Скрипка... и немного нервно

Когда Мэйсон с двумя большими кружками пришла в гостиную, Кэлен сидела прямо на ковре, обложившись нотами, в руках держала какой-то список – видимо, программу концерта, и самозабвенно возмущалась: - Нет, ну нахрена это было делать, а? Что за подстава, блядь? С какого перепуга он заменил это??? Что, вообще, за самодеятельность? Треть концерта под замену – он что, больной??? Кара опустилась рядом на колени, поставила на пол кружки: - Проблемы, принцесса? - Да жопа! Полная жопа! Треть композиций какого-то дьявола заменили другими, причем, из них половину я давно уже не исполняла! И он хочет, чтобы я сейчас за полтора дня их восстановила… Да он издевается просто! А что больше всего бесит – он снова со мной ничего не согласовал! - Милая, так ты ему позвони? - Да я сейчас убью его по телефону! Где мой мобильник? - Держи, - Мэйсон протянула ей трубку. От злости у Кэлен подрагивали руки, и она долго не могла найти в контактах Вайборна. Наконец нажала вызов, приложила телефон к уху: - Папа? Какого черта? Что с программой концерта? За каким хреном ты изменил? И меня не спросил опять!!! Что?... А почему ты мне не позвонил? Да? Странно… - отняла мобильник от уха, бросила взгляд на экран, хмыкнула, приложила аппарат обратно. Заговорила уже тише, спокойнее: - А они имеют на это право? Ясно. Ну это подстава, кто только контракт составлял? Угу, я так и подумала… Черт, ты понимаешь, как мало времени? Нет, не нужно приезжать. Если не справлюсь, позвоню. Да, хорошо, - и нажала отбой. Отбросила телефон и зарычала, ударив кулаком в ковер. Тут же зашипела, затрясла рукой. Мэйсон поймала её в свои, чуть сжала, поглаживая: - Ну себя-то ты за что наказываешь, принцесса? – поднесла руку к губам, поцеловала пальчики. – Что он сказал? - Да черт!!! Оказывается, по контракту организаторы имеют право изменить программу. Якобы, им тут виднее, чего хочет их публика! Дьявол! А я так дура, я не знаю, чего хотят мои поклонники! - Ты, конечно, знаешь, милая. Однако… ты ведь не бизнесмен. Возможно, им и правда виднее, за что люди готовы платить? - Вот ты сейчас как отец говоришь!!! Я сейчас тебя ненавидеть начну!!! – попыталась выдернуть руку, Кара удержала: - Ну, если к ночи перестанешь ненавидеть и снова начнешь любить, то я, пожалуй, переживу, - и сунула ей в руку кружку. – Остыл уже. Давай, пей и рассказывай. Почему этот гад тебе не позвонил, снова все без тебя там решал? - Говорит, звонил, - Кэлен сделала глоток кофе, покатала во рту, прикрыв глаза. – Черт, божественно! Только ты так умеешь готовить… что ты туда добавляешь? - Кардамон и ваниль. И любовь. Холодный уже? - Мне нормально, я не люблю кипяток. Кофе с любовью… Божественно! Все, я тебя уже обратно люблю, Мэйсон. - Хорошо, - Кара фыркнула в свою кружку. – Так чего он не дозвонился? Опять какие-то интриги плетет? - Говорит, я трубку не брала. Я посмотрела – правда, звук отключен. - А, черт, это моя вина. Отключила, когда ты уснула… можешь снова начинать меня ненавидеть, - потянулась, поцеловала её в губы. Кэлен с удовольствием откликнулась на поцелуй. Потом прошептала, сияя радостными уже глазами: - Нет, не хочу тебя ненавидеть. Люблю тебя, - допила залпом совсем уже остывший кофе. – Ладно, Мэйсон. Надо работать, - собрала с пола ноты в аккуратную стопку, поднялась на ноги, подошла к роялю, поставила верхний нотный лист в держатель, остальные положила на столик рядом с инструментом. Пробежалась глазами по строчкам, вздохнула тяжело: - Черт побери… ну как я это буду делать-то? Тут еще и вступление с купюрой… - положила руки на клавиши, взяла аккорд левой, пальцами правой пробежала, наигрывая мелодию. Снова вздохнула. – Мне что, бегать теперь от скрипки к роялю? Я поняла, почему он так легко согласился с требованиями организаторов… сидит уже, наверно, руки потирает, знает, что мне не обойтись без него в этой ситуации. Блядь, я не хочу, не хочу ему звонить!!! – и снова нажала на клавиши, взрывая тишину аккордом, резким, оглушающе громким. Мэйсон подошла к ней, встала за спиной и чуть слева: - Милая, а мне объяснишь, в чем проблема? Вдруг смогу помочь… - Да чем ты поможешь, Кара? - в голосе отчаяние. Слезы даже. - И все же? Я не пойму, ты не можешь репетировать без аккомпанемента? Но ты ведь постоянно занималась сама… Почему сейчас не можешь просто репетировать свои партии? - Потому что! Потому что тут есть несколько вещей – и я их давным-давно не играла, не повторяла, которые мне нужно репетировать с сопровождением. Вот тут вступление с купюрами, сокращенное, то есть. И я уже не помню, где, в какой момент здесь вступаю я… Еще одну композицию просто необходимо репетировать с гармонической поддержкой… ну, и так далее. Не знаю, что ты из этого поняла, Мэйсон. - Поняла главное – нужно, что тебе кто-то подыгрывал на фортепиано, это необходимо. Вызвать все же Вайборна – совсем не вариант? – и опустила пальцы левой руки на клавиши, повторила аккорд, который недавно брала Кэлен – только тише, мягче. Затем, заглянув через её плечо в ноты, взяла еще один. И еще. - Нет, не вариант… не хочу, - Кэлен качнула головой. И замерла. Развернулась медленно, отступила на шаг, глянула распахнувшимися глазами: - Ты. Что. Сейчас. Сделала? - Что? – Кара слегка испугалась даже. - Мэйсон! Ты играешь на пианино? - А… да. Ну так, очень плохо. Я… - Так. Стоп, - Кэлен выставила перед собой руку, развернутую ладонью к Каре. – Еще раз. Ты. Играешь. На пианино. ??? - Да. Но, принцесса, я… - Мэйсон… - Кэлен закрутила головой по сторонам. - Что ищешь? - Чем в тебя кинуть. Я тебя убью сейчас, Кара. Ты почему молчала? Ты почему не сказала, что играешь на пианино??? - Ты не спрашивала, - Мэйсон пожала плечами. - А ты только по запросу о себе что-то рассказываешь? Нет, я тебя сейчас правда прибью. Иди сюда, - и шагнула к ней, протягивая руку. Кара попятилась: - Принцесса, я тебя боюсь! Ты весь последний час какая-то кровожадная… - Иди сюда, говорю, - цапнула её за футболку на груди, притянула к себе, поцеловала – нет, скорее, укусила – в губы. – Садись. Будешь играть, – подтащила её к табурету, заставила опуститься на него. Сама встала сзади, положила руки на плечи. - С листа читаешь? - Да, но медленно… Кэлен, ты не жди от меня много. Я ведь даже не училась толком… - Любовь моя, я от тебя даже этого не ждала! Если ты сможешь держать ритмический рисунок и линию баса, мне хватит. Больше и не надо! - Ладно, давай попробуем. - Ты с партитурами дело имела раньше? Свою партию тут видишь? - Нет, никогда. Какая из них моя партия? - Но ты ведь верные аккорды брала… - Ну, я просто выхватила глазами знакомое… остальное для меня вообще темный лес. - Вот и отлично, значит, ты сразу фортепианную партию определила. На нее и ориентируйся. Ну что, попробуешь? - Конечно, - Мэйсон размяла пальцы, сцепив руки в замок, затем встряхнула их. Пробежала глазами по нотной строке, опустила руки на клавиши…заиграла… медленно, с паузами… спотыкаясь… постепенно выравниваясь, разгоняясь, прибавляя темп… Кэлен слушала, затаив дыхание. Потом убрала руки с её плеч, на цыпочках обошла, встала сбоку от рояля – так, чтобы видеть лицо Кары. Дождалась, когда Мэйсон закончит, снимет руки с клавиш, выдохнула восхищенно: - Кара! Ты невозможно сексуальная, когда играешь! - Ладно тебе, - Мэйсон смущенно ухмыльнулась. – Ну как, подойдет для репетиции? - Еще как подойдет! Ты очень прилично играешь! Говоришь, не училась? - Сестра старшая училась. А меня не взяли в музыкальную школу, сказали, медведь все уши оттоптал, - улыбнулась, пробежала пальцами по клавишам. – Так что меня отдали в спорт. Но сестра дома занималась, мне было интересно, я к ней лезла все. Ну, она меня и учила. Музыкальный слух у меня и правда слабенький, но по нотам могу… - Какие-то идиоты там были в вашей школе… Ты действительно очень прилично играешь, - Кэлен подошла к ней и вдруг опустилась на колени между коленей Кары, обняла её за талию, заглянула снизу вверх в глаза: - Мэйсон, ты невероятная. Есть что-то, что ты не умеешь? - Да я много чего не умею, принцесса. И ты меня сейчас смущаешь. Подумать только, Кэлен Амнелл передо мной на коленях! - Да хоть всю жизнь! – Кэлен прижалась щекой к её груди. – Ты того стоишь, - помолчала, затем подняла лицо, в глазах – дерзкие огоньки. – А мистер Амнелл может выкусить!!! Спорю, он сидит и ждет моего звонка, - рассмеялась. – И не дождется! – погладила Кару по щеке, положила ладонь на шею, потянула её к себе, потянулась к её губам. – Спасибо тебе, любовь моя, что ты такая многогранная… - Говорю же, я всю жизнь готовилась, - сообщила Мэйсон, оторвавшись через пару минут от нее. - К чему? - К тебе, принцесса. Я ведь тебя заказала, помнишь? Кэлен рассмеялась, снова чмокнула ее. Поднялась на ноги: - Ну что, попробуем вместе сыграть? - Давай. Только я никогда никому не аккомпанировала. - Ну и хорошо. Мне не нужно, чтобы под меня подстраивалась. Наоборот, мне надо встраиваться в то, что ты будешь играть. Так что чем академичнее ты это будешь делать, тем лучше. *** К девяти вечера небо над Вашингтоном, выплакав, видимо, все свои слезы, очистилось. Кое-где даже проглядывали бледные еще звезды. Правда, ветер шалил не по-детски, швырял в лицо горсти холодных капель, неожиданно и сильно толкал то в спину, то в бок – так и норовил с ног сбить. Минут через пять Кара уже даже пожалела, что они решили прогуляться до Occidental – изысканного и дорого ресторана с авторской морской кухней – пешком. С другой стороны, брать машину или такси было смешно, ибо располагалось заведение ну буквально в двух шагах от Уотергейта. Впрочем, Кэлен, похоже, не смущали ни сырость, ни холодный ветер с Потомака – казалось, она их даже не замечала, настолько переполнял её восторг от вечерней репетиции с Мэйсон. Понятно, больше всего принцесса радовалась тому, что Вайборна они оставили с носом. Но восхищалась при этом – неустанно! – Карой. И уже раз в седьмой повторяла, вцепившись в руку Мэйсон двумя своими: - Нет, ну ты понимаешь, как мне с тобой повезло? - Тебе со мной? – Кара смеялась, пытаясь прикрывать её от ветра. Это получалось плохо: коварный вихрь постоянно наносил удары с неожиданной стороны. – Кэлен, я даже не знаю, как на это реагировать! У меня ощущение, что это не ко мне вопрос все же… - Что ты со мной споришь, Мэйсон? – притормозила её, прижалась губами к щеке. – Просто согласись! Потому что мне с тобой повезло! Мэйсон покачала головой, вынула руку из её ладоней, обняла Кэлен за талию, ей взамен отдала другую свою руку: - Это мне с тобой повезло, принцесса. - Да ну, не придумывай! У тебя со мной одни проблемы. - Это ты не придумывай, милая. Проблемы у меня не с тобой, а с теми, кто их вокруг тебя наворотил. С папенькой твоим, например. А с тобой у меня… с тобой я счастлива, принцесса. Хотя, погоди. Одна маленькая проблемка все же есть. - Всего одна? Шутишь. И какая же? - Кэлен, я не умею есть лобстеров. Я их никогда не ела. Может, я себе все же что-то попроще закажу? - Кара, ты с ума сошла, что ли? Ты разве трудностей боишься? Не замечала я что-то. Ты из-за такой ерунды будешь отказываться от такой вкуснятины? - Милая, я эту твою вкуснятину даже вскрыть не смогу … - Мэйсон, не трусь! Я тебя научу, там ничего сложного. Ты будешь наслаждаться лобстером! Потом еще спасибо мне скажешь. Ужинали весело. Ну, по крайней мере, Кэлен совершенно точно веселилась. Хохотала от души, наблюдая, как Мэйсон с сосредоточенным лицом борется с огромной клешней специальными щипцами. Как и обещала, сначала она Кару «научила»: показала мастер-класс, неуловимо-элегантным движением – одним! – расколов такую же точно клешню на своей тарелке. Мэйсон, поверив, что - и правда, ничего же сложного! – попробовала воспроизвести этот фокус. Куда там! Её клешня колоться не желала. Кару охватил даже нешуточный азарт: - Сопротивляешься, гад морской? Не на ту напал! Я из тебя все вытрясу! – пообещала она лобстеру под смех Кэлен. Но после пятнадцатиминутного сражения сдалась, жалобно взмолилась: - Принцесса, спасай! Риск моей голодной смерти возрастает в геометрической прогрессии! Кэлен, постанывая от смеха, подтянула к себе её тарелку, щелкнула пару раз щипцами… Кара смотрела во все глаза, но так и не поняла: - Как ты это сделала? - Опыт, Мэйсон. Многолетние тренировки. Пробуй, - и пододвинула тарелку обратно. Во время десерта позвонил Вайборн. Кэлен, глянув на телефон, злорадно улыбнулась, подмигнула Мэйсон: - Не выдержал! – и нажала «принять». – Да, папа? Я? В порядке. Мы с Карой ужинаем в Occidental. Да, по репертуару я прошлась. Нет, проблем не возникло. Ну, конечно, справилась. Ты сомневался? Вот и хорошо. Завтра утром? Нет, не нужно. Я позанимаюсь сама. Да, уверена. Увидимся вечером, в Центре Кеннеди. Ага. И тебе спокойной ночи, - бросила телефон на стол, откинулась на спинку стула. С неё сейчас вполне можно было рисовать Нику, богиню Победы… - Умыла его, принцесса? - Мы, любовь моя! Мы его умыли! Кара, мне прямо танцевать хочется, так душа поет! - Кэлен, предупреждаю, я не танцую! - Уверена? – прищурилась, а глаза горят просто. – А если я очень-очень попрошу? Очень-очень-очень? – и подпустила во взгляд умильности. - Принцесса… - Мэйсон нахмурилась, поджала губы – иначе ведь расплывутся сейчас в предательской улыбке. Ну как устоять перед таким вот её взглядом? Да никак, черт побери! Тут никакой силы воли не хватит – я ведь таю от него, плавлюсь просто. А сейчас она еще улыбнется – и все, из меня можно веревки вить. - Пожалуйста, не надо. Не заставляй меня танцевать! Все, что угодно, только не это, - и тоже попробовала добавить умильности во взгляд. Кэлен рассмеялась, дотянулась через стол, погладила её по руке: - Мэйсон, я не настолько кровожадная. Танцевать пойдем, когда сама захочешь. - То есть, никогда, - Кара облегченно выдохнула. - Никогда не говори никогда, любовь моя, - Кэлен снова подмигнула ей. И погладила по руке: - Кара, мне сейчас совсем домой не хочется… - Не хочется – значит, не пойдем. Принцесса, а ты была на новом колесе обозрения? На Капитолийском холме? - Нет. Кара, я же боюсь высоты. Какое мне колесо… - Хм… как же ты высоты боишься, если всё выбираешь пентхаузы на последних этажах? - Ну, там мне не страшно. Зданиям я доверяю, а вот всяким механическим штукам, вроде самолетов или колеса обозрения – нет. Я понимаю, это глупо, но мне все кажется, что вот именно та кабинка на колесе, в которой я буду сидеть, оторвется и рухнет. - Ммм… что-то вроде фобии? Понимаю, милая. Принцесса, ну а если ты будешь со мной? Вдруг будет не так страшно? В самолете со мной тебе ведь легче было? Может, попробуем? Тем более, там кабинки закрытые, знаешь, будем, как в домике с окошками. Я тебя обниму… - Да? – улыбнулась, мечтательно даже. - Да. А давай мы с тобой туда дойдем, просто посмотрим на него, на это колесо? Если ты совсем-совсем испугаешься, то не поедем. А вдруг решишься? Говорят, с него такие виды на город великолепные… - Хорошо, давай дойдем. Но ты ведь не будешь меня заставлять, если я не захочу? - Конечно, нет, любимая. Никогда ничего я не сделаю против твоей воли или желания, без твоего согласия. - Ладно. Тогда пойдем. Пока их кабина поднимается, Кэлен сидит, зажмурившись, сжавшись в комочек, прижавшись к Каре – в кольце её рук. Спасибо, хоть зубами не стучит. Примерно на середине Мэйсон шепчет ей в ушко: - Милая, глазки открой? Ты ведь уже сделала это, ты здесь. Смотри, мы поднимаемся, кабина не качается даже. - Качается! - Совсем чуть-чуть, принцесса. И я тебя держу крепко… ну, рискни, открой глазки. А то пропустишь всю красоту… Милая, ты же всегда их сможешь закрыть, если испугаешься. - Да… да, ты права, - Кэлен приподнимает ресницы, сдавленно охает, еще сильнее вжимается в Кару: поскольку большая часть кабины стеклянная, ощущение такое, будто они парят прямо в темном ночном небе, что выгнулось куполом, нанизанным на гвоздики звезд… А внизу, еще не слишком далеко, но уже прилично – расцвеченный огнями город. Кэлен глубоко вздыхает и распахивает глаза: - Бооже… это восхитительно! Кара, это просто завораживает… - Мммм, - Мэйсон поворачивает голову, прижимается губами в её щеке. – Ну что, ты молодец ведь, что решилась, принцесса? - Да… Да! Я молодец! Это невероятно красиво… - и чуть расслабляется в объятиях Кары, чуть откидывает голову ей на плечо. И затихает – очарованно, восхищенно. Мэйсон тоже смотрит вокруг, улыбается, наслаждаясь потрясающим видом, еще больше – затаившейся в её руках Кэлен. Наслаждается теплом, что заполняет изнутри от всего этого… Мне так чудесно с тобой, принцесса. Мне интересно с тобой говорить – и, оказывается, мне бесконечно хорошо с тобой молчать. Когда кабина подбирается почти уже к самому пику, Кэлен вдруг снова пугается – Кара понимает это по её изменившемуся, участившемуся дыханию. Мягко берет за подбородок двумя пальцами, поворачивает её лицо к себе, смотрит в глаза: - Знаешь, принцесса, в детстве я мечтала, что когда-нибудь встречу свою настоящую любовь… и мы обязательно поцелуемся на самой вершине колеса обозрения. - А ты встретила… свою настоящую любовь? – Кэлен – еще испуганно, робко – но улыбается. - Да. И собираюсь её поцеловать… - прикасается губами к её губам. А вокруг – темно-чернильный купол неба и яркие хрусталики звезд. Кара вдруг останавливается, шепчет: - Вот сейчас фраза «Браки заключаются на небесах» обрела для меня смысл… - Что??? Но Кара уже берет её губы своими, согревает, ласкает их… уже рассказывает им, как сильно, без остатка, как по-настоящему любит…