Мы мертвы.

Стар Батерффляй умерла через восемь дней, когда состоявший из нее рак наконец остановил ее тело в покое. Это было невыносимо. Каждая секунда хуже предыдущей.За последние недели нам сократили время, которое мы проводили вместе в воспоминаниях, но это, оказывается, было еще ничего. Я лишился удовольствия помнить, потому что не осталось того, на пару с кем можно помнить. Потерять человека, с которым тебя связывают воспоминания, все равно что потерять память, будто все, что мы делали, стало менее реальным и важным, чем несколько часов назад. Ее решили похоронить на Мьюни.Мне пришлось поехать. Не которое время я смотрел в окно. Я действительно не хотел ехать. Я не хотел видеть, как ее будут опускать в землю на участке, который она сама выбирала, не хотел видеть ее родителей на коленях на влажной от росы земле, не хотел слышать, как они стонут от невыносимой боли, и не хотел плакать на глазах у стольких людей, и не хотел бросать горсть земли в ее могилу, и не хотел, чтобы моим родителям не пришлось приезжать и стоять там, под чистым голубым небом,как ее глаза, с особым наклоном лучей полуденного солнца,как ее волосы. Но я все это сделал. Я сделал все это, и даже больше, потому что маме и папе казалось, что так надо. Домой мы попали около шести. Я был уже без сил. Мне хотелось только спать, но мама заставляла меня поесть какой-то пасты с сыром, в итоге она разрешила мне съесть ее в кровати. Пару часов я проспал.Пробуждение было ужасным: секунду мне казалось, что все хорошо, но в следующий миг случившееся обрушилось на меня заново.Я поплелся в ванну почистить зубы. Оценивая себя в зеркале и возя щеткой по зубам, я думал, что существуют два типа взрослых. Есть — жалкие создания, которые рыскают по земле, ища, кого побольнее задеть. А есть такие, как мои родители, — ходят, как зомби, и автоматически делают все, что надо делать, чтобы продолжать ходить. Ни то ни это будущее мне не нравилось. Во мне крепло убеждение, что все чистое и хорошее в мире я уже видел, и я начал подозревать, что даже если бы смерть не встала на пути, такая любовь, как у нас с Стар, продолжалась не долго. На смену рассвету приходит день.Золото не вечно. Я понял,что без нее,моя жизнь-не жизнь.Я понял как я сильно любил ее.Да и сейчас люблю.Я понял что просто умер.Без Стар.Ее улыбки,смеха.Ее взгляда.Ее губ. Я просто стал трупом.Я понял.Понял какого было ей месяц назад.До опухоли и жидкости в ее легких.Я понял что... Знаете,я понял все что можно было за все 3 года общения с Стар.Она открыла мне глаза.Я посмотрел на мир с ее стороны.Я понял как ей было хорошо и плохо,здорово и больно. Я просто ненавижу себя за то,что не понял этого раньше.Еще при Стар.И я сейчас пишу об этом на мятом листке в клеточку.Я пишу все,что не сказал ей тогда.Например как сильно я ее люблю и как скучаю,как представляю встретиться с ней там.Завтра.Я приду к ней на могилу.Принесу цветы.И этот клочок бумаги.Я закопаю его у памятника.Посижу рядом с ней.Подумаю.Я хочу увидеть ее.Мне хочется умереть.Но...Меня убивает тот факт,что я уже мертв,и я просто ходячий труп.Я перевел взгляд на полку,на которой валялась оборванная красная нить. -Проси,Стар-я делаю вздох-Прости что не уберег твою нить.