На краю пропасти

Решение пойти в секс шоп как ни странно не было спонтанным. Оно было обдуманным и взвешенным. Так что, зайдя в такое заведение с конкретной целью, девушка не смущалась. Хотя нет, конечно, смущалась, но не так сильно, как, допустим, она покраснела бы и сжалась в комочек, окажись она тут случайно. Даже пристальные взгляды продавщиц не смогли выбить из неё уверенности в своём решении. Ей нужен бы вибратор. Нет, не для удовлетворения себя любимой. Хотя, в процессе это и будет прилагаться. Но мысль о получении удовольствия от этой маленькой штучки была девушке противна. У неё были более благородные цели. Если слово «благородство» можно отнести к данному месту и к данной ситуации. Выражаясь более конкретно и в то же время ёмко, она хотела себя «прокачать». Ну… Точнее не себя, а лишь ту свою часть, для которой предназначен этот прибор. Мази мазями, но болевые ощущения во время самого процесса они же ликвидировать не могут. Поэтому остаётся только что? Правильно, «прокачка». Что угодно, лишь бы тело испытывало меньше боли. Поэтому к выбору аппарата она подошла серьёзно и основательно. Сначала рассматривала немного брезгливо, но потом и она сошла на нет. Остановив свой выбор, как ей показалось, на удачной форме и размере, она направилась с ним на кассу. Абсолютно безэмоциональные продавщицы рассчитали её и в благодарность за покупку подарили ей несколько интересных вещиц в довесок. От подарков Люси не отказалась, сославшись на то, что в беспокойном хозяйстве всё пригодится. Мысли, что ей придётся вставить в своё нутро эту штуку, были неприятными. Но Хартфелия лишь отмахивалась от них, успокаивая себя тем, что, мол, ей это лишь во благо. При этом она вертела вибратор в руках, придирчиво его разглядывая и при этом думая, как стоит приступить к столь пикантному и деликатному делу. Сейчас она стояла в ванной в одном нижнем белье, разглядывая себя в зеркале. Была идея принять ванну, совместить, как говориться, приятное с полезным, но заклинательнице не захотелось заморачиваться по этому поводу. Поэтому, скинув с себя нижнее бельё, она прошествовала в комнату. Полностью обнажённая, босиком по ворсу своего пушистого ковра. Новое приобретение. И опять под девизом: «Лишь бы было удобно». Просто Нацу не всегда хватало терпения донести или довести девушку до кровати. И он, абсолютно не заморачиваясь по этому поводу, приступал к делу прямо на полу. Выбор девушки пал на кровать. Убрав покрывало и собрав одеяло у ног, она легла на спину, слегка согнув ноги в коленях и поставив их ступнями на кровать. Нужно было собраться с мыслями, пересилить себя, сделать последний рывок и приступить к делу. Люси приняла сидячее положение и, поджав ноги ближе к себе, раздвинула их пошире. Оставалось всего ничего, но у неё почему-то не получалось расслабиться. Даже уговоры себя самой, что так надо, так будет лучше, уже не помогали. Дав себе мысленную пощёчину и в очередной раз, отогнав мысли о «грязности» и неправильности всего происходящего, она поднесла к промежности руку с заранее приготовленным прибором. Свободная скользнула по ней, раздвигая половые губы. Зажмурившись и закусив губу, она начала вводить вибратор в своё тело. Её нутро сразу же просекло, что это не член, а всего лишь его имитатор. Расслабиться до конца так и не получилось, поэтому проникновение было напряжённым и неприятным. Введя прибор на две трети, девушка решила больше не издеваться над собой и, надавив сильнее, ввела его полностью. Дыхание было частым, судорожным, порой через раз. Но дело было сделано. Она могла вновь откинуться на спину, расслабиться и восстановить дыхание. Ощущения были не новыми. Она немного поёрзала бёдрами, устраиваясь поудобнее. Рука нажала на кнопку. Прибор заработал. По телу девушки прошла судорожная волна, а с губ слетел сладостный стон, после которого её тело изогнулось. Глаза распахнулись, показывая сузившиеся зрачки, а потом веки их вновь прикрыли, но не до конца. Ресницы подрагивали, а на лице застыла истома. С губ вновь слетел стон наслаждения. Это было… Она не могла подобрать нужных слов. Монотонно, но в то же время ни капельки не больно и ничуть не напрягающее. Даже приятно. От получения новых ощущений её тело как будто извивалось. По нему прокатывались судорожные волны, расслабляя и расслабляя, делая тело девушки обмякшим и податливым. Нацу никогда не был с ней таким. И, наверно, никогда не будет… Со временем, она поняла, что одного вибратора ей будет мало. И уже в каком-то беспамятстве она положила руки на свою обнажённую грудь. Кто лучше тебя знает твоё тело? Никто. Поэтому Хартфелия сама знала, когда стоит проявить грубость, когда же наоборот приласкать, когда ускориться, а когда остановиться. Она начала делать характерные покачивания бедрами, лаская при этом свою грудь. Стоны стали более глубокими и сладостными. За этим делом её и застал Нацу. Причём к ней пришёл не Нацу – дракон, а Нацу – человек. Поэтому, какого было его удивление, когда он застал свою напарницу за столь экстравагантным занятием. — Люси? — Удивлённо воскликнул он. Хартфелия оцепенела, застыла на месте и затравленно уставилась на Драгнила. Если бы он не застукал её за этим занятием, то она, может быть, и обратила внимание, что сейчас на её глазах как раз таки и происходил метаморфоз. — Нацу, я… — смысла оправдываться не было, но разум пытался подобрать хоть какие-то слова. Она смотрела ему прямо в глаза и увидела лишь конец превращения. Словно в замедленной съёмке она видела, как зрачок парня сузился. Её как громом поразило. Получается сейчас, своими действиями она сама спровоцировала то, что сущность дракона высвободилась наружу. — Зачем тебе эта штука, — он неуловимым движением оказался рядом с девушкой, нависнув над ней. Голос стал более хриплым и соблазнительным, заманивающим, либо девушке показалась. Он тем временем аккуратно вытащил вибратор из её промежности уже весь влажный от её выделившейся во время якобы секса секреции. Недовольно поморщившись, ибо её запах резко ударил в нос, но ему надо было придерживаться придуманного им плана, он отшвырнул его куда-то в сторону. — Тебе, что меня мало? — С придыханием в голосе спросил он, склонившись к уху девушки, тем самым лишь обостряя её и своё нарастающее возбуждение. Люси лежала и не могла пошевелиться. — В таком случае, я тебя накажу, — кровожадно сказал он, а его руки уже легли на грудь девушки. Она обречённо закрыла глаза, готовясь к худшему, но какого было её удивление, когда она почувствовала на своих губах его. Он целовал её не грубо и жадно, не кусал губы в кровь, неистово впиваясь в них, а нежно, мимолётно, ласково. И руки заскользили по телу Хартфелии не требовательно, а аккуратно. Потом с её губ он переключился на шею, а она выдавала такие же томные и сладостные стоны как пару минут назад, правда непроизвольно. Для него этот звук, издаваемый ею, был в новинку, даже в диковинку, но вибрации воздуха, создаваемые её голосом и улавливаемые его слухом, сейчас были для него так приятны, что хотелось бы их слушать часами. Она не понимала что происходит, как будто она сошла с ума, не было никакой грубости, неистовости, а только нежность и трепетность. Он сантиметр за сантиметром изучал каждый участок её тела, уделяя особое внимание тем, после касания к которым, она стонала более пронзительно и чувственно. Она уже была в забытье, близка к блаженству. Сейчас ей нравилось абсолютно всё, что делал Нацу. Поэтому ей захотелось самовольно, без принуждения ответить на его ласки. На задний план отошло всё то, что он до этого совершил. Она притянула его к себе и поцеловала, уже более страстно. Возбуждение доросло до пика и жаждало вырваться наружу, но пока это было невозможно, потому что к главному они ещё не приступили. Целуя его, она уже думала, каким будет секс после столь приятной прелюдии. Как только эта мысль мелькнула в её голове, тело сразу же попросило продолжение банкета. Поцелуй был долгим, с переплетением языков. Нацу вжал девушку своим весом в кровать, и она почувствовала бедром его напряженный и возбудившийся пах. Когда поцелуй прервался, она молящее прошептала: — Нацу, прошу, пожалуйста, — она ещё плотнее прижалась к его телу, дразнящее потершись ногой о его промежность. Недовольно рыкнув, он на мгновение сорвался, с силой вцепившись в руку блондинки, потом расслабился и хитро посмотрел на девушку: — Я же сказал, что тебя накажу, — он вовлёк её в головокружительный поцелуй. Руки тем временем легли на её бёдра, шире раздвинув ноги, чтобы он мог удобнее между ними устроиться, но снимать штаны он не спешил. И опять ласки: лишь руки и язык, да кожа к коже. Девушка готова была взвыть от того, что возбуждение было настолько сильным, желание настолько мощным, но разрядиться она никак не могла. Появилось напряжение, начало просыпаться раздражение. А он всё истязался над девушкой, будучи в интимной близости с ней без проникновения, хотя она уже была на всё готова, лишь он только начал, но он лишь подливал масло в огонь, прекрасно зная где и как её стоит коснуться, чтобы она вновь сладостно простонала, а потом поймать этот стон с её губ и накрыть их поцелуем…