Дневник демона

Запись: Начальная. Всю жизнь считал ведение дневников уделом девчонок-подростков. Да поди ж ты! - в голову, отчего-то, взбрела бредовая мысль о ведении собственного. Несколько дней я крепился, но эта мысль обрастала все новыми и новыми аргументами в свою пользу. Да еще вспомнилось старое желание написать мемуары о нелегкой доле защитника родины. Смешно - дважды контуженные мозги остались вместе со старым телом на Земле, а желание написать мемуары осталось. Ворон, словно уловив души (?) смутные порывы, откуда-то притащил толстенную книгу в черном кожаном переплете. Как ему удалось притащить эту... эм... тетрадь, не знаю, но птица молчит как партизан на допросе. Я смутно представляю, как нужно вести личный дневник, но попытка не пытка. Вряд ли это сложнее сочинения крайне обтекаемого рапорта для начальства. Да и Корвус, в случае чего, мне подскажет - он умный, хоть и птиц. Думаю, будет очень забавно прочитать этот «труд» лет эдак за пятисот. Даже жаль, что вестись он будет крайне нерегулярно. Запись: Точка отсчета. Место, в котором я оказался, можно было охарактеризовать только одним словом - «пустота». Черное, эфемерное пространство без границ. В первое мгновение, как я очутился здесь, я был уверен в своей слепоте. Как бы я не открывал или закрывал веки, я не видел ничего - только сплошной мрак. Паниковать не стал - жестоко отучили еще в спецлагере. Да и зачем, если все самое плохое уже случилось? А потом увидел тусклое свечение. Оказалось, что светился я сам. После тщательного осмотра сделал неутешительный вывод о своей нематериальности. Ибо подсвеченные контуры, через которые видится все та же окружающая тьма, телом не назвал бы и наш штатный «уфолог». Ладно тело, но хотя бы полотенце дали бы, чтобы мне своей мужской гордостью не сверкать! Ладно я, мне стеснительность выбивали там же, где и панический страх, но другим то как быть? Женщинам вот, например? Или хозяевам сего мрака на любой пол глубоко плевать? К черту все! Пока раздумывал, куда пойти - не стоять же в одном месте? - в условной дали забрезжил свет, как у включенной на всю мощь настольной лампы. Туда, так туда. Мне, собственно, без разницы. Я шел сквозь тьму к горящему в дали свету, помня о искрометном «свете в конце туннеля». Дошел. И обомлев, застыл от шока. Ибо в кругу света, скорчившись словно от боли, сидел самый настоящий ангел. Вся его фигура - от стелющихся по «земле» белоснежных крыльев до закрытого ладонями лица - просто кричала о постигшем ангела горе. - Он умрет... Умрет ни за что... Я считал себя довольно таки черствым человеком - если дело не касалось детей, - но даже у меня сжалось сердце от этой картины. - Эй, - негромко окликнул небесное создание, мысленно ругая себя и свой вечный альтруизм абсолютно нецензурными словами. Плечи ангела дрогнули. - Что с тобой? - Он так юн, так чист... - Он повернул голову в мою сторону и я непроизвольно отшатнулся. В светлых глазах чистейшего сапфира была такая страшная боль, что... Ни одно живое существо не может испытывать ТАКОЕ и остаться в живых. С прекрасного лица на меня взглянула бездна. - Он обречен на муки... - К-то обречен? - с огромным трудом выдавил из себя, едва шевеля непослушными губами. - Нечистый кружит вокруг него, сужая круги, а я... - Ангел словно не слышал меня, лелея свое горе. Сапфировые глаза слепо блуждали вокруг, словно ища что-то. - Он запретил вмешательство... Почему? Ведь шанс еще есть... Глаза ангела внезапно прояснились. Он в упор посмотрел на меня, стоявшего за границей светящегося круга. Этот взгляд мне очень не понравился. Я хотел было уйти, но этот острый взгляд пригвоздил меня на месте, не давая пошевелить и пальцем. - Мне запретили вмешиваться, - я со все возрастающим ужасом наблюдал, как в небесных глазах медленно загоралось какое-то обреченное безумие. - Но про души смертных не было сказано ни слова... - Прек... Он неловко поднялся, теряя белоснежные перья. - Сильная, добрая душа, пусть и запятнанная неправедной жизнью, - шаги ангела были неестественно громкими, эхом отдаваясь в тиши темного пространства. - Я... Его движения были дерганными, как у смертельно раненного «духа», отчаянно пытающегося забрать за собой как можно больше неверных. Или как у спеца, прекрасно знающего, что он давно не жилец, но обреченного знанием, что за его спиной есть те, кто нуждается в его защите. - Я отдам тебе свои крылья, силу, Его благословение... Отдам всего себя тебе, душа, - он остановился ко мне вплотную, заглядывая куда-то вглубь моего «Я». - Просто... Просто защити его! Я молча смотрел на обезумевшего от горя ангела, отмечая и расходящуюся по его лицу серость, постепенно тускнеющее сияние вокруг головы, стремительно белеющее золото волос. Я откуда-то знал, что заключив сделку с этим падающим в свое Безумие ангелом, я пойду против воли Небес и как душа навсегда лишусь даже самого малейшего шанса на спасение. Эти глаза не утаивали ничего - этот ангел уже отказался от всего, в своем желании защитить кого-то неизвестного. Мне оставалось только принять эту сделку или отказаться от нее. Точнее... Сделать выбор, от которого зависит все. Легкие перья медленно кружились вокруг, бесследно исчезая в ненасытном мраке, намекая, что времени на раздумье мало. Отказавшись, я сохраню себя и золотые врата откроются передо мной, но... это будет уже сделка с совестью. Если соглашусь... Страх отошел на задний план - как и всегда было во время по-настоящему смертельных ситуаций. Немного помолчав, задал лишь один вопрос: - Что я получу взамен? Ангел с готовностью откликнулся: - Бессмертие, силу, знания и умения, накопленные мной с самого творения, - из уголков темнеющих глаз полились тонкие струйки светящейся крови. - Верных друзей, сильных врагов... И исполнение своей сокровенной мечты... ...Если соглашусь, то назад дороги не будет. А с другой стороны, кому он, старый вояка, нужен? Сын давно женился, и вот уже семь лет как воспитывает своих детей. Дочка, разведясь с мужем после пяти лет бездетного брака, вышла замуж за бизнесмена и возиться со своим магазином цветов, чрезмерно балуя дочь. Сестра... Это даже не смешно. Всю жизнь я отдал родному государству, семье, племянникам, сослуживцам... Даже духам, террористам и бандитам. Может пора бы пожить и для себя? Как думаешь, Сашка? - Я согласен, ангел, - мой голос тверд. Страх исчез совсем: решение принято и пути назад больше нет. Остается надеяться, что этот «кто-то» стоит этой жертвы. Он облегченно и чуть-чуть радостно улыбнулся. Улыбка на миг прояснила прекрасное лицо, возможно делая его таким, каким оно было изначально. - Спасибо, душа... Ангел, как и умирающая звезда на небосводе, в конце воссиял ярче всего. Ослепительный свет затопил все вокруг, отгоняя Мрак и словно очищая своим благословением все мои грехи - прошлые, настоящие, будущие... Я рухнул на колени, крича от разрывающей мое существо боли. В голове возникали тысячи и тысячи слов, мыслей, движущихся картинок. Как при многократно ускоренной перемотке перед глазами пронеслись века. Множество незнакомых голосов, имен и лиц - тех, кто был рядом с ангелом с начала времен и до этого падения. Знания о мире изменяли мое сознание, чудовищное могущество изменяло душу, раскалывая на мельчайшие осколки и вновь ее собирая. Последнее, что я видел перед тем, как погрузиться во тьму, это умиротворенное лицо ангела, рассыпающееся на миллиарды маленьких искорок, и что-то беззвучно шепчущие губы. Запись: Подарки от ангела. Очнуться незнамо где это еще полбеды. Очнуться не знамо где из-за того, что какая-то сволочь строевым шагом марширует по твоему лицу, а общее состояние как после жесточайшей недельной попойки - уже без комментариев. Цензурных, во всяком случае. В голове звенела восхитительная пустота, тело лежало на чем-то мягком, а в ушах стояла какая-то неестественная тишина. И если бы не мягкий шорох и собственное дыхание, доносящиеся словно бы через вату, я заподозрил бы последствия глубокой контузии. Попытался открыть глаза - не получилось. Повторил еще несколько раз - результат тот-же. Только марширующий гаденыш, видимо заметив мои бесполезные попытки, перепрыгнул на грудь и там замер. Удивительное дело, но злость на эту с** позволила сделать то, что не сделала злость на себя - веки таки поднять я сумел. Первым, что увидел - мощный клюв и черные бусинки глаз. Никогда прежде я не видел таких выразительных глаз, – скользнула рассеянная мысль. – А птица ли это? ОЧЕНЬ крупный ворон, заглядывал мне в лицо, обеспокоенно переступая с лапки на лапку и приоткрывая крылья. Удивительное дело, но злость куда-то испарилась да и никакого желания скидывать его с себя не было. Наоборот, эта тушка воспринималась подсознанием если уж не частью себя, то чем-то родным точно. - Где... - попытка выдавить из себя мучающий меня в данный момент вопрос в пространство не увенчалась успехом. Страшная слабость пока сдавать свои позиции не собиралась. В необычайно умных глазах полыхнуло всепоглощающей радостью и на меня обрушился целый поток хаотичных образов из которых не смог вычленить только то, что в данный момент я нахожусь в собственном домене. Причем меня это нисколько не удивило - словно я всегда знал, что он у меня есть. И давно. Стоило об этом факте задуматься, как меня словно окунули в теплый водоворот, вливая силу и даря невидимую поддержку. Было невероятное ощущение единения с чем-то несоизмеримо большим, чем я сам. Было так хорошо, что захотелось раствориться в этом водовороте, стать частью этого немыслимого чуда... Но нельзя! Я знал это совершенно точно. Мысленно встряхнувшись, я оказался внутри напрочь запутанного клубка, где неисчислимое множество тонких чуть светящихся нитей переплетались между собой в красивом узоре. Некоторые нити с другими стягивались настолько плотно, что образовывали то «петли», то неопрятную «паклю», а то и узелки. Несколько нитей вообще стягивались в канаты, заканчиваясь где-то во вне. Попробовал потянуть один из этих канатов, чувствуя за спиной ненавязчиво-доброжелательное присутствие... И уставился на чье-то недоброжелательное лицо. Только через несколько мгновений понял, что эта смазливая физиономия - моя. Растерянно каркнув, я нечаянно мазнул крылом по бледной щеке. И тут же меня мягко вытеснили прочь благоговение и слепое обожание птицы. Адского ворона, как оказалось. Следующая нить вела... куда-то. В отличие от остальных она была какой-то тонкой и бледной. С противоположного конца пришел запах шоколада, радостный звонкий смех и ощущение ничем не замутненного счастья. Отпустил. Не время еще... Еще два каната были почерневшими и обугленными. К предпоследнему я не стал даже прикасаться - его приторная сладость отшибала любое желание даже приближаться к нему. Последний канат был настолько толстым, что я бы не смог его обхватить и двумя руками - этот канат крепко обвивал всю эту «паутину», словно ограждая от внешней угрозы. Та же доброжелательная сила мягко, но настойчиво окружив теплом, помогла мне вынырнуть обратно. Рассеянно погладив ворона, отчего он натурально заурчал, я начал оглядываться, насколько позволяло мое лежачее положение. Зрение, значительно севшее при прошлой жизни, сейчас поражало своей просто орлиной зоркостью. Мазутная темень неба, временами прикрываемая темными облаками, полная луна с через чур яркими точками звезд. Черные зубья гор вдали; зловещий лес, словно вышедший прямиком из кошмаров; темные воды рек, водопадами обрушивающимися с крутых скал; неестественно белые кости и черепа, выглядывающие из серебрящейся от света луны травы. Сам же я, раскинув крылья, валялся на единственном светлом пятачке. Над головой покачивало толстыми ветвями что-то дубообразное. Его остроконечные листья и являлись источником освещения, горя ярче новомодных лампочек дневного света. На горизонте, посреди всего этого великолепия возвышается высоченная скала с огромным готическим замком, выделяющимся своей чернотой даже на фоне неба... При этом всем своим существом я ощущал всепоглощающую любовь от всего этого мрачного мира, веящую даже от ближайшей ко мне черепушки, что стало по-настоящему жутко. Даже разлитая вокруг просто кладбищенская тишина дарила ощущение безопасности. Прижав к себе теплую тушку балдеющего ворона, я осторожно сел, стараясь не помять перьев. Задумчиво оглядел роскошно-пугающую панораму. Так же задумчиво полюбовался на морозные узоры на пепельно-серых перьях. Воздух, повинуясь смутному желанию, уплотнился в зеркальную поверхность. Оттуда на меня посмотрели горящие алым светом хищные глаза на бледном лице с идеальными аристократическими чертами. Помню, внучке привезли из Японии куклу такую, что собирать и красить надо было*... Теперь вот, не ограниченный птичьим восприятием, я думаю, что лучше бы был просто смазливым красавчиком. Хорошо хоть лелеемая мною фигура перешла во вторую жизнь, правда дойдя совсем уж до идеала. Гладкая упругая кожа, напрочь лишенная любой растительности, кроме идеально очерченных бровей, густых длинных ресниц - на зависть любой женщине, - да шикарной гривы волос. Убрав за острое ухо длинную смоляную прядь, немного неверяще оглядел торчащие из-под тонких серых губ кончики белоснежных клыков и черные когти на руке. - Не хилое мне досталось наследство... - протянул вслух я, разобравшись со своими чувствами и ощущениями. Теперь мой голос приобрел вкрадчивую бархатную глубину, и множество оттенков. К мысли, что это теперь все «МОЕ!» привыкать не пришлось. Внутренний хомяк напару с жабой удовлетворенно урча, уже обмывали нежданное приобретение. Может и мне последовать их примеру? До сих пор прижимаемая к груди птица что-то хрипло каркнула. Согласно-одобрительное. Шагнув вперед, я сразу же оказался на пороге собственного замка. -------------------------------------------------------------- * Этих кукол еще называют BJD Запись: Снова в школу. Зеркало бесстрастно отражает бледное лицо с огромными синяками под глазами, впавшие щеки, маниакально горящие глаза с печатью усталости на дне. Кр-расавец, блин! Черепушка неведомого зверя в углу ехидным оскалом тонко намекает, что кое-кто - не будем указывать пальцем - немного перестарался с учебным марафоном. Пришлось неохотно с ним согласиться. Очень неохотно. Первые десятилетия прошли как-то мимо меня. После попойки с вороном, торжественно нареченным Корвусом (латынь, как другие земные и нет языки вспомнились легко, хотя при жизни как любой русский, из других языков знал только матерные конструкции и с трудом выученный в школе английский, а в учебке - чеченский), я основательно засел за учебу. Реальность, где тебя окружает разная опасная живность - потусторонние условные звери, отмеченные элементали, маги, ведьмы, разные фэйри, духи, черти, демоны, шинигами - безопасной быть не может. Помогающие за простое спасибо существуют исключительно в сказках для самых маленьких. Даже ангелы - в теории бесконечно добрые и всепрощающие - существа крайне меркантильные. Правда, их меркантильность направлена куда угодно, только не на себя. Сейчас я - одиночка. Что еще хуже - одиночка без покровителя, пусть и условного. Такой дух, по сути, легкая добыча для всех. А я еще и Падший. Высший. Высший Падший - огромный источник дармовой энергии для всех желающих поправить свой статус в подлунном мире. В перешедшей ко мне ангельской памяти я насчитал десятки примеров, когда кто-то из свежевыпнутых с райских кущ становился таким вот недобровольным донором. Участь таких рабов была незавидной. Так что, ради собственной же безопасности, из своего измерения я не высовывался. Знания знаниями, но они ничто без практики. Ну знаю я, как ускорять восприятие и сжимать для себя время до минимума, знаю. Но попробуй это сделать для себя естественным без тренировок! Или теориетически, ты - мастер мечного боя, но на практике твои движения будут смотреться на редкость убого - мышечной памяти нет. Так что тренировки, тренировки и еще раз тренировки! Хорошо что оказалось, что мне напрочь ненужны такие мелочи как сон. Нет, поспать в свое удовольствие я смогу, но это будет только одним из способов восстановительной медитации, а не потребность. Многое я почерпнул из своей прошлой жизни - например рукопашку и ножевой бой, - но ранее наработанные до автоматизма движения не включали в себя такой существенный фактор, как крылья. Приходилось постоянно себя одергивать, так как старое человеческое подсознание конфликтовало со вложенными умениями, вылезая в самый неожиданный момент - пусть тело считало крылья своим естественным продолжением, но сознание частенько забывало о их существовании. Фактически, я учился заново думать, говорить, сидеть, лежать, ходить и тд. Точнее вспоминать, как это делается. После того, как я попросил Источник своего домена покопаться в моей голове, стало намного легче. От ангела я знал, что домен - это по сути твое продолжение, но что ни говори, доверять кому-то до ТАКОЙ степени, было очень страшно. Знаю, что не доверять, допустим, своей левой руке - это смешно, но попробуй доказать это своей паранойе! Хорошо, сам домен прямо заваливал меня своей постоянной доброжелательной любовью и безграничным доверием, иначе была бы совсем клиника. Но данью подозрительности стал непрерывный контроль частички подсознания за измерением, позволивший развить параллельное мышление. И сейчас, наблюдая в ростовом зеркале результат своих воистину титанических усилий, я с удовлетворением констатировал, что глаз больше не цепляется за неловкости в движениях, а тело приобрело прежнюю грациозную плавность. Да и крылья больше не норовили жить собственной жизнью. Правда отражение выглядит на редкость заморенным, но это быстро исправимо. Запись: Рояль в кустах. Однажды бесцельно слоняясь по просто громаднейшей библиотеке в поисках чего-то на полистать, я наткнулся на толстенный талмуд в изрядно потертой обложке. До сих пор не знаю, чем же она мне так приглянулась, хотя рядом стоял крайне любопытный трактат по алхимии с одной стороны, а с другой - «Малоизвестные и совсем неизвестные яды и противоядия», но я с упорством, достойным другого, более рационального применения, начал его вытаскивать. Именно что начал, ибо вытащился он сам, просто напросто упав. На меня. Выражение «прижат, как под гранитной плитой» в этой ситуации приобрело самое прямое значение - весила эта книженция немало! С трудом - пусть хоть трижды всесильный! - я дотащил-таки талмуд до искусно вырезанного из цельного зеленоватого камня стола. И впоследствии нисколько не пожалел затраченных усилий. Очерки, исследования, таблицы, непонятные рисунки, выводы и пометки... Какой-то фанатичный энтузиаст прославил бы себя на многие тысячелетия, если бы не содержание и кое где проступающие на желтых страницах темно-коричневые пятна и некоторые зарисовки с натуры так сказать. И простенькое название: «Падшие. От и до.» Вот тогда и понимаешь, что Франкенштейн был всего лишь начинающим подмастерьем. Оттуда я для себя подчерпнул немало интересного и познавательного, многое стал применять и в повседневной жизни. В частности, узнав о том, что достаточно сильный падший может создать живое существо, я, подгоняемый любопытством, исследовал ежившегося от такого пристального внимания Корвуса, но разобрал таки принцип его строения. Демон не может создать душу - это божественная привилегия, но вот дух - вполне. Не с нуля - основой заготовки становиться частица духа самого создателя. Настолько ничтожная частица, что ее потеря со временем востанавливается сама. Или же после легкого обеда... Не знаю, насколько я отношусь теперь к демонам, но определил, что создать что-то наподобие духа смогу. Ну что, экспериментируем? Запись: Без названия. Добрая сотня страниц расписана формулами, расчетами, обрывками мыслей, живописными кляксами, графиками, зарисовками и упоминаниями лысых ситхов. Запись: Последствия. - Привыкай Сашка, - сказал я себе, глядя на первые неуклюжие шаги своего создания. Только тогда, я полностью осознал, что назад для меня дороги нет. - Теперь Демон не прозвище, а отражение твоей сущности. Как вы понимаете, на одном экземпляре я не остановился. Одни эксперименты были удачны, другие - нет, но теперь по замку бродит десяток новосозданных существ, радостно исследуя каждый угол, а лес стал опасным не только с виду. И это только начало... Запись: Повелитель Теней. За последнее время стал замечать, что окружающие тени стали какими-то... материальными. Бред, конечно, но это ощущение было, ну очень, навязчивым. Я старался на это не обращать внимания, пока однажды не нырнул в тень одной из ниш, просто задумавшись о слишком длинных коридорах и непонятно как оказавшись в лабораториях, куда так стремился. После этого случая, я уже целенаправленно вызывал то же состояние, с которым я тогда переместился. Вышло не сразу. В большинстве успешных случаев подобное перемещение сжирало изрядную долю жизненных сил. Мешало банальное непонимание и ирреальный страх банально «застрять». Помогла, как ни странно, глубокая медитация. Два с половиной часа, я отбросив все мысли и полностью очистив сознание, сидел посреди темной комнаты. Но момент слияния с окружающей Тенью едва не прошел мимо моего восприятия. Это было навроде легкой дрожи, как при утреннем морозце. И... Это было невозможно, но я видел. Хотя точно знал, что глаза были закрыты. Это было странно, хотя и крайне интригующе. Новое зрение не отличалось красками, но я видел тысячи оттенков теней, чувствовал сотни тысяч невидимых троп - и это в одной единственной комнате! «Посмотрел» на себя - тело потеряло физическую целостность, став неопределенной аморфной серой массой, по строению аналогичное с облаком или туманом. И такое же всепроникающее - я чувствовал это. От радостного возбуждения даже «выпал» в реальный мир - от новых возможностей прямо дух захватывало! В «Падшие. От и до.» была глава об индивидуальных способностях, характерных для того или иного демона. Если для Низших потолком являются слабая псионика и простенькие манипуляции с огнем и духом, то уже Средний и Старший класс имеют ярко выраженные личные способности в пределах общих для каждого демона стихий - Хаос, Тьма, Дух, Огонь, Земля, Воздух и Вода. Диапазон же индивидуальных способностей Высших общими стихиями не ограничен. Но порой бывает так, что демон, развив свои телепатические способности (простенький пример магии Духа, которой на примитивном уровне владеют все демоны) до невиданных высот мастерства, не считает нужным развивать, допустим, врожденный талант создания материальных иллюзий. Зачем, если телепат такого уровня может управлять чужим сознанием напрямую, а при нужде внушить картинку прямо в мозг? В обоих случаях - и при помощи иллюзий и при внушении - жертва будет видеть исключительно то, что ты ей показываешь, но какая существенная разница! В качестве исключения, Высший может и развить свой талант иллюзиониста, но это бывает крайне редко ибо все демоны - рациональны. Применимо же к моей ситуации - управление тенями не входит в категорию «бесполезных» способностей, как и моя склонность к так называемому Творению. Остальной же набор универсальный. Но, я отвлекся от темы. Для второго погружения хватило получасовой медитации. Оказавшись снова в тени, я попробовал немного сместиться влево. Получилось с первого раза, но пролетев сквозь стену, я, от неожиданности, чуть не застрял в следующей ибо скорость была... Все же восприятие мира у меня все еще человеческое. Так что тренировки, тренировки и, еще раз, тренировки!