Совсем не кошачьи приключения

Вот так и вывалились они из камина в кабинете Альбуса Дамблдора: натужно дышащий Поттер тянул на себе перепуганного, но вполне живого Малфоя, одетого в одну мантию на голое тело – из-под её подола явственно торчали голые коленки. Несмотря на позднее время – или очень-очень ранее, если разглядывать ситуацию под иным углом – кабинет не пустовал. За столом восседал директор Дамблдор – в кои веки без чая и сластей, а в двух креслах перед самым столом обосновались деканы Снейп и МакГонагалл. Резонно было ожидать заспанные лица и халаты, прикрывающие ночные покровы, но неурочный час выдавала только темнота за стрельчатыми окнами. И только на лицах заполуночных мыслителей обосновалась задумчивая угрюмость. Должно быть, сидели они уже не первый час и даже не второй, потому что на появившихся отреагировали так, словно давно их уже похоронили. А это так – выверты подсознания! - М-да, - глубокомысленно заметил профессор Снейп, провожая взглядом Поттера, которого заносило на поворотах, но он вместо того, чтобы придержаться за стены руками, мужественно держал своего товарища под бёдра, - чтобы Малфой не оседлал кого-то и не проехался на чужой шее… в генах это заложено, что ли? - Это не тот Малфой, который наш! – натужно пропыхтел Поттер, усаживая своего всадника на тут же появившийся стул и с сожалением прикрывая коленки подолом мантии. Лже-Драко застонал, сполз ниже, почти укладываясь на заскрипевший предмет мебели, откинул голову на спинку стула и драматическим жестом прижал кисть своей руки ко лбу. - Вы просто фонтан красноречия, Поттер. Так нам ещё и Люциуса в гости ждать? - Как не тот? – хрипло возмутилось тело на стуле. – Поттер, тебе Авадой память отшибло?.. Гарри не ответил. Не успел. Ибо случилось сразу две вещи. Сначала его словно ощупало диагностическими чарами. Мелодичное треньканье возвестило, что пациент жив и очень даже здоров. И в ту же минуту из камина вышел ещё один Драко Малфой. Чистенький, причёсанный и наглаженный. Впрочем, как всегда. Он вежливо поздоровался с руководством школы и занял стул возле раскрасневшегося Поттера. По кабинету пронёсся вздох удивления. - Мистер Малфой? – зачем-то уточнил Снейп, хотя прекрасно видел всех вновь прибывших. - Да… - простонал страдающий Драко. - Да, - в вежливом интересе приподнял брови второй. - Ничего не понимаю, - пробормотала МакГонагалл, но в тишине кабинета её реплику услышали все. - Не ты одна… - декан Слизерина протёр глаза, а потом прищурился, пытаясь увидеть различия между двумя совершенно идентичными Малфоями, только и того, что находящимися в пограничных для Малфоев состояниях: полном спокойствии и драматическом страдании. МакГонагалл, как более эмоциональная, уже просила чего-то успокоительного. Дамблдор подсунул ей под руку пыльный пузырёк, для начала пригубив его сам. А потом, уже полный умиротворения, директор решительно поднялся из-за стола. - Спокойствие, мои дорогие коллеги! Только спокойствие! Думаю, что я должен пояснить некоторые моменты, которые стали мне известны. Итак… О, директор Дамблдор был мастером по части намёков, недомолвок и лихо закрученных пояснений. От его рассказа, особенно касаемо уничтожения крестражей, у одной части слушателей зашевелились волосы на голове и не только, у второй – удивлённо раскрылись рты, а у третьей – самой молодой – интерес угас почти сразу, и внимание перескочило с чьих-то превращений на более интересный предмет – на соседа. - У кого-нибудь есть вопросы? – вопросы не задавались. То есть все поняли, что некто, по национальности- кот, по половой принадлежности – мальчик, каким-то загадочным образом может принимать облик коснувшегося его человека. Но, судя по пространным объяснениям директора, даже он не знал, с чего начались столь чудесные метаморфозы. И кто, кроме главного героя, может об этом знать больше? Так все и подумали, но начать допрос решился профессор Снейп, которого жизнь научила никого и ничего не бояться. - Мистер Малфой, позвольте поинтересоваться, а что последнее вы помните за сегодняшний день? – зельевар поднялся с кресла, чёрного в тон его мантии, и склонился над лже-Малфоем, заложив руки за спину, чтобы ненароком не коснуться. Мальчик приоткрыл один глаз, глянул на декана, как на личного врага, и выдавил страдальческое: - Ничего… зато помню ваш подарок: ёлочные игрушки в виде домовиков в разноцветных наволочках… - Достаточно, мистер Малфой… - на бледных скулах профессора расцвели пятна румянца. - Ну-ну… - глаза Поттера загорелись неподдельным интересом. Ибо если от этого краснеет Снейп, то об этом он, Гарри, должен знать обязательно. - Мистер Поттер, это к делу не относится! – рявкнул Снейп и уселся в своё кресло снова. Его вид отбивал всё желание любопытствовать. - Потом… - одними губами шепнул настоящий Малфой. Поттер кивнул, пряча ликующий взгляд. В его коллекции тайн одной зельеварческой станет больше. - И всё-таки я вынужден настаивать – что вы помните последнее? – доброжелательно поинтересовался Дамблдор у лже-Драко, который наконец сел, как подобает воспитанному человеку, но кончиками пальцев стал массировать себе виски. - Ничего... кажется, большой зал… кресло… Поттера помню... - простонал несовсем-мальчик, низко склоняя тяжёлую голову. - Почему из всего происшедшего вы умудрились запомнить именно его? – возмутился Снейп, от которого не укрылись многообещающие перемигивания учеников. Настоящий Драко Малфой заметил чересчур пристальное внимание, нахмурился и придвинулся ближе к Поттеру. - Может, потому что я тащил его сюда на себе? – съязвил Гарри, оставляя манипуляции Малфоя без внимания. - Я вас уже пять лет тащу на зельях, а не уверен, что вы меня вспомните после выпуска! - Можете поверить, уж вас я до смерти в кошмарах видеть буду... и уроки ваши тоже… - по привычке пробормотал Поттер, как делал на уроках Зельеварения. - Десять баллов… - Северус, - одёрнул Дамблдор Снейпа. – Зачем так радикально? Мальчик и так в шоке после случившегося. - В таком случае он в шоке уже пять лет… - Северус! Перестань! - А почему я не могу быть в шоке? Там у меня на глазах Волан-де-Морт помер – мир его праху, а змея… ту вообще ещё и выпотрошило! Вон Малфой не даст соврать! В комнате поднялся жуткий гвалт – каждому вдруг стало важно высказать своё мнение и именно сейчас. Пока Дамблдор не хлопнул ладонью по столешнице и не проорал: - Тихо! Все замолкли. Поттер и Снейп скрестили неприязненные взгляды, фыркнули и демонстративно отвернулись. - Малые дети… - пробормотала Минерва, залихватски опрокидывая в себя выданное зелье. Её лихорадочно блестевшие глаза помутнели, а улыбка из нервной превратилась в расслабленную. - Я думаю, что нам не стоит мучить мальчика допросами, а лучше вернуть ему природный облик, - резюмировал Дамблдор, глядя на страдания лже-Драко, который грозился вот-вот упасть лицом в пол и больше не подниматься. Или же доломать школьное имущество, на котором он то ли низко сидел, то ли высоко лежал. - Только после транформации мы тем более не узнаем причины её возникновения. Разве что Минерва поработает переводчиком… - хмыкнул Снейп, бросая косой взгляд на коллегу. - Я сомневаюсь, Северус, что кот мне тут же выложит всё: посмотри, в каком он состоянии сейчас. А после будет ещё хуже! - И всё-таки, Минерва, я думаю, стоит рискнуть, - Дамблдор посмотрел на настоящего Драко из-под очков-половинок. – Мистер Малфой, вам лучше дотронуться до своего двойника. Блондинчик боязливо приблизился и ткнул пальцем в лже-Драко, сразу отпрыгивая подальше. И тут же, где только что сидел бледный, почти умирающий мальчик, раскинул лапы и свесил хвост большой рыжий кот. Выглядел он из лап вон плохо: местами шерсть его свалялась, а кое-где её покрывала корка засохшей крови. Вдобавок к этому он тяжело дышал, будто бы ему не хватало воздуха. И периодически облизывал нос. - Бедный котик… - Гарри уже протянул руку, чтобы погладить замученное животное. Живоглот всегда сам напрашивался на ласку. - Поттер, не дотрагивайтесь до него! – от окрика зельевара Гарри дёрнулся, но ладонь послушно убрал. – Я не горю желанием любоваться с утра на ваши прелести! - А прелести Малфоя вам, значит, ласкали взгляд?!! – вскинулся мальчик, но пододвинулся к Драко поближе. То ли чтобы спрятаться, если что, то ли просто показывая, кому эти самые прелести принадлежат. - Хватит! – Дамблдор хлопнул по столешнице. – Минерва, будь добра… Профессор Трансфигурации кивнула и тут же обернулась кошкой. Но сколько она не мяукала, Живоглот лишь тяжко вздохнул, пошевелился, лёг удобнее и уткнулся носом в сиденье стула. МакГонагалл трансформировалась обратно, пожимая плечами. Не сработало. Тишина в комнате угнетала. Даже мальчишки перестали шушукаться и только сочувственно смотрели на больное животное. - А может, его отнести к мадам Помфри? – нерешительно подал голос Гарри. – Умрёт же, пока мы узнаем, кто и что с ним делал… - Интересно, Поттер, как вы его нести будете? Стоит до него дотронуться, и кота нет, а есть два Поттера… - Снейп, может, и хотел посмаковать такую ситуацию, но вдруг представил, каково это – два Гарри Поттера и за обоими – глаза да глаз. И передёрнулся весь от такой перспективы. – Какой ужас! Тут с одним едва справляешься… - А Чары Левитации, между прочим, на первом курсе проходят… - протянул Гарри ехидно. Снейп уже открыл рот, чтобы наградить наглеца уничижительной репликой, но Дамблдор веским: «Хватит!» прервал начинающуюся полемику. - Боюсь, мой мальчик, мы не можем отнести его мадам Помфри: вокруг неё слишком много народу и кто-то обязательно полезет погладить котика. И предсказать, кто это будет… сам понимаешь… Гарри кивнул. Зельевар в задумчивости сидел и смотрел в одну точку. А когда задумчивость его достигала просто невиданного размаха, он обычно начинал прищёлкивать пальцами. Об этой милой привычке знали все, кроме, естественно, виновника. Щелчки невероятно злили всех, начиная от спокойной МакГонагалл и заканчивая котом, который раздражённо дёргал кончиком хвоста. - А когда, вы говорите, это началось? Дело в том, что кот, предположительно этот… вначале пробрался в класс зельеварения и чуть не утопился в зелье Гойла… а потом вообще какая-то чертовщина была… я рассказывал вам, Альбус… да и Поппи жаловалась… - Зелье Гойла? – переспросила МакГонагалл. – Слизеринца? Обычно они у вас в зельеварении просто асы! И поголовно с врождёнными талантами к зельеварению! - У вас же, Минерва, Лонгботтом тоже почти отличник… - вернул шпильку Снейп и вздохнул. – Они друг друга стоят. Только я проверял зелье… само по себе это набор испорченных ингредиентов… не зелье, а нечто брошенное недоваренным. Не то суп, не то микстура. Не разобрать… что-то должно было послужить толчком… но я уверен, что зелье никто не крал… В кабинете снова застыла тишина. Старшие маги, наморщив лбы, думали. Младшие – тихо дремали, склонив головы друг на друга, однако со стороны это выглядело, будто они тоже усиленно думают над решением проблемы. - А если не крал, а сначала напоил кота? Например, валерьянкой? Я бы не говорила, если бы два обормота-гриффиндорца не пытались такое проделать со мной – они, видите ли, в темноте меня с миссис Норрис перепутали! Я их, конечно, тогда наказала. И за издевательство над животными, и за запах алкоголя… и не смотри на меня так, Северус, думаешь, я не знаю, что устроили твои слизеринцы после матча с Когтевраном в раздевалке? Флинта команда до спальни на руках тащила… хм-м… мелкими перебежками! А, тем не менее, ты его не исключил. Вот и я объявила своим строгий выговор! Они мне клялись, что больше такого не повториться! Ну что же – я теперь знаю, как на них воздействовать… И она мстительно потянула на себя лист чистого пергамента с директорского стола. - Валерьянка, говоришь? – Снейп поморщился, потом вздёрнул одну бровь. Через три гениальные мысли к первой поползла вторая. – Может быть… очень может быть… но… О, Мерлин… количество настойки должно было просто огромным! Надеюсь, ты придумала им что-то на редкость заковыристое! Я – сейчас! Через две четверти часа, когда задремали не только мальчики, но и директор с котом на пару, зельевар вернулся с дымящейся пробиркой, от которой за пару ярдов несло едким запахом кошачьей мочи. И вот тут появилось новое препятствие: как напоить этим, весьма ароматным зельем кота, не притрагиваясь к нему? Снейп предложил подвесить чарами Левитации, с помощью подручных средств (сабли, подаренной ещё Каркаровым на Тремудром Турнире) раскрыть челюсти и залить средство. Впервые ученики наблюдали, как проявляется кошачья сущность в человеческом обличье декана Гриффиндора: она завизжала, из глаз чуть ли искры не посыпались, и она бросилась выцарапывать коллеге-садисту « бесстыжие его глаза». Снейп бодро лавировал по кабинету между стульев и кресел, делая вид, что это у него утренняя проходка, а не улепётывание от рассерженной коллеги. Дамблдор, устало подперев голову рукой, терпеливо ждал, когда к его преподавателям вернётся зрелое отношение к жизни. - Профессор, а можно попросить у вас блюдечко? – Гарри неловко переминался с ноги на ногу. - Конечно, мой мальчик. Иногда самыми верными становятся самые простые решения, а гениальный ум пасует перед по-детски простым отношением к жизни. Гарри при помощи Драко налил лекарство от многоликости в блюдце и подсунул под нос ослабевшему животному. Живоглот принюхался, слабо мяукнул и принялся жадно лакать хоть какое-то питьё. Конфликт деканов исчерпал себя сразу, как только стало ясно, что теперь история с превращениями кота стала всего лишь историей, которой можно побаловать своих родных у камина каким-нибудь особенно холодным вечером. - Мы, может, отнесём Живоглота к мадам Помфри? – Гарри вернул блюдечко директору, и они с Драко уже в две руки гладили многострадального кота, то и дело встречаясь ладонями в густой шерсти. Взрослые наблюдали эту пантомиму молча и кто как: МакГонагалл смотрела с плохо скрываемым скепсисом, Дамблдор улыбался, впрочем, что совсем неудивительно, а вот на лице Снейпа эмоции сменяли друг друга. - А что скажет ваш отец, мистер Малфой, когда узнает, что вы с Поттером вместе носите кота в Больничное Крыло? – Гарри нахмурился и уставился на профессора зельеварения с обидой, вероятно, поняв всё по-своему. - Какая разница, что думает отец, если я придерживаюсь Семейного Кодекса. А там сказано: «Наследник может встречаться с человеком своего пола, если этот человек обладает выдающими материальными благами или социальным статусом…». Надеюсь, в статусе Гарри Поттера никто не сомневается? Национальный Герой – куда уж выше? - А если бы я им не был? – теперь уже Гарри дулся на Драко и на его меркантильный подход к едва зарождающимся отношениям. - О, ты не знаешь всех этих семейных кодексов: там всегда есть лазейка, куда пролезет всякий желающий… - Вот-вот! И я об этом говорю! Вы вообще представляете, куда лезете, Поттер? - Вам-то что за дело? - Действительно, Северус, оставь детей в покое, - нахмурилась в свою очередь декан Гриффиндора. Директор всё также безмятежно улыбался. - Какое мне дело? – Снейп угрожающе навис над Гарри. – Я поклялся вашей матери, что буду приглядывать за вами! Вы могли бы быть моим сыном! А вы только вышли живым из одного… приключения, как сунете голову во второе! Вас же обдерут как липку! Для таких, как Малфои, вы – лёгкая добыча! - Крёстный! – возмутился Драко. – Никто не посягает на Поттеровские сейфы – мы просто отнесём кота… - Это сейчас не посягает! Но никто не говорит, что так будет и дальше! За тебя я спокоен: ты пока ещё дитя… - Вас так волнует моё благосостояние? – Гарри подошёл ближе к зельевару. Дождался еле заметного кивка. – Тогда вы и проследите, чтобы никто сироту не обидел! И Гарри сунул в руки Снейпу маленький золотой ключик, неотличимо похожий на ключ от Гринготтского сейфа. Если бы профессор не был в таком шоке, он бы, без сомнения, применил свои выдающиеся ментальные способности и быстро бы выяснил, что пространство, запираемое этим ключом, наполнено не деньгами, но вещами, тоже очень ценными для любого подростка. Он отпирал шкатулку, где Гарри прятал от соседей по спальне свою коллекцию журналов фривольного содержания. Увы, он знал не понаслышке, как растворяются в пространстве самые разнузданные… нет, конечно же, самые интересные номера. Но пока Снейп хватал ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова, мальчики подхватили кота и побежали к Больничному Крылу. А дальше на Астрономическую башню любоваться рассветом, ну и… попрактиковаться в облизывании Хорьков. До завтрака ещё оставалось два часа. А директор так и улыбался: теперь и в отставку можно. Попутешествовать по миру, заняться выращиванием поющей клубники и только издали наблюдать за, без сомнения, счастливой жизнью дорогих ему людей. -оОо- Утро в школе чародейства и волшебства началось не с завтрака, не с заспанных физиономий учеников, а с визита. Не министра, не председателя Совета Попечителей или представителей аудиторской компании. Пухлая рыжая женщина в видавшем виды ситцевом платье вышла из камина в тот самый момент, когда в своих постелях завозились, просыпаясь, самые ранние «пташки». И никто даже не заметил, что извечных смутьянов и балагуров, близнецов Уизли на завтраке не было. Но вот что было в кабинете директора… о, об этом ни один, ни второй рассказать бы не захотели и под страхом ещё одного наказания! А Молли Уизли знала толк не только в здоровой и вкусной еде, но и в воспитании своих порой неуправляемых отпрысков. - И всё лето вы проведёте не в играх и развлечениях – вплоть до первого сентября вы работаете в приюте для бездомных животных! Может, хоть так я научу вас заботиться о тех, кто слабее, а не издеваться над ними! Так делают только трусы! А я верила, что рожала кого угодно, но не трусов и не подлецов! Братья стояли, понурив головы – они уже расписали своё лето буквально по дням. Навестить друзей в Ирландии, съездить на квиддичный матч Болгария-Уэльс и, конечно, разжиться некоторыми не совсем легальными ингредиентами, побывав в румынском драконьем питомнике у Чарли. И такой облом! Они переглянулись и пожали плечами – с матерью они бы ещё поспорили, в конце концов, подлизались, но с деканом такой номер никогда не проходил. Да ещё перед последним годом обучения… дураков нет! -оОо- Следующий день Живоглот уже встретил на своих четырёх, но предпочёл не бежать в башню, сломя голову, а разлёгся на подоконнике Больничного Крыла и грелся на солнышке, неторопливо рассказывая Хогвартсу умозаключения по своим совсем не кошачьим приключениям… - Я всё-таки думаю, что именно смерть той змеюки так повлияла на меня – ведь в тот момент я был ею… Хогвартс внимательно слушал – как и любое магическое здание он любил истории с волшебством, но только со счастливым концом. Правда, до конца в тот раз дослушать не удалось: Гермиона со слезами радости, что её питомец выжил в неравной борьбе с силами Зла, ворвалась в Больничное Крыло и долго тискала кота, в избытке чувств целуя наглую рыжую морду. На этом наша история и закончилась. Жили все они долго и счастливо. Хогвартс, подтверди!