Не в этот раз.

От автора: Вообще, я рыла довольно много всякой ереси, но эти трое запомнились мне больше всех.( а вообще, извините, если фигово вышло – я щас отхожу от стресса после ЕГЭ – во второй волне сдавала) Дверь резко распахнулась, всколыхнув плотные шторы, и в номер вломился мрачный и помятый Брагинский. ФСБ, которую на собрание, само собой, не пустили, окинула начальника слегка удивлённым взглядом и отложила книгу. — У вас там что, драка была? – скрывая любопытство, поинтересовалась она. Россия с видом великомученика прошествовал мимо спецслужбы и оккупировал стоящее в тёмном углу кресло. — Хуже, — брезгливо поморщился он, — Америка предложил подвезти до отеля. И из-за всей этой «политики перезагрузки» пришлось согласиться. — Ну и что? Он же неплохо водит, — девушка криво усмехнулась, — По крайней мере по сравнением с тем «тест-драйвом», что ты устроил мне 2-го января. Иван посмотрел на неё как на душевно больную. Ну кто же оценивает действия человека в праздники? Правильно, Милиция. Ой, то есть уже Полиция. — Он всю дорогу орал и жестикулировал. — Подумаешь, — скучавшей в номере несколько часов к ряду ФСБ было по-прежнему скучно. – Вспомни Новый год на Красной Площади. — Сань, что ты несёшь? – рыкнул Брагинский, показывая, что не намерен продолжать словесную баталию, — Я не настроен слушать всякий бред ещё и от тебя, и просто до возмутительного трезв. Кстати, тут есть что-нибудь выпить? — Даже если и есть, на чужой территории я тебе нажраться не дам, – предостерегающе объявила ФСБ. На её памяти уже был инцидент, включающий в себя водку и неподобающее поведение на территории Европы. Правда в тот раз дело происходило на территории Англии, и сам Артур нализался гораздо крепче. И его полуголый марш по зданию советов запомнился всем гораздо больше России, несущего пьяный бред с абсолютно трезвым видом. — Ладно, — как-то слишком быстро согласился Иван. Проследив его взгляд, упирающийся в противоположную стену и обещающий ей прожечь в обоях дырки, спецслужба пересела поближе. — Нет, правда, что-то случилось? Мужчина окинул её мрачным взглядом, словно оценивая, стоит ли с ней вообще заговаривать, и безрадостно изрёк: — Я не могу понять, что располагается на пограничных со мной территориях: детсад, или дурдом. Александра обречённо вздохнула. Поведение стран, состоявших в СССР, от года к году становилось «всё чудастее и чудастее», и невероятно раздражало. — И кто чудил на этот раз? – устало поинтересовалась она. — Проще сказать, кто не чудил. Девушка склонила голову на бок, прикидывая, какие из тех планов «антироссийской» агитации, известных ей, могли быть озвучены на этом собрании. — Ну тогда, кто чудил больше всех? — Даже не знаю~, — Россия перевёл взгляд со стены на потолок, такой идеально белый и гладкий, что кажется куском пластмассы. – Там в пору рейтинг составлять, все хороши. — А давай составим! – ухватилась за возможность вывести беседу из депрессивного русла ФСБ, — Ну знаешь, как в музыкальных хит-парадах, – она вытащила из стоящей на полу сумки блокнот и ручку, — Говори, кто у нас первый претендент? Претендент №1: Аккуратно опустив крышку ноутбука, со своего места поднялся Эстония и почтительно кивнул присутствующим. — Здравствуйте, я хотел бы сделать заявление, — размеренно сообщил он, глубоко вздохнул, и с каким-то несвойственным ему запалом продолжил, — Несмотря на то, что военная отрасль моей страны последние годы целенаправленно развивается, я хотел бы попросить у членов НАТО поддержки, на случай возможного нападения со стороны России. В свете российско-грузинского конфликта 2008 года. В стане постсоветских стран кто-то хихикнул, послышался шепот «в этом весь Эстония. Три года думал». Эдуард скрипнул зубами, но на подначки не отреагировал. — Так же я хотел бы разрешить у себя в стране ношение огнестрельного оружия простыми гражданами. Это позволило бы задержать русские танки и подразделения в определённом районе, до прибытия Вашей (НАТО) помощи. — Извини, что прерываю, — с крайне дружелюбным видом, от которого у некоторых слабонервных волосы на затылке дыбом встали, встрял Россия, — Но ведь учитывая, что современные танки могут развить скорость около 100 км/час. Из Пскова в Таллин, таким образом, 2-3 часа ходу. За это время твоя армия не сумеет даже сориентироваться, да и что может сделать против танков вооружённый пистолетом горожанин? – с каждым словом лицо Эстонии становилось всё белее и белее, приближаясь по цвету к вороту рубашки. – Сколько по-твоему часов понадобится ребятам из НАТО, чтобы собраться и приехать тебе на помощь? — Это угроза? – почти с надеждой спросил Эдуард, нервно косясь на своих «товарищей» из НАТО, которые боязливо переглядывались, и старались отсесть подальше. — Нет, что ты, — легкомысленно отмахнулся Иван, — Просто размышление, стоит ли вообще поднимать эту тему. — Вот псих! – присвистнула ФСБ, — Не ожидала от него. Всегда самым разумным из троицы казался. Может ты его напугал чем? Россия устало ухмыльнулся. — Да, наверное. Но тут уж виноват Швейцария. Они с сестрёнкой додумались – поставили на входе в зал металлоискатель и объявили, что никого не пропустят, пока все не сдадут оружие. — И ты, помимо этого несчастного крана, вывалил им на стол всю военную базу, что сныкал под пальто? – в голосе Александры плескался почти детский восторг, когда она представила, какие глаза были у того же Америки, не говоря уже о прибалтах, когда Иван принялся выкладывать свои «средства обороны». Начиная автоматом Калашникова, и неизвестно чем вообще заканчивая. — Почему же всю?— наигранно обиделся Брагинский, — электрошокер и резиновую дубинку я оставил. — Ладно, поехали дальше, — обескуражено покачав головой скомандовала ФСБ. Претендент №2: Со своего места, дрожа от кончиков ботинок до белобрысой макушка, поднялся Латвия. — Извините пожалуйста, — пролепетал он, — Я знаю, что вы запретили въезд на территорию Евросоюза белорусских должностных лиц и хотел бы попросить, применить те же санкции и по отношению к российским. В зале повисла тишина, прерываемая лишь стуком дрожащих пальцев маленького латыша по столешнице. Все собравшиеся замерли с одинаковым выражением лица. — Ага, вот примерно такие лица у всех и были, — сообщил Иван, глядя на вытаращившую глаза спецслужбу, — Даже я обалдел. А малыш Райвис, как высказался – сразу бросился бежать из зала и чуть не врезался в металлоискатель… — Ну? – немного отойдя от шока и возмущения, продолжила «допрос» Александра, — Много ещё? Россия задумчиво вздохнул. — Не считая Армении и Азербайджана, подравшихся прямо в зале, под вопли Америки «Вау, женский реслинг!», ещё один. Претендент №3: Со своего места, уронив стул, подскочил невысокий смуглый паренёк лет 16ти на вид. Грузия. Он излучал такое воодушевление и (дурную) энергию, что казалось, если бы стул не отлетел в сторону – он бы на него вскочил. — Я требую, чтобы все страны изменили во всей документации название моей страны с Грузии на Георгию (Джорджию, на американский манер)! Я борюсь с советским наследием и это благое дело! – он возвёл указующий перст к потолку, изображая памятник самому себе. — Поддерживаю! – возопил США со своего конца стола, — Да будет Джорджия, во имя благих целей и моей демократии!!! Прибалты переглянулись и промолчали. Япония размыто высказался против, зато «за» высказалась Южная Корея, которой понравилось, как звучит новое название. — Грузия~, — протянул Россия, не особо надеясь, что его слова будут не то что поняты, а хотя бы услышаны. – Ты решил откреститься от принадлежности к СССР взяв название Американского штата. Что-то не тянет это на независимость. -А ты ничего мне не сделаешь!— запальчиво рявкнул юноша, найдя наконец, куда запрыгнуть, а именно – на стол. – Не дошли в 2008 твои танки до Тбилиси! И в этот раз не дойдут! — Да не шли мои танки на твой Тбилиси. Нужен ты мне со своим переходным возрастом, – обречённо буркнул Иван, но его никто не слушал – все бросились снимать со стола разбушевавшегося «Джорджию», наступившего на какие-то важные документы. — О! – радостно воскликнула ФСБ, — Похоже у нас есть чемпион! — Погоди, — загадочно улыбнулся Брагинский, — Давай устроим ещё номинацию «Вне постсоветского пространства». Как раз есть достойный претендент. Собравшиеся расходиться страны дружно замерли, когда выход им преградил маленький мальчик в матроске, направляющий в центр толпы пистолет. — Вы все безоружны, и ничего не сможете сделать, – холодно констатировал ребёнок, — Но если вы ВСЕ признаете меня государством – то сможете выйти отсюда живыми. Секунды тянулись как вечность. Кто-то просчитывал возможные варианты действий, у кого-то перед глазами, разноцветным потоком пронеслась вся жизнь. А потом вперёд вышел Англия и, вырвав у своего подопечного оружие, нажал на курок. На конце ствола появился яркий огонёк газовой зажигалки.