Причиняя боль

Предрождественский Берлин всегда казался Биллу воплощением волшебства: сотни сверкающих огоньков на вывесках, нарядно украшенные гирляндами деревья и витающий запах аппетитного штоллена из многочисленных булочных. Вот и сейчас, сидя на заднем сиденье плавно идущего по дороге автомобиля представительского класса, блондин с жадностью вглядывался в декорации берлинских улиц, впитывая в себе то самое забытое детское настроение. - О, Билли, я уже заждалась! - выбежавшая на порог дома Симона, спешно вытирая руки о передник, кинулась на шею сыну, - а где Том? - Он приедет завтра, решает какие-то проблемы, - Билл пожал плечами, заволакивая тяжелые чемоданы в дом, - ты же знаешь, я не силен в этой бюрократии. - Глупенький, - мать ласково потрепала блондина по щеке, - и ты, и Том - удумал же к Рождеству с бумагами возиться, словно в другие дни нет забот. - Только странное Рождество будет, - Билл присел на чемодан и с благодарностью принял кружку кофе из рук матери, - я думал, что прилечу, а тут снег будет, хоть чуть-чуть. А то без снега можно было и в Лос-Анджелесе отмечать. - Ну нет, Рождество это семейный праздник, Билли, - женщина сидела в глубоком кресле, поглаживая засыпающего Пумбу, - а снег... Должно произойти какое-то чудо, чтобы он пошел, не иначе. В предпраздничных хлопотах Билл и не заметил, как день подошел к концу, оставляя за собой упакованные подарки, наряженный дом и приятную усталость во всем теле. Глаза сладко слипались после отличного теплого душа, Пумба мирно посапывал в чисто застеленной кровати парня. Он с некоторой грустью взглянул на соседнюю кровать - пустую и застеленную лишь темным покрывалом. В голове пронеслись воспоминания, как они сдвигали свои кровати, чтобы ночью быть ближе и как ругалась мама, услышав посреди ночи шум передвигаемой мебели. - Прилетай поскорее, - Билл произнес это куда-то перед собой, укладываясь на подушку и закрывая глаза. Но поспать особо долго парню не удалось - где-то часа через три и так беспокойного сна, Билла разбудил шум, доносящийся с первого этажа. Подтянув безразмерные пижамные штаны, блондин подошел к двери и приоткрыл ее, вслушиваясь в голоса снизу. - Боже,Том, а мы ждали тебя только завтра, - заспанный голос матери сейчас переполнялся радостными нотами. - Не было желания оттягивать, - голос брата звучал взволнованно, - где Билл? - Наверху, спит уже, если еще не проснулся от наших воплей. Сердце блондина быстро застучало, когда он услышал ускоряющиеся шаги брата по лестнице. Несколько секунд - дверь распахивается и сильное тело вжимает Билла куда-то к стене, обшаривая руками. Дышать нечем, рот приоткрыт в желанном вздохе, но тут же перекрыт властными мягкими губами. - Мне кажется, ты не закрыл дверь, - блондин прошептывает в ухо брата, едва разорвав поцелуй. - Плевать, - брюнет находит своими ладонями холодные ладошки близнеца, просовывая между ними что-то металлическое. - Что это? - Билл с недоумением рассматривает золотистого металла кругляшок на своей руке. - Ты меня замуж зовешь, что ли? Боюсь, наше законодат... - Это мое обручальное кольцо и ты можешь сделать с ним все что захочешь, - Том приложил палец ко рту блондина, прерывая того на полуслове, - я развелся, Билл. Глаза близнеца широко и недоверчиво распахнулись, вглядываясь в полумраке в лицо улыбающегося Тома. - Этим ты занимался? А как же Рия? - в карих глазах все еще отражалось недоверие. - Рия согласилась со мной, - брюнет крепко обнял худое тело близнеца, - наш брак исчерпал себя уже давно. Так что теперь я никуда никогда от тебя не уйду, даже если ты этого захочешь, - руки парня заскользили по узкой спине, задирая широкую пижамную рубашку. - Я скучал... - Том! Убери немедленно свои сумки, Пумба их начал грызть! - громкий голос Симоны вывел целующуюся парочку из блаженного состояния и нехотя заставил разорвать момент близости. - Две минуты, Билл, - Том провел ладонью по щеке брата и подмигнул, - сдвигай пока кровати. - Подожди, - блондин окликнул брата уже на выходе из комнаты, заставив того обернуться, - спасибо за лучший подарок, Том. Брюнет мягко улыбнулся, закрывая за собой дверь. Билл бросил взгляд на окно, занавешенное тяжелыми шторами и в два шага оказался у него, крепко сжимая в ладони обручальное кольцо и открывая свободной рукой тяжелые створки. Взмах руки - и массивное золотое украшение падает куда-то в жухлую подмороженную траву. - Чудо произошло, - улыбнувшись в темноту, Билл подхватил на ладонь несколько хлопьев пушистого снега, сейчас интенсивно опускающегося на рождественский город.