История Тигроцапы

      Тигроцапа молнией прыгнула, оттолкнулась задними лапами от Басы, которая хотела нанести удар и, развернувшись, набросилась на наставницу. Баса высунула лапу и хотела сшибить кошку, но Тигроцапа пулей оскалилась и впилась зубами в лапу. Баса заверещала. Черная кошка уже поднесла клыки к шее наставницы, но Баса резко дала ей задней лапой по животу, и Тигроцапа упала, скрючившись. Тогда, серая не спеша встала и отряхнулась. Черная ученица подняла голову от пола и через силу улыбнулась, хотя хотелось на прыгнуть и разорвать её на куски:  — Новый приемчик?  — Да. Во сне приснился, — ухмыльнулась кошка. — Знаешь, Тигроцапа, в последнее время мы с тобой не голодаем. Это очень хорошо. Я видела ты неделю назад ходила к своим. Ну и как они там?  — Всё забыли про меня и про всё, что случилось, — с ноткой презрения ответила Тигроцапа. Она выпустила когти и, вложив всю свою злобу, всю свою ненависть, оставила царапины на покрытии крыши. — Они даже не знают, что с моими котятами. — смешанные чувства захлестнули её. Даже не знают, что её котята сдохли. Всё из-за них, поганые предатели. Мысленно она уже миллион раз растерзала их.  — Хм… Понятно. Так чего ж не навестишь их?  — Навестить? — Тигроцапа округлила свои изумрудные глаза. — Издеваешься? Они порвут меня, как только увидят, — всё же некоторое разочарование и ярость одолевали воительницу, потому что она знала, что они могут всей стаей её убить, хоть ей хотелось наоборот. Она закрыла глаза на секунду и глубоко вздохнула, справляясь с накатившей злостью.  — Ха-ха! — злобный смех вырвался из груди Басы, и Тигроцапа дернула ухом. — Порвут? Не посмеют, — её глаза полыхнули, заражая своей властностью и уверенностью в победе. — Ты докажи, что ты сильна. Что ты могущественна. Скажи, что ты придешь. И убьешь их всех. Ты должна вселить страх в каждого кота, ты должна сделать так, что бы о тебе шептались под каждым кустом, что бы ты оставила хоть какой след в своей никчемной жизни! — рявкнула кошка, толкнув ученицу.  — Но…  — Никаких «но»! — снова рявкнула наставница. — Делай, что я тебе сказала! Ты должна вселить в них страх, иначе тебе их не победить. Если они будут знать о твоей мощи, значит любой дурак поймет, с кем он имеет дело. Мне надо, что бы о тебе болтали даже в соседних стаях. Я не хочу, чтобы мои старания прошли напрасно! Отправляйся! Сейчас же!       Идея казалась заманчивой, а заполыхавшая в груди ярость заставляла слушаться наставницу. Черная кошка смерила Басу холодным, оценивающим взглядом, нотказалось, что в мыслях она где-то в своей стае, одной лапой расшвыривает и распаровыет шкуры бывшим соплеменникам. Можно было подумать, что Тигроцапа хочет прожечь в ней дырку. В её глазах сначала можно было прочитать печаль, потом какую-то идею, а потом хмурое злорадство. Она отомстит за своих котят. Обязательно.  — Ладно, — прошипела черная.  — Вот и умница, — глумливо пророкотала кошка.

***

 — Фу, еще недельку такого валяния в папоротниках, и я превращусь в кусты, — тихо проворчала Тигроцапа.       Она, прячась в тени, шла по территории Ночной стаи. По запаху, она, к счастью, не встретила ни одного патрульного. Славно, все в лагере. Значит, увидят её все. Завоевать славу будет гораздо проще, ей нужна публика. Пустой лагерь понадобится лишь для неожиданного нападения, чтобы убить их по одному, медленно и мучительно.       Спустя полчаса она увидела изгородь из листьев и ежевики, которая ограждала лагерь от лис, барсуков и других. Злость разлилась по её телу, она готовила речь в своей голове. Тигроцапа представила ошарашенного Клыкастую Звезду, который не надеялся увидеть её и оскалилась с радостью. Сердце громко стучало от представленного.       Вот и вход, милая арочка из плетей ежевики, обтянутых через длинную ветку маленькой березки, растущей немного дальше от лагеря. По тропинке она тихо вошла в лагерь. Она уже было испугалась, но коты, кажется, не заметили её за суетой будней. Жгучая ярость разлилась по телу, а кошки впились в траву. Нет, она не пустое место! И от злости хотелось взреветь, но тут уж ожидай быстрого нападения. Тогда Тигроцапа переступила порог арки, её властный, громкий и грубый голос эхом отдался от палаток стаи, буквально пронзив весь лагерь своим холодом.  — Всем привет.       Вдруг весь шум, разговоры и крики разом прекратились. Взоры были устремлены на неё, и от подобного внимания кошка со шрамом расплылась в довольном, хищном оскале, отчасти напоминающем улыбку. На минуту в лагере повисло молчание, даже котята ошеломлённо уставились на Тигроцапу. Первой опомнилась Бусиноглазка, и от её нежного голосочка чёрной захотелось пробить её маленькую идиотскую голову камнем.  — Тигроцапа! Что ты тут делаешь? — где-то в самом конце лагеря зашептались, и Тигроцапа непроизвольно зарычала.  — Неужели! Что я тут делаю? Решила вас навестить, — с ненавистью прошипела она, и её когти вонзились в траву, представляя шерсть соплеменников. Она снова представила себя, стоящий себя в лагере, с нормальным оицом, а не изуродованным и с живыми котятами. Она даже уже забыла, какие они были живые. Такие милые, такие крохотные, весёлые лучики света.  — Клыкастая Звезда, здесь Тигроцапа! — сидевший на скале, в страхе крикнул Голубятник в пещеру предводителя. Спустя несколько секунд из палатки предводителя выскочил всклоченный Клыкастая Звезда, не давая опомниться чёрной кошке.  — Ах, ты, уродина… — гневно, с омерзением сощурился он, смотря на розовый шрам поперек морды. — Прова…  — Молчать, падаль! — неожиданно рявкнула Тигроцапа, изогнулась дугой и подняла вверх могучую лапу с острыми, длинными когтями. Все ахнулиа, Тигроцапа почувствовала власть и холодную решимость. Да, пожалуйста, она бы успела за это время убить парочку котов. Клыкастая Звезда раскрыл рот от удивления. — Смотрю, вы тут обо мне позабыли… Веселитесь… И о моих котятах, видимо, тоже забыли?  — Ты пришла сюда отдать котят? — тихо спросила Лаванда.  — Котят?! — не своим голосом крикнула Тигроцапа и засмеялась. — Конечно бы отдала. Если бы они не были мертвы.       Было видно как потускнели глаза Бусиноглазки. Жалкая падаль решила пожалеть котят, которых сама, своими лапами, идиотским ртом и бесконечно тупым мозгом обрекла на не именуемую гибель? Как смешно. Правда тогда что-то никто об это не думал.  — Да, мои бедные котятки… — с притворной горечью продолжила черная кошка, подняв глаза к нему, а потом с отвращением оглядела сожалеющих котов, — А чего ж вы их жалеете? Вы же их ненавидели! Всех! Все они умерли по вашей вине! Только вы в этом виноваты. И вы поплатитесь. Их жизнь была дороже мне всего на свете, а вы отняли их у меня. А потом вы будете смотреть как отнимать у вас буду я.  — Да как ты смеешь угрожать нам в собственном лагере?! — взвизгнул Темношкур с искренним возмущением.  — Хм, какой храбрый! — ухмыльнулась Тигроцапа, обнажив наточенные за время длиннющие клыки, которые мигом успокоились Темношкура, и он тихо присел. — Тебя я тоже убью. Да и всех вас убью, стайка трусливых лисьих душонок!  — Одна против целого племени? Ну рискни здоровьем! — презрительно крикнул со скалы Клыкастая Звезда, наблюдавший за проиходившим. Тигроцапа разозлилась ещё больше, и хоть от ярости уже кружилась голова, она её содержалась. — Проваливай, нашлась тут, актриса.  — Пугать ты можешь здесь только своих тупоголовых котят, уродский старикашка, — прорычала Тигроцапа. — А я пуганная уже. Провалить-то я провалю… Но только ненадолго. Вы ещё вспомните обо мне. Оглядывайтесь по сторонам, ведь я без зазрения совести посворачиваю вашим идиотским котятам шеи при любой возможности. Я отомщу за своих детей, не более. Вы ещё встретите меня, и тогда… — она размахнулась когтями и сшибла пол чахлого деревца острющими когтями, оставив глубокие царапины. Ветки и вся трухля посыпалась на котят с королевами. Она вонзила когти в песок и осторожно нарисовала перечёркнутый круг, рыча от ненависти. — Внимательно посмотрите и запомните этот знак. Особенно те, кто не желает через сутки валяться где-нибудь близ лагеря, с окровавленной шерсти, без глаз, ушей, меха. Скоро вы его увидите, — злой хохот разлился по лагерю так, что котята с визгом спрятались за матерей. — И знайте вы, все, кто участвовал в моём изгнании. Я буду медленно и мучительно убивать вас, выворачивать лапы и издеваться. А теперь я ухожу. Прощайте.       Она взмахнула хвостом и вышла из лагеря. Коты в ступоре смотрели вслед черной кошке. Но воители лишь пренебрежительно фыркали и говорили, что она просто сошла с ума и хочет повыпендриваться. На середине поляны остался зловещий перечеркнутый круг и все заметили в нем будущую опасность.