Перепутье

За окном – обычный летний вечер. Солнце, вспыхнув напоследок алым цветом, наконец, западает за горизонт. Прохладный ветер легонько колышет сочную зелень листвы и растворяется в надвигающихся на Коноху серых сумерках. Прохожие неспешно бредут по улицам, каждый к себе домой. Напряженная тишина, воцарившаяся в моем кабинете, обещает стать затишьем перед бурей. Я плотно закрываю створку окна, в которое смотрел минуту назад, и перевожу взгляд на Сакуру, сидящую в моем кресле. Ее бледное, практически белое, словно лист бумаги, лицо выражает, как ни странно, абсолютное спокойствие. Подпирающий стенку Саске скрещивает руки и напускает на себя безразличный, отстраненный вид. Посреди кабинета стоит застывший, как статуя, Наруто, внешне он вполне спокоен, но, вглядываясь в его голубые глаза, я вижу, как в них полыхает ярость. - Когда ты собирался сказать мне, - хрипло начинает он, - Саске?! Учиха молчит, отворачивает голову, мне с моего места видно, как он прокусывает губу. Наруто гневно раздувает ноздри, собираясь сказать что-то явно нехорошее. - Как ты себя чувствуешь, Сакура? Мне кажется, ты совсем бледная, - нарочито громко выговариваю я. - Нормально. В целом, - отвечает мне девушка, чуть пожимая плечами. Саске едва заметно хмурит брови, Наруто яростно сжимает кулаки и играет желваками. Я чувствую себя не просто, как меж двух огней, а словно в жерле вулкана перед извержением. - Ладно, хорошо. Тогда скажи мне, ты уверена в своем решении выйти замуж? Все сомнения Сакуры тотчас же отражаются в ее глазах, но она твердым голосом отвечает мне: - Да. Я слышу, как шумно втягивает в себя воздух Узумаки, подмечаю, как кривится в нелепой усмешке Саске. Сам я с трудом сдерживаю негодование. Проклятье, почему так вышло, что именно мне приходится искать выход для всех троих?! - Ты не хуже меня понимаешь, что это не самый лучший вариант для тебя, - тихо произношу я. - А вы мне предлагаете сделать… - Харуно обрывает сама себя, но ее недосказанность понятна всем, даже Узумаки. - Я предлагаю тебе еще раз все хорошенько обдумать, прежде чем принять окончательное решение. Сакура молчит, наверно, пытается подобрать слова, но я продолжаю: - Свадьба ничего не изменит, а, может быть, даже усугубит ситуацию. - Это будет фиктивный брак, - раздается голос Саске. Я даже не успеваю толком удивиться, как Сакура подтверждает его слова: - Да, это так. Невольно я перевожу взгляд на Наруто, который недоуменно смотрит на меня. - Что значит фиктивный? – спрашивает он. - Я хочу дать своему ребенку имя Учиха, он должен будет продолжить наш род, - произносит Саске, - это все, что я могу ему дать. Не думаю, что из меня получится хороший отец. - Что? – Наруто, кажется, ничего не понимает. - «Фиктивный» означает ненастоящий. Это всего лишь формальность, - поясняю я, хотя сам уже ничего не понимаю. - Мы с тобой по-прежнему будем вместе, - твердо добавляет Учиха. На лице Наруто – шок. Он смотрит на своего любовника так, словно видит его впервые в жизни. Я закрываю глаза рукой, испытывая просто фантастическое раздражение от абсурдности происходящего. - А как же… как же Сакура-чан?! – взмахнув руками, восклицает Узумаки. - Меня все устраивает, Наруто, - говорит девушка, - я рада тому, что у меня будет ребенок от Саске-куна. Я знаю, что смогу вырастить и воспитать его. - В одиночку? – не удержавшись от колкости, спрашиваю я. - Став моей женой, Сакура сможет пользоваться моим банковским счетом. На нем достаточно денег, чтобы она и ребенок ни в чем не нуждались, - говорит Саске. - Да что ты вообще несешь?! – кричит Наруто. - Никакие деньги не заменят ребенку отца, - возражаю Учихе я, - что ты скажешь ему, когда он спросит, почему ты его бросил? - Довольно! – резко вскрикивает Сакура, поднимаясь. Мы втроем смотрим на ее искаженное злобой лицо. - Это наш с Саске-куном ребенок. И только мы будем решать, что с этим делать. Больше того – мы уже решили, так что, Хокаге-сама, - она переводит на меня взгляд зеленых, мечущих молнии глаз, - просто подпишите чертово заявление. Похоже, у меня нет другого выхода. Я склоняюсь над столом, небрежным движением выдвигаю ящик, достаю коробку с печатями, выбираю нужную и ставлю оттиск на лежащем передо мной бланке, явственно ощущая на себе внимательные взгляды трех пар глаз. - Вот и все, - констатирует Харуно, - а теперь я должна идти. Я устала и хочу сегодня лечь пораньше. Сакура идет к выходу, громко цокая каблуками в безмолвной тишине, едва за ней захлопывается дверь, Наруто бросается к Саске. - Ты действительно собираешься жениться на Сакуре-чан?! - Я уже сказал тебе: это просто формальность. Для нас с тобой это ничего не изменит. - Ничего не изменит?! – глаза Узумаки расширяются от ярости, он ощутимо напрягается, будто бы собирается нанести удар, - а как же твой ребенок? Ты вот так запросто бросишь его?! - Да. Именно так, - безжалостно подтверждает Учиха. Услышав это, Наруто буквально отпрыгивает от него, сверлит парня испепеляющим взглядом и… бросается ко мне. - И ты позволишь этому произойти?! Я вздрагиваю от неожиданности, на мгновение потеряв дар речи. Позволю? Как будто я способен что-то изменить! - Успокойся, Наруто, - взяв себя в руки, отвечаю я, - Сакура права. Это их личное дело – ее и Саске. - Но это неправильно! – с надрывом выговаривает Узумаки, - разве отец может просто бросить своего ребенка? Я вдруг вспоминаю собственного отца. И ту ужасную ночь, когда он совершил самоубийство. Как я злился на него за то, что он посмел покинуть меня, восьмилетнего мальчика. В то время причины, по которым Сакумо сделал то, что сделал, казались мне недостаточно вескими, чтобы оставлять своего сына совсем одного в этом мире. Лишь спустя годы я смог понять и принять его выбор. Нахлынувшие воспоминания растравляют мои старые раны, я устало прикрываю рукой глаза, не произнося ни слова, а Наруто, не дождавшись ответа, разворачивается и направляется к двери. - Тебе многое сходило с рук, Саске. Но это уже переходит всякие границы, - зло произносит он, задержавшись на мгновение, прежде чем уйти. Учиха хмыкает и пожимает плечами, демонстрируя полнейшее равнодушие, но когда Узумаки покидает мой кабинет, Саске едва слышно сквозь зубы проговаривает: - Черт. Он тоже собирается уходить, но я останавливаю его: - Подожди, Саске. - Что еще? Я опускаюсь в кресло и, глубоко вздохнув, чтобы немного успокоиться, говорю юноше: - Надеюсь, у тебя есть серьезные причины, чтобы так поступать, кроме того, что ты – безответственный эгоистичный мерзавец. Саске усмехается, но эта его усмешка звучит безрадостно и горько. - Почему это тебя волнует? – кажется, Учиха не хочет пояснять свои мотивы. - Работа у меня такая – совать свой нос в чужие дела, до которых мне нет никакого дела. - Вот как. В таком случае тебе должно быть известно, что я – последний из Учиха, единственный, кто может возродить клан. А для этого, знаешь ли, нужно переспать с женщиной, вне зависимости от моих сексуальных предпочтений. Так что это рано или поздно бы случилось. - И твой выбор пал на Сакуру. Ты с самого начала понимал, что поскольку она безнадежно в тебя влюблена, то примет любые твои условия, верно? - В общем, да, - разводит руками Саске. - Ты просто используешь ее. Это низко, - проговариваю я, сдвинув брови. - Сакура сама этого хочет. Я никогда ей не обещал любви до гробовой доски. Я вообще ей ничего не обещал, и все же готов жениться на ней. - Чтобы впоследствии все бросить и переложить на нее ответственность за воспитание твоего ребенка? – саркастично спрашиваю я. - Прекрати изображать из себя моралиста. Если Сакуру все устраивает, это ее дело, - грубо отзывается Учиха. - Да, вот только твоего отцовства это все равно не отменяет, ты понимаешь? – я уже просто не знаю, что еще сказать, чтобы достучаться до парня. Он снова усмехается и отвечает мне: - Ребенку не нужен такой отец, как я. Вместе с именем Учиха он унаследует шаринган и судьбу проклятого клана. Рано или поздно, но он узнает его историю. Мою историю – отступника и братоубийцы. И уж лучше ему будет вырасти вдали от меня. Я предполагал, что Саске скажет нечто подобное, и, не могу не признать, в его словах есть здравое зерно. - Ты не учитываешь, как твое «благородство» будет выглядеть со стороны. - Мне плевать, что подумают другие. О, в этом я не сомневаюсь. - И Наруто? Услышав его имя, юноша поджимает губы. - Он примет мой выбор. Со временем. В его словах нет уверенности, и я понимаю, почему. - А если нет? Саске смотрит на меня исподлобья и с пугающей решимостью в голосе проговаривает: - Значит, мне придется принять… его выбор. Знаете, иногда Саске способен превзойти в своем упрямстве даже Наруто. - Ну, тебе есть, что еще сказать, Какаши? – бросает мне Учиха. - Только одно, - говорю я. - Ты рассуждаешь так сейчас, пока малыш еще не появился на свет. Но когда это произойдет, когда ты впервые увидишь его, возьмешь на руки, ты почувствуешь, что взаправду стал отцом. Для тебя все изменится в один миг, потому что ты обязательно полюбишь свое дитя, и тебе захочется быть с ним рядом, заботиться о нем, увидеть его первые шаги, услышать первое слово. Тогда ты не захочешь покидать своего родного ребенка. Мы внимательно смотрим друг на друга, мне кажется, что я смог зародить в Саске сомнение. - В таком случае, - начинает он, - мне тем более не стоит очернять его жизнь своим присутствием. Да чтоб тебя, Учиха! - Из Сакуры получится хорошая мать, она добрая и заботливая, - продолжает Саске, - она сможет воспитать моего ребенка так, чтобы из него вырос отличный шиноби Листа. Не знаю, что меня больше поражает: его извращенная логика или отвешенные в адрес Харуно комплименты. Я даже начинаю думать, что Саске не такой уж негодяй, каким хочет казаться. - Это твое окончательное решение? – устало задаю я вопрос. - Да. - Хорошо. Я понял. - Делаю Учихе знак, что он свободен. Оставшись в одиночестве, я бессильно роняю голову на руки. Чувствую себя постаревшим лет на десять. Кажется, только что я проиграл все, что ставил на кон.