобард, заметив мой взгляд. - Ничего, просто тебе к лицу небо, - усмехнулся я. – Ты красивый, ты знаешь об этом? - Я… - было видно, что Тоун не знал, что сказать. – Я уже где-то об этом слышал. Мы засмеялись. Я не уверен, почему. Наверное, всё дело было в том, где мы были, с кем мы были и что мы видели в эту минуту.

* *

Честно говоря, я никогда ещё не видел ничего подобного. Вид, открывшийся мне с крыши небоскрёба, был просто невероятен. Я… я… - Барри, я… - заговорил я, стараясь восстановить дыхание. - Спасибо. Флэш посмотрел на меня с нежностью и улыбнулся. Я подошёл к нему и, не прикасаясь руками, прильнул к его губам. Лёгкий, практически невесомый поцелуй был похож на небо, что окружало нас. В какой-то момент я почувствовал, как Барри сплёл наши пальцы в замок, и улыбнулся в поцелуй. - Я был в Центральном корпусе, Эобард, - вдруг сказал шатен, разорвав поцелуй и став серьёзным. - Ты говорил, - кивнул я. - Помнишь, мы говорили о близнецах Алленах? - Да, они учатся у меня, - кивнул я, слегка нахмурившись. - А что? - Я выяснил, где они живут, и направился туда. Нашёл их семейный склеп. - Семейный склеп? У них большая семья? - спросил я, продолжая хмуриться. - Ты даже не представляешь. В любом случае, я не знал, как открыть склеп. Прислонившись к двери руками, я стал думать, что делать. И тут склеп открылся сам. Я сразу же вывел в уме несколько рациональных причин для этого. - Это сейчас я могу понять, почему так произошло, но в тот момент я просто бездумно шагнул в склеп. И дошёл до самого конца. - И? - честно говоря, я не был уверен, что хочу знать, что было дальше. - И я увидел то, что искал, - тяжело вздохнул Флэш. - Я увидел надгробие ещё моих времён. И с моим именем. У меня закружилась голова. В какой-то момент я испугался, что могу упасть с этого небоскрёба и разбиться на смерть, но этому не дадут случиться наши крепко сцепленные руки. Наши переплетённые пальцы вернули меня в реальность. - Ты… - тщательно подбирая слова, заговорил я, сглотнув, - видел своё… надгробие? Флэш кивнул. Я видел, как он старается держать себя в руках, и ему помогают в этом наши сцепленные пальцы. - А ты… уверен? - спросил всё-таки я. - Да, - кивнул мужчина. - Абсолютно. Это точно моё надгробие. Остальные я не смотрел, не хватило решимости и сил. Но… я не знаю, что теперь делать, Эобард. Сказать им? Или лучше не надо? А если они узнают, кто я, то как отреагируют? - Я не знаю, Барри, - честно признался я. - Всё очень сложно. И для тебя, и для этих двоих. Представь, если бы ты вдруг встретился со своим родственником из далёкого прошлого. Как бы ты отреагировал? - Затрудняюсь ответить, - честно признался Флэш. - Вот и с ними так же. Их реакция непредсказуема, но решать тебе. Если ты хочешь попытаться обрести семью, то пожалуйста. Я буду только рад, если они тебя примут. Но ты должен быть готов и к другому развитию событий. Ты это понимаешь? - спросил я, пристально глядя Барри в глаза. - Знаешь, иногда я задаюсь вопросом: кто из нас старше? - усмехнулся шатен, вдруг сделав ко мне шаг и встав вплотную, уперевшись лбом мне в лоб. Я замер, боясь пошевелиться и спугнуть… неизвестно что. Атмосферу? Барри? Себя? Без понятия. Знаю лишь, что малейшее движение могло всё испортить. И я был готов стоять так очень долго, если бы не Барри. - Я люблю тебя, - прошептал он едва слышно. Эти слова, подхваченные ветром, унеслись далеко за пределы Индустриального корпуса и США в целом, облетели Землю вокруг и вернулись на крышу небоскрёба, пронзая моё сердце и всего меня. Испугавшись бешено заколотившегося сердца, я хотел было что-то сказать, но в последний момент остановился. Все слова разом исчезли из моей головы. И мне не осталось ничего другого, кроме как остаться стоять, уткнувшись лбом в лоб Барри, и, прикрыв глаза, мягко улыбнуться. Впервые за всю свою жизнь я почувствовал покой. Всё было так, как должно было быть. Всё было правильно. И мне до слёз приятно сжимать ладонь этого невероятного человека в своей, упираться в его лоб своим лбом, слышать его ровное дыхание, чуять его ставший таким родным запах и чуть ли не физически ощущать биение его сердца. Знаю, всё это глупые романтические сопли, в которые я никогда не верил, но… сейчас я хочу верить, хочу чувствовать, хочу… жить. Я хочу жить хотя бы раз в своей жизни. И хочу жить не один. Я больше не хочу быть один. Не хочу. Не хочу… Барри… Ты… Я… Я не… не могу… не хочу… Барри… ты… мой… - Люблю тебя, - задержав дыхание, прошептал я. Всего лишь два слова. Два слова, которые говорили неисчислимое количество раз за все времена, что существует человечество. И глупо было бы предполагать, что, сказанные мною, они приобретут какой-то иной, более глубинный смысл. Но… когда я, осмелев, открыл глаза и посмотрел на Барри, на его лице было нечто, чего я никогда не видел. А во взгляде я увидел такую глубину, что невольно испугался утонуть. Мои слова… они словно перевернули весь мир с ног на голову. По крайней мере, для нас двоих это было именно так. Вся моя жизнь, прошлая, настоящая и будущая, и вся жизнь Барри Аллена, прошлая, настоящая и будущая, изменились навсегда. Мы уже никогда не будем прежними. Особенно я. Я больше не смогу быть тем Эобардом Тоуном, которым был до сегодняшнего дня. Даже если я когда-нибудь захочу вернуться в прежний мирок, я уже не смогу этого сделать. Моя жизнь… Ха! Я вдруг понял, что моя жизнь принадлежит этому пришельцу из прошлого. И всегда принадлежала, просто я этого не осознавал. Хах, как же это просто. - Знаешь, Барри, а ведь я всегда был одержим тобой, - сказал я, усмехаясь, чем вызвал немного удивлённый взгляд мужчины. - Как только я узнал о тебе, то сразу же заинтересовался. И с каждым днём мой интерес лишь возрастал. В какой-то момент я просто не мог больше ни о чём и ни о ком думать. Но потом узнал о твоей личности и о том, что ты был учёным. И мне стало интересно. Я… стал читать книги по физике, химии, биологии, истории, психологии, философии, медицине, криминалистике. И в конечном итоге уже не мог перестать. Я нашёл себя благодаря тебе. И сейчас… сейчас в моей жизни всё окончательно встало на свои места. Спасибо. Флэш с улыбкой посмотрел на меня. Было видно, что его глубоко тронули мои слова. И я был очень этому рад. - Ты много чего не знаешь, Эобард, но поверь мне на слово, ты — лучшее, что случилось в моей жизни. И я очень надеюсь, что так всё и останется. Мы побыли на крыше ещё немного, совсем чуть-чуть, а потом Барри спустил нас вниз. Мы вернулись домой настолько уставшими, что сил у нас хватило только на то, чтобы на скорую руку перекусить. Я сидел на диване в гостиной и, откинув голову назад, закрыл глаза. Вскоре ко мне подсел Аллен. А ещё через мгновение мы уже лежали на этом самом диване. Наши руки и ноги переплелись, нос Барри упирался мне в шею, а я шевелил своим дыханием волосы у мужчины на макушке. Правда, в скором времени нас обоих сморил сон. Но даже сквозь него я чувствовал присутствие родного существа, рядом с которым я мог больше не бояться засыпать, и не бояться просыпаться, как это порой бывало.

* *

Сон в объятиях Эобарда был на удивление крепким. И мы, если уж говорить начистоту, обязательно опоздали бы на занятия, если бы сегодня был будний день. Но к счастью, сегодня выходной, а значит мы можем спать сколько угодно. Фух, если честно, я был в ужасе, когда решил рассказать Тоуну всё, что со мной произошло в Центральном корпусе. Хотя… я был в ужасе не от того, что решил рассказать, а от того, что увидел в том склепе. Мало кто в этом мире умудрился увидеть собственное надгробие, да ещё и познакомиться со своими далёкими потомками. Это немного жутко. Хотя нет. Это жуть как жутко. Просто сердце в пятки ушло. Я многое в жизни повидал, но такого ещё не было. Благо, что даже здесь, в этом времени, мне есть, к кому пойти и с кем поделиться. В моё время это были мои друзья и близкие, в число которых входил Харрисон Уэллс, но сейчас у меня есть только Эобард. С одной стороны, это замечательно, а с другой… немного грустно. Хотя… мне никто не мешает всё же раскрыться перед своими… а кстати, кем эти близнецы мне приходятся? Чёрт, даже интересно. Пожалуй, я подумаю над тем, чтобы поговорить с Алленами. А вдруг что-нибудь да выйдет? В конце концов, жить так, как живу сейчас — неправильно, в том смысле, что я не могу занимать всё время и место Тоуна. И ему, и мне нужно, чтобы был кто-то, к кому можно пойти, кроме друг друга. У Эобарда такие друзья есть, а у меня… Здесь нет. Вернее, сейчас нет. Но всё впереди. Надеюсь. Слегка поёрзав, я чуть повернулся, и в результате Эобард оказался у меня на груди. Он чуть сполз и теперь его на диване держало только то, что наши руки и ноги были переплетены. Нужно подтянуть его. Слегка напрягшись, я всё же смог разместить парня поудобнее, чтобы у него не было угрозы свалиться на пол. Сквозь сон молодой учёный поёрзал и улыбнулся, устраиваясь на моей груди. - Гидеон, который час? - шёпотом спросил я. - Тринадцать часов тридцать семь минут, мистер Аллен, - так же негромко ответил женский голос. - Вы проспали… - Я знаю, спасибо, - прервал её я. - Лучше скажи, Гидеон, кто-то пытался связываться с Эобардом? - С доктором Тоуном пытались связаться мистер Фествуд, а так же мисс Смит. - Ясно. Значит надо будить его, - вздохнул я. - Раз Фествуд выходил на связь, значит дело серьёзное. Эобард! Я не хотел его будить, парень так мило устроился у меня на груди, прижимаясь щекой к сердцу, но увы. - Эобард, вставай. Просыпайся! - И не подумаю, - проговорил учёный, заёрзав и опасно приблизившись к краю кровати. - Если ты не встанешь, я тебя отпущу. - Ну и ладно. - Хм, что ж, ты сам напросился, - усмехнулся я и разжал руки. Сперва ничего не произошло, но стоило лишь Тоуну пошевелиться, как он плавно бухнулся на пол. Ну как плавно, как мешок. И мгновенно проснулся. - Эй, что происходит? - удивлённо моргая, спросил парень. - Я предупреждал, - ухмыльнулся я. - Просыпайся, счастье моё. Тебе звонили Фествуд и Смит. Надо бы с ними связаться. - Думаешь? Хотя… если Фествуд, то точно надо. Ладно, приму душ и позвоню. - Хорошо, - кивнул я. Проводив брюнета взглядом, я сел на диване и потянулся. Вспомнился вчерашний день. Довольно насыщенный, надо признать. Незабываемый. Когда Тоун вернулся, он сразу же принялся рыться в своём коммуникаторе, ну а я попросил Гидеон открыть мне книгу, которую я читал в последний раз.