На краю пропасти

Примечание автора: не вижу смысла ставить в шапке сонгфиг, но песни всё же придётся кое-какие использовать, но и то, только по совету вам читателям, чтобы вы прочувствовали созданную атмосферу (хотите слушать, слушайте и без них читается неплохо, но прода: эта и следующая писались под впечатлением от этих двух песен: это и ещё одной, название которой будет в след проде). Часть первая: Britney Spears - Gimme more Месть. Сейчас ей нужна была хорошая такая месть. Но не столь кровожадная, а в духе того, что Драгнил вытворял с ней не так уж и давно. План был продуман до малейших подробностей. Нужна была только воля случая. И спустя некоторое время ожидания в предвкушении такой случай представился блондинке. К тому же недавнее происшествие показало, что Хартфелия может быть ведущей в их отношениях, потому что на секс она таки его и уломала. Правда, это случилось на следующий день, но всё-таки. С помощью Леви она выискала в одной из старинных книг рецепт зелья, которое может на неопределённое время — всё зависит от физических параметров и магических способностей объекта — запечатывать магию. С помощью Полюшки-сан, к которой она отправилась за очередной порцией мази, был сварен небольшой флакончик. Этого для Драгнила должно быть достаточно, что бы лишить его магии хотя бы на пару часов. Времени для мести Хартфелии вполне достаточно. К плану была подключена Мира, которая как раз таки и являлась стартовой фигурой всего плана. От того, согласится ли она помогать, зависел весь успех планирующегося мероприятия. Миражанна согласилась, даже не спросив, какова цель всех этих действ. Даже будучи волшебницей и зная, каковы могут быть последствия от выпитых людьми зелий, она совершенно спокойно вылила содержимое флакончика в кружку, которую впоследствии собиралась вручить Нацу. Возможно, её успокоило фирменное клеймо Полюшки-сан на восковой пробке, но главное было сделано… Сейчас же Нацу был у неё дома. Сидел на стуле, с закованными в наручники за спиной руками. Смотрел на блондинку, которая совершала последние приготовления к своей мести: создавала в помещении интимный полумрак посредством зажигания безопасных свечей, поставила в заранее приготовленный граммофон пластинку. А Нацу только и оставалось, что наблюдать да делать жалкие попытки вырваться. Наручники всё из того же секс шопа держали крепко. И магией он не мог воспользоваться. Люси победно смотрела на тщетные попытки Драгнила освободиться. Интересным было то, что он ни в каком виде не показывал своё возмущение: ни ворчанием, ни рычанием, ни ругательствами — он просто пытался высвободиться. Люси, продолжая смотреть, лишь только хмыкала. Игла проигрывателя была опущена на пластинку. Из граммофона раздались первые аккорды песни. Нацу прекратил свои попытки освободиться и с интересом уставился на девушку, которая уже встала на изготовку, чтобы вступить в такт песне. План был прост, как акваланг. Работала стандартная женская схема: «Наш девиз непобедим — возбудим и не дадим!» Правда, на счёт последнего заклинательница не была уверена. Как показал случай с вибратором, она, точнее её тело, уже не может без Драгнила. Но факт оставался фактом. И месть тут на лицо. Песня была энергичной, под неё не хотелось делать плавных и томных движений, а наоборот хотелось совершать резкие, развратные движения. К этому делу она даже подключила бельё, купленное вместе с Каной. Вот только его прелесть он сможет оценить во второй части их сегодняшней оргии. Что дело сегодня закончится умопомрачительным и в отместку за истерзание животным сексом, она даже не сомневалась. Ей наоборот это было на руку. У неё была одна идея, и она подготовилась как следует. Она приготовила две песни. Во время первой она просто будет танцевать вокруг него, используя его в качестве шеста. Будет касаться его тела, дразня: то усаживаясь на колени, начиная при этом поёрзывать и издавать тихие короткие стоны, то обжигать горячим дыханием за ухом, неуловимым движением оказываясь за спиной, то наоборот, присаживаясь на пол, на колени, поглаживать по тыльной стороне бедра, останавливаясь в опасной близости от постепенно возбуждающегося паха. А он будет пожирать её лишь глазами, не в силах коснуться её кожи. Желание подчинить её плоть себе будет расти с каждой секундой вместе с возбуждением. С губ будет слетать не нуждающиеся в ответе вопросы: — Люси, что ты делаешь? — Дыхание начнёт сбиваться, и, чтобы не видеть того, что Хартфелия вытворяет с собой своими руками, соблазнительно очерчивая ими свои, желанные ему формы, он закроет глаза. Но даже это его не спасёт, потому что его тело не в силах будет противиться её дыханию, обжигающему его кожу, её дразнящим и возбуждающим касаниям. Находиться в одежде и ему, и, кстати, ей уже будет дискомфортно, неудобно и «жарко». Поэтому Хартфелия приступит ко второй части, уже под другую музыку…