Пролог.
8 сентября 2015 г., 22:32
Бэкхену 19, а Чанелю только-только 18 стукнуло. Первый — студент-первокурсник с медицинского, который в этом медицинском пару раз от силы и был. Второй — школьник, который готовится ко вступительным.
Оба молодые и слегка взбалмошные, но только по природе разные. Омега Бэкхен ни одну течку не проживает без альфы — у него всегда кто-то есть. Он любит дорогую одежду и клубы, красиво подводить глаза и вилять попой, а так же своих до задницы богатых родителей. Альфа Чанель — скромный парень, до сего момента даже нормально не целовавшийся. Живет он довольно спокойно, и предпочитает шумным компаниям тихое уединение.
Просто потому, что Бэк в восторге от людей, а Чанель всех окружающих ненавидит.
И это самый обычный холодный февральский вечер, просто Пака так не вовремя потащили в клуб — у его вроде-как-друга день рождение. Альфа отнекивался до последнего, однако, на один вечер же можно, да?
А Бэкки наоборот, так вовремя притащил в то же шумное заведение своих друзей. У омеги проблемы: сотый по счету выговор в институте и размолвка с очередным альфой в преддверии течки, и перед глазами парня сейчас горит ярким пламенем только одна цель — найти нового.
Просто Чанель так не вовремя попадается Бэкхену на глаза, и в ту ночь Бэкки считает его самым красивым и прекрасным на земле — высоким и с широкой улыбкой. Пак снова отнекивается, даже когда его затаскивают в кабинку туалета и нагло целуют, а потом трутся аппетитной задницей о стоящий колом член.
Ель представлял все не так, далеко не так. Он хотел чего-то более домашнего и уютного, а не перепих в кабинке туалета какого-то странного ночного клуба, но Бэкхен делает все сам. Встает на колени и пошло облизывается, заставляя просто простонать в голос — хотел не хотел, а организм требует.
Так начались их неуклюжие вроде-как отношения.
Родители с обоих сторон были категорически против. Родители альфы считали, что вредный и жутко требовательный Бэкки высосет из их сына все соки, а так же не сможет даже нормально воспитать ребенка. Родители же омеги наоборот думали, что «высасывать» тут собрался именно Пак Чанель, разве что не силу, а деньги из их замечательного сыночка.
И оба неблагодарных отпрыска трахаются в комнате Чана, пока родители, мирно попивая чай на первом этаже, думают как же разлучить глупых детей.
Они не разлучаются еще несколько недель, просто однажды вечером, когда родители Еля так удачно сваливают по делам, Бэк заваливается к нему веселый, пьяный, но, главное, полностью готовый. Течной омегой несет за версту.
У Чанеля нет сил спрашивать, где его любимый был до сего момента и когда успел нахрюкаться — его не волнует. Важно лишь то, что подобные вечера ни чем хорошим не заканчиваются.
Единственное — в этот раз отнекиваться получается очень плохо и вяло — запах Бэка сносит крышу к херам. А Бэкки и не против. Ластится, трется, и подмахивает задом, в голос охая и ахая, требуя внутри себя чужой плоти.
Последствия накрывают ледяным душем через пару недель, когда Бэкки — жутко вымотанный и бледный, сообщает о беременности.
Родители рыдают в голос. Отец Бэка верещит и слюной брызжет о том, что Пак, гребаный, Чанель, добился своего — обрюхатил его сына. Папа Чана плачет навзрыд, ибо у его крохи «больше не будет нормальной жизни».
Встречаться они перестали, когда Бэк был на пятом месяце. Разошлись обоюдно, так и не решив, что делать с ребенком.
Чанель по началу и правда думал, что любит этот сладкий карамельный запах Бэкхена, его красивые глаза и мягкую задницу. Бэкхен всегда считал, что его Чанни до конца жизни будет таким — высоким и с широкой улыбкой.
В жизни разочаровались оба.
Чанелю — 19, Бэкхену — 20. У первого на руках маленький сын, а второго выгнали из университета.
Чанель больше не улыбается. Бэкхен не подводит глаза.
Пак не поступил в университет, а еще он не может даже найти нормальную работу. Бэкки разругался с родителями из-за того, что отдал внука, и теперь он больше не носит модную одежду.
Чанель не требовал ничего от Бэка. Ни денег, ни помощи. Он не требовал внимания к сыну, потому что знал — Бэк не хотел сына. Ель тоже не хотел. Хотя, тут правильней будет «не планировал».
А Бэк и не планировал хотеть.
Пак Минсок — странное имя, но Чану нравится. Он всегда искренне улыбается, смотря на свой — теперь уж точно свой — комочек счастья. Он божится перед родителями, что обязательно воспитает своего маленького альфу так, как следует. Что встанет на ноги и закончит учебу, а потом еще и нормальную работу найдет.
Родители не столько верят, сколько любят, именно поэтому помогают сыну — присматривают за ребенком и дают деньги. Чанелю большего и не надо.
Пак Чанель больше не улыбается. За него улыбается Пак Минсок.
