Последнего заберёт Дьявол

«Сессия» — самое страшное, что может случиться с любым студентом в мире: от престижного Гарварда до самого убогого и никому неизвестного колледжа в богом забытом городке. Ночи без сна, дни подготовки, зубрёжки и бесконечных повторений; литры кофе, вредных энергетиков, а может чего и покрепче. Всё для того, чтобы спустя полгода это повторилось вновь. И так в течение пяти лет. — Дьявол! — выругалась Лотти и ураганом пронеслась в направлении ванной. Диана глянула на висящие на стене часы. Половина восьмого. Экзамен в девять. Тогда отчего такая суета? — Что случилось? — спросила она, мгновенно отскакивая от прохода, чтобы не врезаться в неугомонную Шарлотту. — У тебя ведь ещё есть время. — Я должна была быть в библиотеке двадцать минут назад! Мы договорились с Мэгги повторить вместе материал, — подруга выбежала из спальни, на ходу поправляя одежду и застёгивая рюкзак. Кинув тот возле зеркала в коридоре, она пальцами попыталась привести волосы в порядок. Плюнув, Лотти сделала неаккуратный пучок и принялась за обувь. — Я не знаю, чего этот чёртов будильник не сработал, но разбудил меня не он, а звонок недовольной Маргарет. Господи, надеюсь, пробок не будет. — До сих пор не понимаю причину подобных встреч, — Диана прошла на кухню, мысленно рассуждая, что приготовить на завтрак. — Ты ела? — Шутишь, что ли? — недовольно отозвались из холла. — Лучше бы нормально поела перед экзаменом, а не тратила впустую время на повторение. — Диана вышла к подруге, чтобы проводить. — Благодарю за совет, мисс Коган, но не все здесь гении с фотографической памятью. Нам, простым смертным, знаешь ли, нужно повторять несколько раз, чтоб информация осела в наших пустых головах, — Лотти разогнулась и повесила на плечо забитый книгами рюкзак. — Не преувеличивай. У меня не фотографическая память, а у тебя однозначно не пустая голова, мисс первая студентка. — Только на своём потоке, — грустно заметила Шарлотта. — Тебя стукнуть? Или ты на комплимент напрашиваешься? — они улыбнулись друг другу. — Может вам встретиться в какой-нибудь кафешке на территории кампуса, а не в библиотеке? Как раз повторите и поедите нормально. — Да, мам. — схватив ключи, она направилась к выходу. — Я ушла. Подвезти не получится. Велосипед на парковке, но я бы не советовала. Вроде в полдень обещали дождь. — Я пройдусь. — Чего? Пешком? — Шарлотта резко затормозила и обернулась. — Хотя нет. Забудь. Ничего не хочу знать. Пока. Хлопнула входная дверь. Диана вернулась на кухню. Достав несколько яиц и бекон из холодильника, она приступила к готовке. Захотелось глазунью. Снова щёлкнул замок. — Зонтик не забудь! — крикнули с прихожей, а после опять грохнула дверь. Ну, что за дурачество? — Да, мам, — прошептала, ведь всё равно никто бы не услышал. Как и предупредила Лотти, небольшой дождь и правда пошёл, но чуть раньше. Несмотря на то, что уже середина июня, лондонская погода не радовала окружающих. Летний сезон стартовал с затянутого тучами неба, ливней, тумана и холодных ветров. Прожив большую часть жизни в Гродно, волей-неволей привыкнешь к более тёплому климату. Да и в Оффенбахе последние два года погода летом стояла куда жарче, нежели в столице Британии. Но, кажется, Диана единственная наслаждалась прохладой, так как плохо переносила высокие температуры. Шарлотта, наоборот, ненавидела сырость и холод, как истинная англичанка. Накинув пальто, надев водонепроницаемые ботинки с толстой подошвой, Диана улыбнулась отражению в зеркале и вышла из квартиры. Апартаменты принадлежали Шарлотте. Это подарок родителей в честь поступления в Лондонский колледж моды. Можно с уверенностью заявить, что она из довольно обеспеченной семьи, ведь не каждый может позволить себе приобрести жилплощадь в Челси — одном из дорогущих районов в самом центре столицы! Тем не менее, Шарлотта не казалaсь ни заносчивой, ни надменной. Сдружились они ещё на далёком первом курсе, когда Лотти приехала в Оффенбах по обмену. Через год Диана тоже решила поехать в Лондон, а после и вовсе перевелась на магистратуру. Подруга предложила поселиться у неё, так как чувствовала себя одиноко. Недолго думая, Диана согласилась. С одним лишь условием: коммунальные счета будут на её совести. Вот так и получилось, что вместе они живут уже около двух лет. Диана глянула на часы. Без пяти минут девять. Достав телефон, она написала Лотти и Мегги короткое сообщение с пожеланием удачи, после чего двинулась дальше. Путь предстоял неблизкий. От Чейн Гарденс к Лондонскому колледжу моды идти чуть больше часа. Ей всегда нравились долгие прогулки. Можно о многом подумать, поддерживая притом физическую активность. Эдакая тренировка на выносливость. Взяв кофе в ближайшем Старбаксе, Диана немного прошлась по Грин-парку и вышла на Пиккадилли. Побродив по небольшим улочкам, она всё-таки направилась к университету, чтобы не опоздать на экзамен (тот должен начаться в двенадцать). Неожиданный порыв ветра заставил сильнее схватиться за зонтик. Казалось, ещё чуть-чуть — и Коган взлетит в воздух, как мерзкая тётушка Мардж из третьего Гарри Поттера. Внезапно закружилась голова, а перед глазами всё потемнело…

***

— Святые небеса! — воскликнул первый силуэт. — Не сквернословь. Тебе ведь не положено, — задорно ответил второй. — Куда ты нас забросил?! Второй оглянулся, пытаясь понять. — Ну, судя по местности, это какие-то трущобы. И прежде, чем ты начнёшь читать нотации, попрошу заметить, что делал я это впервые. Да и произвести точные расчёты довольно сложно. В любом случае, мы в Лондоне. — Дилетант. — В следующий раз тогда сам будешь всё делать! — Молись, чтобы следующего раза не было, — угрожающе зашипел первый. — Разберись тут со всем. Я должен ещё отчитаться перед начальством. И чем быстрее, тем лучше для нас обоих. — Постой… — второй повернулся к первому, но того уже и след простыл. За что ему всё это? Этим вопросом он задавался уже несколько десятков лет. — А с ней-то что делать? Никто, разумеется, не ответил. Поэтому, выругавшись, он скинул бессознательную девку на землю. У той, кажется, ещё зонт был. Прокляв небеса… и ад заодно, второй достал из внутреннего кармана пиджака идентичный зонтик. Мужчина положил его рядом и всмотрелся в смазливое лицо девчонки. Она будто спала. Однако это не являлось истиной. Совершив последнюю проверку, он дотронулся до её лба и исчез.

***

Бывало ли у вас когда-то такое чувство, будто по вам проехались бульдозером, потом остатки засунули в печь для плавки металлов, а после выбросили в воды Арктики, где их сожрал какой-то полярный кит? Открыв глаза, Диана застонала и поняла, что да. У неё такое было. Точнее — происходит прямо сейчас. Кряхтя, будто их старая соседка миссис Вудс с третьего этажа, которая проходила один пролёт минут двадцать, Диане всё-таки удалось с горем-пополам подняться. То, что она увидела, не радовало. Маленькая тёмная улочка, к тому же ещё и совершенно безлюдная не казалась даже капельку знакомой. Помянув чёрта, Коган достала телефон. «15:23» — бросилось в глаза. Чего? Она практически шесть часов провела в отключке? И ни один человек не додумался помочь? Блеск. Открыв гугл-карты, Диана внимательно всмотрелась в экран. Но местонахождение не определялось. Не говорите только, что все гигабайты уже израсходованы? Не могло настолько повезти! Вовремя заметив, что проблемы всё же с сетью, она яростно швырнула телефон обратно в сумку. Бесполезная вещь. Снова пошёл дождь. Взяв раскрытый зонт, который за все долгие часы лежания на асфальте чудом не улетел на Аляску, Диана направилась… в общем, куда-то направилась. Толком не зная куда. Следовало найти табличку с названием улицы, ну, или какого-то прохожего, или какое-либо заведение с вай-фаем, горячим кофе и возможностью вызвать такси. Тело до сих пор потряхивало, словно не сознание потеряла, а все эти пять с половиной часов таскала стокилограммовые штанги в спортивном зале. Голова тоже гудела. Вот бы обезболивающего. Ужасный день. Мало того, что экзамен провалила, так ещё и какие-то проблемы со здоровьем. Ведь люди не падают на землю, как мешок картошки ни с того, ни с сего. Тем более, на столь долгое время. Всевышний, что за напасть… Диана прислонилась к кирпичной стенке, переводя дух. Какой-то дьявольский лабиринт, серьёзно! Сколько ещё бродить в надежде хоть что-то или кого-то найти? Боже, как она устала. Хочется уже поскорее оказаться дома, принять горячую ванну и поделиться произошедшим с Лотти, а не торчать чёрт знает где! Уставшая, замёрзшая, с ужасным настроением! Еще немного — и она скатится в банальную истерику… Может хотя бы сейчас уже ловит сеть? Вновь достав сотовый, Диана разблокировала его, а через мгновение, когда увидела перечёркнутый значок, опять заблокировала. Чёрт подери! Да сколько можно?! В какую дыру её занесло? Была же в Сохо. А Сохо она как свои пять пальцев знает! Это точно не Сохо. И не Челси. В Лондоне вообще есть места, где чисто гипотетически может не ловить связь? Даже позвонить никуда нельзя. А если и можно было, то что сказать? Что, к примеру, Лотти могла бы сделать? Не телепортируется же сюда для определения местности! Какая нелепица, правда. Полиция тоже ничем не поможет. Служба спасения? Телефон доверия? Но она ведь не самоубиться решила. Ситуация становится всё абсурднее и абсурднее. Диана остановилась. «16:12». Она бродит здесь уже пятьдесят минут, и ничего: ни людей, ни знаков, ни прочих заведений. Мерзкие мурашки поползли по спине, а в голове засела навязчивая мысль о зомби-апокалипсисе, хотя к данной ситуации больше подошёл бы типичный сюжет третьесортного ужастика. Ладно, шутки в сторону. Это уже совсем не смешно. Губы предательски задрожали, наружу вырвался сдавленный всхлип. Больно прикусив внутреннюю сторону щеки, Диана размашисто направилась дальше, пытаясь отогнать зарождающуюся панику. Наверху Всевышний, видимо, смилостивился, потому что Коган наконец вышла к небольшому похоронному бюро. «Гробовщик» — гласила вывеска с черепом. Постучавшись, но не получив ответа, Диана осмелилась войти, да так и застыла на месте. Шесть фигур повернулись на шум. Коган же потеряла дар речи, хотя неловкость не особо свойственна её натуре. Происходящее с каждой секундой всё больше напоминало нелепую театральную постанову. Одежда людей, находившихся в бюро ритуальных услуг, мгновенно бросилась в глаза. И это мягко выражаясь. Профессиональным взглядом Диана отметила, что единственная женщина из собравшихся оделась по моде девятнадцатого века. А если быть совсем уж дотошной, то восьмидесятых годов. На это указывала и драпировка на юбке, и турнюр, и, конечно же, жакет поверх алого платья. Столь шикарную ткань могли позволить лишь аристократы и богачи. Темноволосый мужчина был в дорогом фраке, другой же облачился в одеяние династии Цин — чанпао, что наводило на мысль о его китайском происхождении. Третий в очках, впрочем, как и четвёртый с седыми длинными волосами (даже длиннее, чем у самой Дианы!) не могли похвастаться роскошной одеждой. Последний же человек — мальчик лет пятнадцати. Выглядел так же изысканно, как и женщина в красном. Но на его юном лице — Диана вздрогнула — красовалась чёрная повязка, вызывавшая некий диссонанс. Они группа актёров, косплееров, работников тематического заведения? Это ведь не простое похоронное бюро? Антураж соответствовал костюмам викторианской Англии (если не учитывать китайца). Все эти гробы, баночки с разными органами, лампа со свечами, не дававшая толком никакого света… Хотя плевать. Какое ей вообще дело до внутренних тараканов этих людей? Видятся они первый и последний раз. Но, стоит признать, анализ одежды и убранства помещения немного успокоил. Захлопнув дверь, она более уверенно шагнула навстречу. — Прошу прощения, — Диана не знала у кого именно просить помощи, поэтому переводила взгляд с одного человека на другого. — Я немного потерялась. Связь почему-то не ловит. Не могли бы вы, пожалуйста, вызвать мне кэб?        Седоволосый скрипуче засмеялся, развалившись на одном из гробов, но на вопрос так и не ответил. — Оу, — женщина в красном приблизилась, — дорогая, в этой глуши кэб не поймаешь. Нужно идти хотя бы на главную улицу. — Но ведь можно позвонить… — Диана непонимающее всмотрелась в красивое лицо напротив. — Позвонить? — переспросила та, будто не могла поверить в услышанное. — Не думаю, что у Гробовщика здесь найдётся телефон. Женщина вопросительно глянула на седоволосого. Значит, он и есть Гробовщик. Тот, широко улыбнувшись, отрицательно покачал головой, подтверждая сказанные чуть ранее слова. — Ни у кого? — отчаянно осматривала собравшихся, но все только вскидывали брови в удивлении. — Вы же не думаете, — взял слово китаец, — что мы таскаем телефонные аппараты с собой? От бестолковости сложившейся ситуации захотелось смеяться, будто умалишенная в припадке. Почему им так сложно помочь? Разве она просит о чём-то сверхъестественном? Ей просто нужно такси, чтобы доехать до дома. И всё, чёрт их всех побери! — Если здесь нет телефона, то, осмелюсь предположить, спрашивать о вай-фае совсем уж бесполезно? — О чё-ё-ём? — протянул Гробовщик, задумчиво поглаживая подбородок. — Неважно. — выдох получился чересчур безнадёжным. — Так, как мне выйти на главную улицу? Женщина задумалась, ровно, как и китаец. Гробовщик что-то брякнул о плате. Но не успела Диана возмутиться, как отозвался темноволосый мужчина в дорогом фраке. — Мисс…? — Диана проигнорировала вопросительную паузу. Все эти люди слишком заигрались в девятнадцатый век. Настолько слишком, что поставили свои дебильные игры выше помощи человеку, который попал в беду. Она и правда должна поверить, что у них нет мобильников? О какой вежливости может дальше идти речь? Так и не дождавшись ответа, мужчина продолжил, хитро улыбнувшись. — Что ж, мисс, всё довольно просто. В данный момент мы находимся на Дил-стрит. Как только Вы выйдете из лавки, то сверните направо. Идите прямо, пока не попадёте на Ханбери-стрит. Сверните снова направо и так до поворота налево на Грэйторекс-стрит. После этого идите прямо, никуда не сворачивая, проходя Чиксанд-стрит и Олд-Монтагю-стрит, пока не выйдете на Уайтчепел-Хай-стрит. — Ох, Себастьян! — укоризненно воскликнула леди в красном. — Ты так сложно объяснил. Я запуталась уже на Ханбери-стрит! — Прошу прощения, мадам, — названный Себастьян склонился в небольшом поклоне. Хотя Коган не сомневалась, что тот специально так витиевато изъяснялся. — Я могу нарисовать маршрут. Если улыбкой можно было ослеплять, то в тёмном бюро ритуальных услуг все бы давно утратили зрение. — Не стоит. Я запомнила. — Диана злорадно усмехнулась. — Выйти отсюда, свернуть направо, потом ещё раз направо, потом налево, и после идти прямо, не сворачивая. Как и сказали ранее, довольно просто. Мужчина не послушал и продолжил рисовать. Диана задумалась, ещё раз мысленно повторив маршрут. Что-то здесь не так… вот ведь чёрт! — Уайтчепел? — громче, чем следовало, воскликнула она. — Верно. Где, по-Вашему, ещё мы можем находиться? Не в Вестминстере же? — иронизировала женщина. Как она из Сохо попала в Уайтчепел? Даже если предположить, что те пятьдесят минут шла из Сохо сюда, то почему по дороге ни встретилась ни одна живая душа? Диана ведь тогда должна была пройти и Сити! В Сити всегда много людей, в любое время года, в любую погоду и час… К чёрту! Пусть всё катиться к чёрту! Она подумает об этом завтра. Сейчас нужно добраться до дома и просто отдохнуть. Пережить этот кошмарный день. — Прошу, мисс. — Себастьян протянул на удивление понятную карту. Поблагодарив всех, Коган пошла на выход, не желая оставаться в этом месте ни минутой больше. — Продолжай, Гробовщик, — повелительно сказал красивый, но незнакомый голос. Для мужчины в очках слишком высокая тональность, поэтому скорее всего говорил малец с повязкой. Поворачиваться, чтобы подтвердить свою гипотезу, не хотелось. Поэтому, не замедляя шаг, Диана практически дошла до двери, пока внезапно не закружилась голова. Прокляв небеса в очередной за сегодня раз, она без разрешения села на ближайший гроб, достала из сумки бутылку с водой и приложила ко лбу. Этот день её доконает. — Да, граф, — скрипуче протянул Гробовщик. — Давайте вернёмся к пропадающим «гостинцам». — Точнее, к внутренним органам. Та проститутка… — Да, больше не целый человек, потому что у неё вырезали матку. И таких, как она, становится всё больше. У меня на них рук не хватает, — пожаловался мужчина, любовно поглаживая манекен, напомнивший Диане о школьных уроках анатомии. Какая мерзость! — На улице, — заговорил Себастьян, — в такое время малолюдно. Но любитель вряд ли бы смог так аккуратно вырезать органы, особенно под покровом ночи. — Браво, господин дворецкий. Я тоже так подумал… Диана еле сдержала высокомерный хмык. Дворецкий? Он-то? Такой молодой и в столь дорогой одежде? Да и мальчишка слишком юн для графа. Хотя прецеденты случались, однако вряд ли эта шестёрка о них вообще слышала. Нет, ну, что за аматёры? Интересно, а сценка зовётся «В поисках Джека Потрошителя»? Гробовщик всё говорил и говорил. Будто учительница истории из девятого класса, право слово! Потому что после его долгих монологов также невыносимо болела голова. Плевать, что боли начались до монолога. Диана отчаянно массировала виски, но помогало слабо. — Он непременно убьёт снова. Он не остановится, пока кто-то другой его не остановит. Получится ли у вас, граф Фантомхайв? Коган напряглась. А вот и прецедент. Значит, слышали всё-таки. Что же, дворецкий этой семьи наверняка мог позволить себе подобный фрак. Похоже, перед ней не совсем и любители. Нужно отдать должное этим людям. — Им непременно движут определённые мотивы, — согласился граф. — Но я не боюсь. И не отступлюсь. Развернувшись к выходу, мальчишка столкнулся взглядом с Дианой. — Вы не ушли, — констатировал факт. Она пожала плечами. — И всё слышали. — Увы, — развела руками. — Предпочла бы провести это время в тишине. Но выбирать не приходится. — Вам дурно? — обеспокоенно поинтересовалась женщина и подошла ближе. — Я медик, позвольте помогу. Она разрешила опереться о её руку, чтобы подняться. — У Вас есть таблетки против головной боли? — мадам в красном помотала головой. И как тогда собралась помогать? — Давайте выйдем на свежий воздух. Дворецкий открыл дверь, и Диана не смогла сдержать удивление, громко ахнув. Небольшая ладонь в красивой перчатке с поразительной силой сжала её запястья. Видимо, женщина подумала, что Коган вознамерилась потерять сознание. Ну, уж нет! Не второй раз за день! И всё же она благодарно воспользовалась добротой мадам, потому что с каждой секундой происходящее становилось всё бредовее. Подступили слёзы. Диана пыталась убедить себя, что это из-за мерзкого запаха, ударившего в нос, стоило им выйти. Какой уж тут «свежий воздух»? Зловоние набросилось на них с каждого угла, из-за чего голова заболела даже сильнее. Коган осмотрелась. Если раньше улицы были пустынны, словно все люди вымерли, то сейчас здесь кипела жизнь. И ничего страннее она никогда не видела… — Мы не можем более задерживаться, — мальчик строго глянул на неё, слегка нахмурившись. — Нам тоже нужно поймать кэб. Так что идёмте. Видимо, он только что дал Диане добро пойти вместе. Какая щедрость. Так они двинулись в направлении Уайтчепел-Хай-стрит. Леди в красном всё ещё поддерживала её под руку. Несмотря на скверное настроение и ужасную головную боль, Диана не могла и дальше молчать, поэтому поблагодарила женщину. Та только улыбнулась, из-за чего и так красивое лицо сделалось ещё более красивым. Она намеренно старалась игнорировать происходящее вокруг, но внутреннее напряжение росло. Тело охватила дрожь, дыхание участилось, в горле образовался неприятный комок, не давая толком сглотнуть. Она до боли кусала губы. И чувствовала, как холодный пот стекал по спине. Это не правда. Это какой-то нонсенс. Нелепица. Сон? Кошмар? Розыгрыш?.. Они шли по узким, мрачным и зловонным улицам. Повсюду длинные ряды приземистых домов — неизменно двухэтажных, иногда с полуподвалом — из одинакового кирпича, такого чёрного, что трудно понять, где кончалась стена и начиналась дорожная грязь. Все дверные молотки одинаковой формы. Среди коптящих сальных светильников висело одинаковое тряпье. Многие здесь словно были лишены лиц, низведены до теней. Их окружали гниющие деревянные балки и хаос лестниц. Они сгорбились и казались маленькими, будто сам город придавил их своим весом. Повсюду разносилась убийственная вонь тухлой рыбы и гнилых овощей в сочетании с затхлым застойным духом старого дерева, крошащихся кирпичей и сохнущих спичечных коробков, повсюду был запах пота от замасленных кухарок за жаркой работой. Диана словно оказалась в своего рода парнике, где клубился смешанный дух вонючего табака, потных ног, грязных рубах, выгребных ям, гнилого дыхания и смрадных скелетов. Это не Лондон. Точнее это не её Лондон. Через несколько минут они вышли к главной улице. Прикусив до боли внутреннюю сторону щеки, Диана пустила нервный смешок и некультурно икнула. Это непременно была Уайтчепел-Роуд. Однако Уайтчепел-Роуд не двадцать первого века. Нет. Диковинная и такого непривычного вида Уайтчепел-Роуд. Грязная, бедная, обставленная лотками — там и сям оживленная рынками, складами и магазинами, многочисленными экипажами, запряженными лошадьми. В голове возник образ тесного, удушающего соприкосновения, напирающей со всех сторон массы нечистых тел с их несвежими выдохами. Диана почувствовала себя растворённой в этой незнакомой лондонской толпе. Не выдержав, она заплакала… Почему ей известно, как выглядят съемочные площадки? Почему она прекрасно знает, как проходит процесс воссоздания исторических декораций, огромных павильонов? Почему она просто не может и дальше отрицать происходящее, просто игнорировать то, что происходит? Почему её чёртов мозг фиксирует каждую деталь, каждую мелочь? Почему? Почему?! — Всё в порядке? — обеспокоенно спросила женщина. В порядке? В каком, дьявол всех их подери, порядке? Она сейчас свихнётся! Коган замотала головой и вырвала своё запястье из захвата. — Это не может правдой, — пробормотала. — Что Вы сказали? — её не расслышали. — Это не правда! — завопила Диана, из-за чего пятёрка поморщилась. — Это… эт-то… Дыхание сбивалось, не давая толком говорить. — Вам следует успокоиться, — мадам приблизилась. — Давайте всё же поедем в больницу? Вам там окажут должное лечение. Женщина сделала ещё один шаг навстречу. — Не подходите! — взвизгнула Коган и отступила. Доктора говорят в подобном тоне, когда хотят упечь пациента в психушку. Она не поехала крышей! Она в здравом рассудке! Она… просто… Диана видела, насколько удивлённо на неё смотрели. Видела. Казалось, ещё секунда — и они просто коллективно нарекут её выжившей из ума. Не выдержав более этих взоров, она развернулась и просто побежала в противоположную сторону. Сбежала. Так будет правильнее. Диана постыдно сбежала. Женщина что-то кричала в след, но она не слышала. За ней, слава богу, никто не погнался следом. Когда резко заболело в боку, она остановилась. Посреди тротуара. Люди поражённо провожали её взглядами. Диана единственная, кто не вписывался в это место. Подняв глаза к небу, она задалась единственным вопросом: за что?