А она всё та же - маленькая Елена

— Елена, иди поужинай, я зря что ли пакеты тащил? Ты совсем никакая, малышка, — Деймон заботливо и бережно погладил её по голове. Девушка лежала, как каменная, её глаза были стеклянные и безжизненные. Они выглядели как зеркало, в котором отражалось полное безразличие ко всему. Она ничего не слышала, не видела, взгляд постоянно был устремлён в пол. Она лишь изредка кивала, если в этом нуждались. POV Деймон Я уже вторую неделю снабжаю малую всем необходимым, но, видимо, ей это назрен на сдалось. Но бросить в такой момент я её тоже не могу, чёртов Ник, сбагрил на меня эту ношу. Ладно, я не совсем аморальный подлец, я буду с ней, пока всё это не прекратится. Её отца мы похоронили неделю назад, приезжала её тётка и братец, Кол, кажется. Мама Елены не побывала на похоронах, потому что в тот же вечер её забрали на скорой, психическое расстройство, кажется. Она сейчас лежит в стационаре и не шевелится, да и вообще не подаёт никаких признаков жизни, дышит и смотрит в потолок, как живой труп. Жутковатое зрелище. Я оплатил и похороны, и лечение её матери, да мне и не жалко, благое дело, что ж теперь. К своей девочке я езжу каждый день, я стараюсь, но иногда у меня действительно просто не получается её навестить, этот чёртов сжатый график, ненавижу себя за это. Даже побаиваюсь оставить её одну. Молчит, не ест, никуда не ходит, даже не разговаривает. Да, бедная девчонка, свалилось же на неё всего. Конец POV Деймон Дни шли мимолётно, относительно Елены. Она совсем забросила школу, перестала полноценно жить. Со временем она приходила в себя и начала питаться, чему Деймон был приятно удивлён. Девушка, когда-то горячо любившая Деймона, сейчас чувствовала порядком... ничего? Либо же это какое-то затмение, которое временно окутало маленькую беспомощную девчонку. Она не знала. Она потеряла очень родного для неё человека, и может потерять ещё одного. Она обессилена, казалось, её можно пальцем ткнуть, и она упадёт замертво. Это смотрелось ужасающе. В дверь бешено постучали. Кто это мог быть? У Деймона есть ключи, а больше она вроде никому не сдалась. "Маньяк? Педофил? Каннибал? — Отлично! Мне уже всё равно", - пронеслась в голове у Елены. Она бесшумно открыла дверь и сделала шаг назад, перед ней стоял Ник: — Елена, маленькая моя, что с тобой? — он вплотную подошёл к ней, погладив по щеке. Парень был шокирован: померкшее бледное лицо, голубоватого оттенка губы, худощавое тело, всё это смотрелось убого на столь ранее прекрасной особе. Ник крепко обнял её, тихо попросив прощение за отсутствие, брюнетка чуть улыбнулась. — Я не буду тебя ни о чём расспрашивать, тебе, наверное, и так тяжело. Елена, какой я придурок, как я мог тебя оставить одну? Идиот, просто идиот. Я как узнал, сразу приехал, Елена... — Ник прожигающе смотрел в её усталые глаза, которые раньше светились и пылали от энергии. Парень грустно улыбнулся и взял её за руки. — Не преувеличивай. Ты здесь не при чём, - сухо ответила девушка, не изменив своей серьёзной и грустной мимики. — Прости меня, малыш. Я каюсь, честно, каюсь. Я буду приходить к тебе часто теперь. Всё будет хорошо, — светловолосый парень прижал её к своей груди и поцеловал в лоб. Он сам был на грани выплеска эмоций, он не мог больше наблюдать за тем, как этот цветок чахнет на глазах. Ей бы только цвести, а она... так нельзя. Её равнодушие к жизни душит его очень сильно. *** Молодые люди сидели на вельветовых креслах пастельных тонов, допивая бутылку рома. Они оба были загружены мыслями, поэтому начать разговор им пришлось трудным делом: — Старик, может расскажешь, на чьём горбе ты сейчас ездишь? Мало мне верится, что ты теперь работаешь, — на лице Деймона возникла неприхотливая усмешка. — Дей, это сейчас меня волнует меньше всего. Я обеспокоен Еленой, как же я парюсь, чувак, ты был знал, — парень устремил взгляд в пол, допивая опустевший стакан. — Звучит странно, но я тоже. Девчонка совсем плохая стала, я уже что только не переделал. Я всё понимаю, но пол месяца не вылезать с кровати это уже верх пиздеца и отчаяния, — заявил брюнет. Клаус глянул на него. Кажется, он знает, как помочь возлюбленной. И он сделает всё для этого. — Перестань обсасывать факты, можно ведь придумать идею, как ей помочь. Можешь не напрягать извилины, я уже знаю — как, — Ник хитро посмотрел на друга, который с недоумением смотрел Клаусу в глаза, — мне кажется, лучшей идеей выбраться из дерьма, это сменить обстановку. Предлагаю поселить Гилберт у тебя в доме. — Интере-есно, — прохрипел Деймон, — а как же ваша любовь? Почему бы тебе не забрать её к себе и не закрутить взбалмошную лав стори? — брюнет поднапрягся от своих же слов, сам не понимая, почему. — Если бы я мог её забрать к себе, я бы забрал, — загадочно произнёс Ник и налил себе ещё спиртного, — она будет жить у тебя не в качестве твоей любовницы, а в качестве подруги. Ты будешь присматривать за ней и обеспечивать, это ведь нетрудно, — выпалил Ник. — А оно мне нужно? — прикусил губу брюнет и опустил глаза в пол, сам не зная ответа на свой вопрос. — Старик, не выебывайся! Я знаю, что девочка тебе не безразлична, но я тебе доверяю. Сохрани её девственность... и своё лицо, — отрезал Ник и чуть привстал, собираясь уйти. — Так нечего уже сохранять, — выпалил Деймон, чуть сморщившись. — Не понял, — с сомнением спросил Ник, надеясь, что это очередная не смешная шутка друга. Но в глазах Деймона, (где-то глубоко, Ник умел понимать его, ведь дружат они уже пятнадцать лет) он не увидел никакой доли шутки. Он видел лишь немного бегающие глаза друга и чуть виноватый, но всё-таки наглый взгляд. Брюнет молчал, наливая себе очередную порцию алкоголя, после чего встал и направился в спальню. Ник стоял, словно статуя, время на пару минут остановилось. Его глаза бешено слезились, губы сжимались, взгляд потух и стал безжизнен, как у Елены в тот вечер. Но тут послышались шаги из спальни. Оттуда вышел Деймон, держа в руках бюстгалтер Елены и крутя его на одном пальце: — Передай ей, забыла, видимо, — Сальваторе смачно плюхнулся на диван, откинувшись назад, — а что за ярость в твоих глазах, друг? Она даже не пыталась сопротивляться, — парень не понимал зачем делает это. Ведь и Елене, и Нику сейчас было тяжело. Зачем он подливает масло в огонь? Сальватору хотелось на миг провалиться под землю, но выпитая бутылка рома держала самодовольство выше этого всего. Клаус только молчал, тяжело дыша. Он хотел расплакаться, как девчонка, но не мог сделать этого перед другом. — Наша идея всё равно остаётся в силе. Забери её сюда как можно быстрее, — парень пошёл ко входу и слеза самовольно прокатилась вдоль его щеки. Он быстро вытер её и захлопнул дверь. POV Ник Клаус Я был раздавлен как конченная букашка в ту ночь. Я ненавидел Деймона, я всеми фибрами души хотел его убить, но я сдержался, сдержался, зная, что лишние телодвижения сейчас ни к чему. Чёрт, у меня слишком много проблем. Но даже после такого я не оставлю её, не оставлю. Мне всё равно, что она там сделала, я прощу её за любое совершенное ей действие. А Деймон просто ублюдок. Я не понимаю, что за блядская черта властолюбия. Он мне назло это сделал, хотя... я не позволю, чтобы между ними опять что-то случилось. Если я замечу подобное, я закопаю его около собачьего кладбища, а девчонку заберу с собой. Или же мне возненавидеть обоих? Или я не могу злиться на Елену из-за её положения в данный момент? Щет, как только я представлю, что он трогал её своими грязными блядскими руками, которые перетрогали уже десятки девушек, как он облизывал её, имел её. Моя маленькая девочка, что ты наделала... глупая дура, наивная и дурная. В сердце таился жуткий осадок от узнанного, я хотел стирать всё на своём пути. А я просто пускал слёзы. Не хотел, но пускал. Я оставил её на пару недель, и она натворила глупостей. Ненавижу. Конец POV Ник Клаус