Осквернённая

      Ветер трепал пышную причёску Гермионы, она держала глаза закрытыми и крепко вцепилась в сидящего впереди мужчину. Наконец, она расхрабрилась и осмелилась немного приоткрыть глаза. Потрёпанный «Харли Дэвидсон» ревел, как раненый зверь, и нёсся вперёд: ночной Лондон предстал перед девушкой целой плеядой разноцветных, манящих огней. Пленяющие и яркие, они заставили её забыть обо всём: о страхе, боли, ненависти, о том ужасном происшествии в баре. Ночной воздух приятно холодил лицо и продолжавшую гореть от удара безумца щёку. Девушка поёжилась: было довольно прохладно. Хорошо, что на ней теперь косуха того парня, она ему больше не понадобится.

***

      Они оставили нападавшего беспомощно лежать на деревянных досках сцены, только перевернули его на бок, чтобы тот не задохнулся в потоках крови, хлеставших из расквашенного носа.       Быстро забежав в гримёрку, Гермиона кинулась к своим вещам и принялась лихорадочно одеваться.       - Между прочим, тату на попке тебе бы к-к-крайне пошло… Больше бы зарабатывала. Ик! Малю-ю-ю-ю-юсенький такой грифончик, как считаешь? Ик!       Гермиона покраснела и обернулась: в дверях гримёрки стоял её спаситель. Северус Снейп собственной персоной. Точнее, его былая тень. Уродливый шрам в виде двух округлых углублений украшал его шею там, куда вонзились зубы Нагайны во время битвы за Хогвартс. Это было… словно тысячу лет назад.       Только сейчас Гермиона заметила, что Снейп вусмерть пьян. Как он умудрился произнести заклинание и сделать правильное движение палочкой — загадка, пожалуй, и для него самого. Тёмные немытые волосы, крючковатый нос, куча новых морщин и тёмные джинсы, старая чёрная кожаная куртка с заклёпками и в довершении всего — сапоги из кожи крокодила (подделка, скорее всего) с блестящими металлическими черепами на носках. От прежнего Снейпа остались только колючие тёмные глаза и низкий хрипловатый голос, от которого шли мурашки по коже впечатлительных первокурсников.       Герми скинула туфли, быстро надела светлую блузку с длинными рукавами, поторопилась влезть в обтягивающие джинсы, чуть не упав при этом, затем надела кроссовки. Вот.. Так-то лучше… Потом быстро подошла к Снейпу, который стоял и плотоядно ухмылялся, глядя на то, как она переодевалась и даже не подумав отворачиваться.       - Сколько с меня, Грейнджер? Десятка ф-фунтов? Путаюсь в магловских деньгах. Представление было з-з-замечательное! К-как насчёт лэп-дэнса? У тебя вон и стул даже есть для этого…       Звонкий звук пощёчины, казалось, можно было услыхать даже из Букингемского Дворца. Девушка молча смотрела на Северуса снизу вверх, карие глаза встретились тёмными очами бывшего преподавателя зельеварения. Лицо Гермионы было абсолютно спокойным, но по её покрасневшим щекам катились слёзы:       - Всё сказал?       - Прости… — Северус потёр левую щёку, на которой отпечаталась пятерня девушки. — Я… Мы… мы все совершали вещи, которыми не стоит гордиться. Вот, возьми, ты потеряла.       Он протянул Гермионе её палочку. Десять и три четверти дюйма, виноградная лоза, сердечник из жилы дракона. Столько воспоминаний и столько боли. Не хотелось её касаться.       - Пусть пока побудет у тебя. Спасибо. Ты… ты мне жизнь спас. А я тебе врезала, — невесело усмехнулась Гермиона.       - Мне надо в уборную, — покачнулся Снейп, вдребезги разбив трогательный момент столь приземлённой тирадой.

***

             Северус наклонился над раковиной. Гермиона стояла неподалёку и тактично молчала. Грязная лампочка под потолком противно дребезжала и время от времени помигивала, освещая «убранство» туалета: грязный кафельный пол неопределённого тёмно-бурого цвета, мутные, засаленные отпечатками пальцев зеркала, четыре тесные кабинки с унитазами, один из которых был почти полностью разбит… Тут и там валялись предметы, подозрительно похожие на использованные презервативы. Конечно, запах тоже был отнюдь не из райских кущ: разнообразные отходы человеческого организма создавали непередаваемое «амбре».       После того, как Снейп шумно опорожнил содержимое желудка в ближайший унитаз, он вытер губы, подошёл к раковине, открыл воду на полную катушку и сунул голову под ледяной поток.       - Эм… Ты в курсе, что именно так Бетховен лишился слуха? — прокомментировала Гермиона, насмешливо приподняв левую бровь.       - Бррррр… Кто?!       - Неважно.       Спустя пару минут Снейп, наконец, протрезвел настолько, чтобы понять — трезветь таким способом себе дороже.       - Мммм… — он отчаянно схватился за виски. Головная боль — та ещё сука.       - Пошли скорее, пока менингит не подхватил, горе моё! — Гермиона схватила его за рукав и потащила в гримёрку. Там она включила фен на максимальную мощность, усадила Северуса на стул и принялась тщательно сушить его тёмные волосы, с которых на пол капельками стекала ледяная вода.       - Взззз… Этот псих будет в отключке ещё около часа, но… Копы. Кто-то мог слышать выстрелы и вызвать их, — Снейпа трясло от холода и столь резкого отрезвления, его зубы отбивали чечётку похлеще морячков из старых фильмов.       - Исключено. Только не в этом районе. К тому же, бармен продаёт экстази из-под полы, так что персонал копов точно не вызовет, можешь быть спокоен.       Девушка деловито расчепушивала волосы Северуса левой рукой, стараясь не пропустить феном ни единого мокрого участка.       - Я… я скоро это брошу. Мне просто нужны деньги на билет отсюда. Я хочу отсюда убраться куда подальше, — неожиданно выпалила она. Гермиона выключила фен. Неожиданно она запустила феном в зеркало, висящее на противоположной стене. Не попала, но фен всё равно пал смертью храбрых в неравном столкновении с твёрдой стеной. Герми рухнула на ближайшее кресло. Её плечи сотрясались от рыданий. Жгучий стыд обжигал грудь, было трудно дышать.       - Я… Мне так жаль… Вы… Ты увидел меня такой! — девушка попыталась успокоиться, но ничего не получалось. Она уже давно пошла на сделку совестью, заставив себя работать в этой отвратительной магловской забегаловке, но осознать, что кто-то увидел тебя здесь, кто-то из твоей предыдущей жизни, полной чудес и приключений… Это заставляло понять, насколько чудовищна была эта сделка.       - Тебе никуда от него не скрыться. Нигде в этом мире. Всё принадлежит ему. Заклятие Империус, пытки, великаны и дементоры, драконы и Пожиратели Смерти, ежедневно пополняющие его личную армию десятками. Спешат присягнуть на верность, жалкие черви! И, разумеется, старый добрый подкуп — всё золото Гринготтса ныне у него в распоряжении. Ты не понимаешь? Мир уже у него под пятой, просто ещё не осознал этого. Магловские правительства либо падут, либо превратятся в жалкие марионетки. Это лишь вопрос времени.       Лицо Снейпа исказилось от ненависти, он продолжал:       - Единственный шанс с ним справиться — это всё рассказать о нас магловским военным. Но никто на это не пойдёт. Они уничтожат всех волшебников и магических существ без разбору, не спрашивая, поддерживаем ли мы его или нет. Пидарас!       Настал черёд Снейпа выплёскивать эмоции. Он вскочил и хотел было пнуть стул, на котором только что сидел, но пошатнулся и, поняв, что находится в совсем не подходящей для таких приступов гнева кондиции, просто сплюнул на пол в ярости.       - Он отнял у меня мою Лили. Тёмный Лорд… А теперь мне от него никуда не скрыться. Никогда, — он устало рухнул обратно на стул.       - Так… Зачем ты здесь? — осторожно спросила его Гермиона, пытаясь отвлечь от тяжких мыслей.       Снейп хотел было ответить, затем внезапная мысль пронзила его, он застонал и спрятал лицо в ладонях.       - Северус, что случилось?!       - О, Мерлин! Какой же я идиот! Я же знаю заклинание Отрезвления…