Ведьмы из Ростова - на - Дону ("Зачарованные" по - русски)

      Прасковья сидела на кухне. В последнее время она частенько ужинала в одиночестве. Пелагея почти все время проводила в мотеле – смотрела, как работает набранный ею персонал, приветливо улыбалась постояльцам. Ангел Левушка свободные от своих хранительских дел часы проводил вместе с невестой. Фаина… Старшая ведьма подавила вздох – со дня открытия мотеля прошло десять дней и эти десять дней почти до неузнаваемости изменили ее младшую сестренку. Оторва – Фаина, зажигалка, балаболка-Фаина превратилась в печальную, молчаливую девушку. Она больше не коротала вечера на кухне, попивая чай и сгрызая печенюшки – после учебы она тенью проскальзывала на чердак, брала Книгу Таинств и допоздна сидела над ней в своей комнате. Она неохотно включалась в общую беседу, односложно отвечала на задаваемые ей вопросы. Оживилась младшая ведьма лишь однажды, когда вернувшийся с очередного собрания Наверху Хранитель Лева сообщил о том, что по слухам, кто-то уничтожил этих самых Трех Гадов, что опять же по слухам, этим загадочным кем-то был их же, Трех Гадов, посланник. Выслушав рассказ Левушки, Фаина спросила его – не известно ли, кем, собственно, был этот посланник, и куда он потом делся. Получив отрицательный ответ, девушка снова надолго замолчала. К слову, демоны после памятной вечеринки больше не атаковали их. Левушка объяснял это тем, что в после убийства Трех Гадов силам зла банально было не до ведьм – своих проблем хватает. Прасковья подавила еще один вздох – она знала, что происходит с ее младшей сестренкой. Слишком, увы, хорошо. «Попался бы мне это Коля!» - со злостью подумала было Пара. «Ну и попался бы!» - съязвил внутренний голос. «Андрюха тоже вон, типа любил. Не везет нам, Праздниковым с мужиками, что есть, то есть. Хоть у Пелочки все хорошо, но так у нее и мужик – чисто Ангел». Прасковья еще раз вздохнула и налила себе чаю.       Фаина, действительно, сидела в своей комнате. На ее коленях лежала Книга Таинств. В очередной (какой уже по счету?) раз, девушка пролистала ее, положила ладонь на одну из ее страниц. Ничего – ни сточки, ни видения. Книга ничего не знала ни про Колю Терочкина, ни про демона Криозара. Было грустно. И паршиво. И дело было вовсе не в том (ну конечно же не в том!), что она успела полюбить этого «…удака», а в том – что она обманывала сестер, невольно подвергая их жизни опасности. «Попадись мне этот Коля, убила б, честное слово!» - подумала Фаина.       - Девочке больно! Тук-тук, девочке сердечко разбили, а не фиг влюбляться в неподходящих мальчиков. И мальчикам тоже нееефиг влюбляться в страшных и коварных светлых ведьм… Тяпнем, Файка? – перед девушкой стоял давешний знакомец Коул Тернер.       - Эвон тебя угораздило, сердешный! – присвистнула Фаина. Действительно, давно небритый, со всклоченной шевелюрой мужчина с початой бутылкой наперевес мало походил на блистательного полудемона так потрясшего воображение девушки при первой и (чего греха таить), при всех последующих встречах.       - Турнула? – спросила она Тернера. – Не отвечай, вижу, что турнула. Вернее, еще тогда, знала, что турнет.       - Самммые коварные существа во вселенной – светлые ведьмы, - выдал Коул.       - Угадал. И что с того? – парировала Фаина.       - Фаечка – Фаина, хорошенькая ведьмочка с разбитым сердечком. Слушай, Фаечка, - Тернер легко провел пальцем по щеке девушки, - а давай с тобой… того самого. Ты так похожа на нее, - голос мужчины дрогнул, - ты почти она, если закрыть глаза, то можно представить, что ты – это Фиби. Юная, трепетная, такая, как в день нашей первой встречи…       - Уйди, противный! – Фаина с силой оттолкнула Коула. – Все демоны идиоты или через одного? Хотя, исходя из моего личного опыта – все. Тебе нужна твоя малахольная Фиби, а мне этот кретин Коля, и даже если мы неделю напролет будем кувыркаться в моей койке, легче нам не станет. Уловил? И пойло твое, к слову, не поможет.       - Прости, Файка, - неожиданно-пристыженным голосом проговорил Тернер. – Не знаю, что на меня нашло. Ты и правда на нее похожа, даже очень. А она… Прости, Файка, мир?       - Знаю я, что она… тогда еще знала, когда ты радостным зайцем по комнате моей скакал. Предупредить хотела, но ты усвирестел уже в свое «недолго счастливо». Фиг с тобой, мир! - Фаина вложила ладонь в протянутую ладонь Коула. – Слушай, дружок, - добавила она после минутной паузы. – Прими-ка ты душ, я пока кофейку сварганю, и пожрать тебе организую. Протрезвеешь и поговорим о твоей «злой и страшной светлой ведьме», может и придумаем чего, чтобы вернуть тебе ее. Насчет сестер не беспокойся – они не зайдут. У меня же, знаешь ли друг мой, Коул, тоже сердечная рана во всю грудь. Влюбилась я. В «брательника» твоего, по разуму, вернее – по его отсутствию. В демона Криозара, в миру – Колю Терочкина… А он.       - Стоп! – перебил ведьму Коул. – Ты в курсе, что мы с Колей родственники? - С этого места поподробнее! – Фаина внимательно посмотрела на Тернера. – Вообще-то, я сказала «братья по разуму», но если вы реальные родственники, то… Расскажи мне о нем, Коул, пожалуйста, - почти жалобно прошептала Фаина. – Расскажи мне о нем, Коул.       - Давай ты, действительно, притащишь пожрать и кофейку, а я рассажу тебе про Колю все, что ты захочешь о нем услышать.       Фаина ушла на кухню. Через несколько минут она вернулась с большой кружкой кофе и тарелкой, полной бутербродов.       - Рассказывай! – попросила девушка, после того, как Коул сделал глоток кофе. – С начала.       - Наш далекий предок, Колиус Терниус… - начал демон.       - Не с этого начала, - перебила Фаина.- Расскажи мне про Колю. О том, кем были его родители, о том, как он стал тем, кем стал.       - Мать твоего Коли была демоницей. – снова начал Коул, - как собственно и моя маман. Но, подозреваю, моя история тебе не слишком интересна. Тогда вкратце: демоницы часто развлекались со смертными. Но только у двоих – мамаши Коли и моей маман возникла блажь пожить простой человеческой жизнью. Они были сестрами – Лиз и Лизка, и по какой-то только им известной придури – они выбрали двух кузенов – американца Бенджамина Тернера и русского - Вениамина Терочкина, как раз гостившего у брата. Демоницы обольстили их, женили на себе, быстренько забеременели. Лиз - моя драгоценная маман наигралась в семью первой. Случилось это в 1888 году. Мне было три года, Фая, когда убив отца, маман унесла меня в подземный мир и оставила на воспитание демонам – учителям. Папаша Коли оказался умнее моего, и каким-то только ему ведомым образом сообразив, что случилось с братцем, схватил в охапку двухлетнего сына, сел на первый же пароход до Европы и ломанул обратно в Россию. – Коле было четыре, когда Лизка нашла их. Муж, как и моей маман был ей без надобности, так что дядю Веню постигла судьба моего отца. Я познакомился с Колей, когда мне было пять, а ему четыре. Мы долгое время жили в одной келье в подземном мире. Когда пришло время адаптироваться в мире людей, мы учились в одном университете. Наши пути разошлись после того, как мы стали старше. В подземном мире нет места дружбе. Про меня ты все знаешь. Чем занимался до недавнего времени Коля – понятия не имею. А вот с недавнего…       - Это же он, Трех Гадов… того… - перебила Коула Фая.       - Он, разумеется он. Весь в меня, такой же…       - Идиот! - закончила за Тернера фразу ведьма.       - И это тоже! – не стал отрицать Коул. – Слушай, Файка, а можно еще этих ваших вкусных бутербродов и кофейку кружечку?       - Конечно! – Фаина вышла из спальни и пошла на кухню.       Не успела она вскипятить чайник, как хлопнула входная дверь… На пороге стояла Пелагея – девушка не сдерживала рыданий. – Фаечка, Парочка. Леевушка!!! –причитала она.       - Что, милая? – Фаина подбежала к сестре, обняла ее. – Лееевууушка!!!! – сквозь слезы бормотала Пелагея. – Милый мой, любимый Лееевушка!!!!.       На громкие причитания сестры из своей комнаты спустилась Прасковья. – Ну, хорошая моя, что случилось? Ну, если мы не узнаем, что случилось, мы не сумеем тебе помочь.       - Левушку забрали. – всхлипывая начала рассказ Пелагея, - мы в комнате, из которой постояльцы съехали, постельное белье меняли, а тут появились эти, в белых балахонах, сказали, что задолбали их уже эти ведьмы законы нарушать, подхватили они Левушку под руки, сказали, что у нас будет новый Хранитель, а с Левой мы больше не увидимся, никогдаа, - Пелагея снова разревелась.       - Ну, никогда это не всегда никогда, - раздался мужской голос.       - Это кто еще? – спросила Прасковья.       - Злой и страшный демон, а по совместительству друг Фаины.       - Ну не фига ж у тебя друзья, сестренка! - шокированная этими словами Пелагея даже перестала плакать.       - Но все это в прошлом. Сейчас я, хм, на стороне добра и даже могу, чтоянесу, помочь вам вернуть вашего драгоценного Хранителя. Ваши руки, девочки, я отнесу вас Наверх!       продолжение следует...