Что бы я без тебя делал...

Благодаря Дамблдору Гарри оправдали. Вернувшись на площадь Гриммо, волшебник испытал на себе все буйство радости друзей по этому поводу, однако в последующие дни Гарри волей-неволей заметил, что один из обитателей дома двенадцать на площади Гриммо не преисполнен веселья по поводу его скорого возвращения в Хогвартс. Узнав, что Гарри оправдали, Сириус, конечно, постарался изобразить радость: крепко-крепко стиснул ему руку, сиял улыбкой, как все остальные. Вскоре, однако, он сделался угрюмей и нелюдимей прежнего, ещё меньше со всеми разговаривал, даже с Гарри, и всё больше времени проводил взаперти с Клювокрылом в комнате своей матери. — Только не вздумай винить в этом себя! — жёстко сказала Гермиона, когда Гарри через несколько дней поделился с ней и Роном своими ощущениями. Они в это время оттирали заплесневелый буфет на четвёртом этаже. — Твоё место — в Хогвартсе, и Сириус прекрасно это знает. Я лично считаю, что он ведёт себя как эгоист. — Ты слишком к нему строга, — хмурясь, заметил Рон, который пытался отковырнуть накрепко приставший к пальцу кусок плесени. — Представь, что тебе самой пришлось бы торчать тут в одиночестве. — Не в одиночестве! — возразила Гермиона. — Здесь как-никак штаб-квартира Ордена Феникса! Он просто тешил себя надеждой, что Гарри станет жить здесь с ним. — Вряд ли это так, — сказал Гарри, выжимая тряпку. — Он ушёл от ответа, когда я спросил, можно ли будет у него поселиться. — Просто он не хотел слишком уж сильно себя тешить, — мудро рассудила Гермиона. — И он, вероятно, сам чувствовал себя немного виноватым, потому что отчасти действительно хотел, чтобы тебя исключили. Тогда вы оба стали бы отверженными. — Перестань! — в один голос воскликнули Рон и Гарри. Гермиона пожала плечами: — Как вам угодно. Но иногда я думаю, что мама Рона права: Сириус путает тебя с твоим отцом, Гарри. — По-твоему, он что, чокнутый? — с негодованием спросил Гарри. — Нет, по-моему, он просто очень много времени провёл в одиночестве, — бесхитростно ответила Гермиона. Этот разговор никак не шел из головы молодого волшебника, тем более, что он действительно соврал друзьям: Сириус открытым текстом сказал ему, что был бы рад, если бы Гарри остался у него. Улучив момент, когда все были чем-то заняты и на него никто не обращал особого внимания, волшебник поднялся на третий этаж. Немного помявшись возле закрытой двери, он робко постучал. - Идите нахрен, не хочу никого видеть! - раздался изнутри злой голос и в дверь с той стороны ударилось, разлетевшись вдребезги, что-то стеклянное. Гарри предположил, что это была очередная пустая бутылка и предпринял еще одну попытку: - Сириус, это я, Гарри, открой... - попросил он тихо. Дверь сразу отворилась. Переступив через осколки, Гарри вошел в спальню леди Вальбурги и прикрыл за собой дверь. Сириус смотрел на него из-за завесы спутанных волос. Клювокрыл лежал на кровати, отвернувшись от волшебника. Должно быть, ему не нравился запах огневиски, исходящий сейчас от Блэка. - Сириус, я понимаю, что ты чувствуешь... - Неужели? - спокойно спросил крестный, не отрывая от Гарри странного взгляда. Юноша поежился. - По крайней мере, мне так кажется. Послушай... я тоже хотел бы остаться с тобой здесь, но я должен закончить образование. Но это совершенно не значит, что мне... что... - Гарри сдался и закрыл лицо руками. В комнате воцарилось молчание. Блэк продолжал смотреть на крестника, который, не в силах выдержать его пристального взгляда, не отнимал ладоней от лица: - Сири, ты мой самый близкий человек, - вновь заговорил он, - и мне бы хотелось сделать тебя счастливым. Мне очень больно от того, что ты закрылся от меня. Ведь я не виноват, что меня оправдали... - Гарри, - мужчина вдруг оказался рядом с юношей и привлек его в свои объятия, - я тебя ни в чем не виню. Просто мне в последние дни достаточно паршиво, вот и все. Молодой человек осторожно обнял крестного за талию и, подняв голову, заглянул ему в лицо. Сириус смотрел на него с нечитаемым выражением, и Гарри отчетливо захотелось попробовать его яркие губы на вкус. Блэк не шевелился. Его затуманенный алкоголем мозг из последних сил сражался с горячим желанием, которое мужчина испытывал всякий раз, оставаясь наедине с крестником. Конечно же, он понимал, что Гарри - не Джеймс. Но от этого было не легче. В конце концов он пришел к компромиссу между совестью, благоразумием и сводящим с ума желанием, решив, что не будет делать первый шаг, хотя, по логике, опытному мужчине было бы легче сделать его. В какой-то мере Блэк перекладывал ответственность за данное решение на плечи юноши, что не делало ему чести, но Сириус опасался, что если сам он выступит инициатором каких-либо отношений с Гарри, мальчик примет их из страха обидеть крестного или еще каких-нибудь соображений, что было бы неприемлемо. - Сири... - почему-то шепотом позвал Гарри, - Ты хочешь... чтобы... мы... - Только если ты сам этого хочешь, малыш, - ответил крестный, поглаживая основание шеи Гарри, что посылало по телу молодого волшебника толпы мурашек. - Да, - едва слышно выдохнул юноша, неотрывно глядя в ярко-синие глаза Блэка. Волшебник осторожно взял Гарри за подбородок и невесомо коснулся приоткрытых губ, не закрывая глаз и продолжая внимательно смотреть в глубину ярко-зеленых омутов напротив. - Спасибо, Гарри, - выдохнул он в губы Поттера. - За что?.. - За твою нежность. За доверие. За... - Любовь? - Гарри улыбнулся. - За нее иначе благодарят. - Хулиган, - усмехнулся Блэк, - но ты понимаешь, что у нас ничего не может быть большего, чем поцелуи?.. - Почему? - нахмурился юноша. - Потому что ты под надзором. Пока тебе не исполнится шестнадцать, Министерство отслеживает твои сексуальные контакты. Представь, как они будут рады, узнав, что ты спишь с беглым преступником?.. - невесело усмехнулся Бродяга. - Так что придется нам немного подождать, - закончил он, подмигивая.

***

Несмотря на то, что отношения между Гарри и Сириусом оставались в рамках целомудрия, обоим стало значительно легче на душе. Под недовольными взглядами миссис Уизли, волшебники проводили почти все время вместе, будто невзначай соприкасаясь руками или коленями, устраивая бои подушками или мини-квиддич в парадном зале особняка, словом, проводили последние дни каникул Гарри с большим удовольствием. В большинстве забав к ним присоединялись близнецы и Джинни, что делало их еще более веселыми. А вечерами Гарри и Сириус дожидались, когда все уснут, и сидели у камина в гостиной, трогательно обнявшись. В последний вечер перед отъездом Гарри в школу, Сириус был особенно молчалив. Крестник ластился к нему как котенок, но это, кажется, только еще больше печалило мужчину. Наконец Гарри не выдержал: - Сири, да что с тобой сегодня?.. Мы же договорились, что будем общаться через сквозное зеркало. Да и на каникулы я обязательно приеду к тебе. - Я знаю, Гарри... знаю... прости, малыш, - мужчина отвернулся и уставился в огонь камина. Блэк сидел на ковре, привалившись спиной к дивану, на котором лежал Гарри, свесившись и обнимая его за шею. Юноша вдыхал запах кожи и волос крестного, терся носом об его ухо, смешно сопя и изредка касаясь губами и языком чувствительной мочки, от чего волоски на теле мужчины стояли дыбом. Шаловливые руки юноши проникли под расстегнутую на груди рубашку и накрыли горошины напряженных сосков. - Что ты творишь? - усмехнулся Блэк, едва удерживаясь, чтобы не застонать от этих дразнящих прикосновений. - Ты знаешь, я подумал... - мурлыкнул Поттер, - и пришел к выводу, что если Министерство до сих пор не уличило нас с тобой из-за того, что я каждый день дрочу на твой светлый образ... - Блэк хохотнул, - то если мы с тобой... сделаем это вместе... наверное, они тоже не узнают?.. Сириус подавился вдохом: - Чего-чего?.. - Давно мечтаю увидеть тебя, Сири, - сообщил Гарри, сильнее сжимая соски крестного и ерзая на диване от предвкушения. Он в последний раз провел рукой по рельефному животу Блэка и нехотя отстранился, усаживаясь на диване и оттягивая резинку пижамных штанов, из-за которой уже показался его напряженный член. Обернувшийся на тихий стон крестника мужчина увидел, как Гарри ведет рукой вдоль напряженного ствола и на кончике его члена сразу же появляется прозрачная капелька смазки. Гарри облизал пересохшие губы и открыл глаза, зрачки в которых почти полностью затопили радужку. На щеках юноши играл румянец. Розовая головка то скрывалась в его кулаке, то вновь появлялась, поблескивая в неверном свете нескольких свечей. Сириус почувствовал, как кровь стремительно приливает к паху, делая его излюбленные джинсы слишком тесными. Гарри снова облизал пересохшие губы и попросил: - Пожалуйста... дай мне посмотреть... Блэк одним слитным движением поднялся с ковра и резко вжикнул молнией. Гарри вздрогнул и снова облизал губы. Весь его облик олицетворял нетерпение. Рука юноши сжала пенис у основания, выдавая его крайнюю степень возбуждения. Блэк слегка приспустил штаны вместе с бельем, высвобождая налитой член. Гарри не смог сдержать стона, глядя на это великолепие: плавный изгиб, который повторяли проступившие вены, полностью показавшаяся из крайней плоти крупная головка, поджавшиеся к основанию тяжелые яйца. Сириус опустил руку на свой член, пожирая Гарри глазами. - П-повернись, малыш... - хрипло попросил он, водя рукой по напряженному стволу. Гарри повернулся к нему спиной, спуская пижамные штаны вниз, и, облокотившись о спинку дивана, прогнулся в пояснице. Настала очередь Сириуса не сдержать отчаянный стон желания. От этого звука Гарри едва не кончил. - Сири, я хочу видеть тебя... - жалобно попросил юноша. Блэк взмахнул палочкой и наколдовал большое зеркало в массивной раме, зависшее в воздухе таким образом, что Гарри мог видеть и себя, и Сириуса, рука которого мелькала над налитым членом, а глаза неотрывно следили за движениями Гарри. Волшебник протянул вторую руку и нежно погладил смуглые ягодицы крестника, осторожно провел указательным пальцем в ложбинке между ними, правда, не прикасаясь к сжатому анусу, и невесомо дотронулся до бархатистых яичек. Юноша судорожно вдохнул и со стоном кончил, оставляя на шелке обивки влажное пятно. Затем резко развернулся к крестному, и не успел тот отреагировать, как Гарри обхватил его одной рукой за мускулистые ягодицы, второй отвел в сторону руку, которой мужчина ласкал себя, и прижался лицом к подрагивающему члену, касаясь языком яичек. Сириус сорвался в оргазм, заливая лицо крестника спермой. Гарри переждал, пока пройдут сладкие судороги, и, отстранившись, вытер лицо полой пижамной куртки. - Хорошо, что я очки снял раньше, - усмехнулся он.

***

Приведя одежду в порядок, волшебники снова устроились на ковре возле камина. Гарри положил голову на колени Сириуса и смотрел в огонь. Блэк усмехнулся: - Не думал, что у меня такой испорченный крестник. - Еще скажи, что тебе не понравилась моя идея, - хмыкнул Поттер. - Нет, отчего же, - судя по голосу, Блэк улыбался, и Гарри поздравил себя с этой небольшой победой: впервые за вечер. - Гарри, ты понимаешь, что наши отношения должны остаться в тайне?.. - Почему? - Иначе я перестану быть твоим опекуном в мгновение ока, - серьезно ответил Блэк. - Молли и компания устроят это, как только поймут. Пока ты несовершеннолетний, Гарри, придется держать все в тайне. - Ну и ладно, - легко согласился юноша, - Будет у нас с тобой тайна. На двоих. Я хочу, чтобы у нас теперь все было на двоих. Почему бы не начать с тайны?..