Nobody's love

Драко прибежал в самый подходящий момент. В метре от него стояла растрепанная Грейнджер с кулаком над головой. Перед ней лежал МакЛаген с разбитой губой, из которой сочилась струйка крови. Гермиона, не видя за спиной Малфоя, пнула подбитого парня ногой, потом ещё раз и ещё. Блондин подбежал к девушке и, схватив её за плечи, увёл от МакЛагена. Он держал её всю дорогу до башни, а она болталась у него в руках, как тряпичная кукла. Её чуть не изнасиловал собственный однокурсник... Для Гермионы было неожиданностью встретить его в такой час. Да ещё и в подземельях. — Пароль, — произнесла картина с рыцарем в доспехах. — Слизеринский лев, — Макгонагалл решила, что если уж старосты мальчиков и девочек — слизеринец и гриффиндорка, то нужно как-то соединить пароль. Чтобы он подходил и к тому, и к тому факультету. Слизеринец усадил старосту девочек на диван и накинул на неё одеяло, чтобы скрыть слегка порванную одежду. Ему, по сути, должно быть все равно, но что-то его дергало в душе. Гриффиндорка изменилась, и он это видел. Она отлынивает от работы старосты, не ходит на занятия и даже в свою излюбленную библиотеку! Это уже очень и очень странно... — Грейнджер, не молчи! — прикрикнул на неё Драко. — Расскажи, что случилось, и я не пойду к директору, — Драко, конечно, не был ябедой, но про такие случаи молчать нельзя. Он тоже достаточно долго претендовал на роль старосты, и потерять эту роль из-за глупой гриффиндорки он бы себе просто не позволил. — Иди, — Грейнджер сгорбилась и уставилась в камин невидящим взглядом. — Что, прости? — Иди, если хочешь. Этот Кормак ещё не получил сколько ему положено. Он должен страдать! Никто не смеет так со мной обращаться! — Грейнджер, ты не заболела? — насмешливо спросил Малфой и уселся возле неё. — Ты же типа «сама доброта», а сейчас что? Что-то изменилось, ведь так? — блондин спрашивал вполне серьёзно. — Я изменилась... — пожала плечами Грейнджер и через несколько секунд произнесла, — Прости... — За что? — Драко не успел договорить. На своих губах он ощутил её губы. Сладкие, сейчас немного солёные от слёз. Манящие от одного только взгляда. Её губы были вкуса персика, смешанного с запахом табака. Грейнджер целовала его. Сама. Без его намёков. Вдруг он почувствовал лёгкое всхлипывание при поцелуе. Брюнетка плакала. Она взяла его лицо в свои руки и прислонилась лбом к его лбу, тихо всхлипывая. После этого гриффиндорка тихо встала с дивана и пошла к себе в комнату, при этом не сказав ни слова. Драко, немного посидев, тоже решил лечь спать, при этом подумав, что они так и не закончили дежурство и что он так и не выяснил, что произошло между МакЛагеном и гриффиндоркой. На следующее утро он увидел гриффиндорку в самом расцвете сил и без единого следа от прошлой ночи. Она быстро сходила в душ, собрала сумку и выбежала из Гостиной Старост. Драко лишь проводил её задумчивым взглядом. Помирившись с Джинни и объяснив ей всю ситуацию, девушка вздохнула полной грудью и принялась за учёбу. Она многое обдумала за эту ночь и решила, что в последний год учёбы лениться ни в коем случае нельзя! А её личная жизнь подождет! Целую неделю она трудилась над своими оценками и баллами за факультет, ведь она, как староста, должна показывать пример. Ей недавно вспоминался Перси, в её первый год обучения в Хогвартсе он был Старостой, причём весьма неплохим. Рассказав об этом Рону, он сказал, что не считает брата хорошим Старостой, скорее напыщенным индюком, который только и делал, что полировал свой значок. Гермиона знала, что Рон ещё не до конца простил брата, за то, что между Министерством и семьёй он выбрал Министерство. Сегодня было 19-тое сентября, День Рождения Гермионы, про которое она, конечно, забыла. Придя в гостиную делать уроки, она увидела сидящего с книжкой Малфоя. Последнее время между ними стали происходить разные интересные случаи. То Драко на одном из дежурств прижмёт её к стенке и поцелует, да так, что ноги подкашиваются, то он безразлично на неё смотрит и оскорбляет тем же обидным «грязнокровка». За последнюю неделю они поцеловались три раза, и это только за два дня (!), и чуть не переспали более трёх раз. Каждый раз либо Грейнджер контролировала себя и Драко, либо им кто-то мешал. Ей надоели эти постоянные «перескоки» в их отношениях. Сегодня Малфой опустил её ниже плинтуса на уроке Зельеварения, в то время как вчера страстно целовал её в заброшенном классе Нумерологии. Грейнджер знала, что она встречается с Роном и обманывает его... Не то что обманывает, она ему изменяет! И также она была уверена, что пора прекращать этот цирк, зрители которого — они сами. Но сегодня она не была готова с ним поговорить, поэтому она просто прошла мимо, в свою спальню. Закрыв за собой дверь, она старательно заперла её заклинанием. «А то выйдет, как тогда..» Да, как-то раз Малфой пришёл к ней по середине ночи и начал раздевать её, при этом страстно целуя. Грейнджер была просто в шоке, но успела как следует его треснуть. На столе сидел Живоглот. К его ошейнику была прицеплена записка, свернутая трубочкой. Её кот был как бы совой, но на земле. Однокурсники, да и не только, могли прикреплять к ошейнику кота своё послание, и оно тут же окажется у неё в руках. Главное сначала чем-нибудь его угостить, ну или приласкать. В записке (она была от некой Джиневры Уизли) сообщалось, что её ждут сегодня в 20:00 в Выручай-Комнате, чтобы отметить её восемнадцатилетие, а также, чтобы она пришла в красивом платье и все подобное. Улыбнувшись мыслям о том, что Джинни очень любит видеть Грейнджер в платьях, она начала искать самое красивое.