Осквернённая

      Мотоцикл ревел, подобно маленькому сердитому дракону, и они со Снейпом продолжали нестись вперёд, превратившись в маленький тёмный снаряд, в пулю, окружённую свистящим ночным ветром. Чувство безграничной свободы объяло Гермиону, она чуть не удержалась, чтобы не разжать руки, обхватившие Северуса, не поднять их вверх и не заорать от восторга. Теперь она начала понимать, что ощущал Гарри, летая на «Молнии».       Северус что-то прокричал, но она ничего не смогла расслышать, ветер относил слова в сторону.       - Что?!       - Я спрашиваю, куда сворачивать?!       - Никуда! Мы уже на месте!       Железный конь резко затормозил, и Гермиона крепко впечаталась правой щекой в прохладную кожу куртки на спине бывшего преподавателя.       - А что, на метле никак нельзя было? — сердито спросила девушка, сверкнув глазами из-под растрепавшейся причёски.       - Ты что, сдурела, Грейнджер? Грязнокр… Прости… Маглорождённым под страхом Азкабана запрещено пользоваться любыми магическими предметами до тех пор, пока они не докажут, что не украли свой дар у другого волшебника. Как считаешь, многим это удалось с тех пор, как в Министерстве заправляет эта стерва с бантиком, Амбридж? Правильно, никому! — Снейп в раздражении подёрнул плечами.       - Пошли, выпьем чаю. Покажу тебе, как я устроилась на съёмной квартире, — хмыкнула Гермиона, не показывая виду, что её задело, как он чуть не обозвал её «грязнокровкой». Но она прекрасно знала, как больно этому человеку, как ему было больно всю жизнь. Только они втроём, она, Гарри и Рон, знали, что всю свою жизнь Снейп посвятил одной женщине — Лили Эванс. Это они увидели в Омуте Памяти Снейпа, когда он… умирал.       - Не откажусь от чашечки. От этого треклятого заклинания Отрезвления до сих пор голова трещит. Надеюсь, мою детку никто не угонит, ведь район вроде поприличнее того, где ты работаешь, — ухмыльнулся Снейп и подмигнул.

***

      Выключатель противно щёлкнул, и под потолком зажглась тусклая лампочка, освещая поистине спартанскую обстановку однокомнатной квартиры. Что поделать, на большее не хватало денег. Продавленный диван жалобно скрипнул, хотя на него даже ещё никто и не думал садиться, шатающийся деревянный столик, пара низеньких табуретов да небольшой холодильник, вот и всё, что необходимо для существования.       Гермиона поставила чайник, и когда он протяжно засвистел, то появилось какое-то подобие уюта. Истинный британский чай заплескался в чашках, и Снейп сделал небольшой глоток. Они сидели на диване друг рядом с другом, бок о бок, пододвинув столик поближе.       - Твои волосы… — с любопытством взглянула на него Гермиона. — Они…       - Что? — в недоумении поднял бровь Снейп.       - Ну, воды на них попало немало, потом я сушила их феном, но теперь они опять…       - Выглядят сальными и немытыми? Проклятье, Грейнджер! Неужели непонятно? У моих волос просто такой отблеск, они всегда выглядят немытыми и жирными! Неужели ты думала, что я всю жизнь проходил с немытой и чешущейся головой?! Я мою её каждый день! Ну… теперь, конечно, реже… Ещё со школы все надо мною смеялись из-за этого, так что хоть ты не начинай, ладно?       - Хорошо, — усмехнулась девушка. — А ты давай уже начинай звать меня Гермионой. У меня ведь имя есть, помнишь?       - Как-то… непривычно. Гер-ми-она… — словно просмаковал Северус и снова отхлебнул чай. - Ну, раз мы больше не в школе, думаю, могу звать тебя по имени, ничего страшного от нарушения субординации не случится.       - Может, виски? У меня была припрятана бутылочка на особый случай. Конечно, дешёвый, но крепкий, зараза, — подмигнула Герми.       - Мисс Грейнджер, ай-яй-яй… Да чего уж там! Наливай!       - Итак, рассказывай, как ты выжил? — после пары кружек тёплого чая, щедро разбавленного виски, язык Гермионы слегка заплетался; она сняла кроссовки и скинула свою косуху-трофей на пол, оставшись в джинсах и лёгкой блузке и с ногами забравшись на диван.       - Мастер зельеварения, который ходит по краю лезвия, двойной агент… И его хозяин, у которого на побегушках гигантская ядовитая змея… Считаешь, я не продумывал вариант, что однажды её зубы могут вонзиться в меня? Вот только мне нужно было умереть, только тогда Тёмный Лорд поверил бы, что у него всё под контролем. Таков был план Дамблдора. Гарри должен был победить… Но что-то пошло не так.       В голосе Снейпа чувствовались боль и безграничная усталость: всё, чего он добивался все эти годы, было разрушено. Он не сумел защитить сына той, которую любил. Он продолжил:       - Один из моих задних зубов был фальшивым, в его полости было противоядие, но смешанное с кровью одной экзотической тропической рыбки. Когда я раскусил его, то противоядие спасло мне жизнь, а коагулянт, содержащийся в рыбьей крови, ввёл меня во временную кому. При такой коме дыхание почти не ощущается, даже если поднести зеркальце ко рту, и сердцебиение становится очень тихим и редким. В общем, для всех ты — мертвец.       Северус горько усмехнулся:       - Лучше бы я и оставался мертвецом. Когда я очнулся, то весь мир меня отверг. Мне некуда было идти. Я стал парией, изгоем. Возвращаться к Тёмному Лорду и его приспешникам я не хотел, я ненавидел его. До сих пор ненавижу. А для всего остального волшебного мира я — предатель, убийца и сволочь. Читала Риту Скитер? Эта сука-приспособленка при новой власти Волдеморта ох как поднялась, бестселлеры пишет ежегодно. «Северус Снейп — трагический герой Битвы за Хогвартс… Убил множество врагов Тёмного Лорда… Лично пытал… Бесконечно предан делу Пожирателей… Трагически погиб за дело нашего повелителя…» Теперь любой уважающий себя волшебник, не продавшийся Волдеморту, просто обязан меня прихлопнуть при первой возможности.       - Поэтому я и искал тебя. Гермиона. Ты должна вернуться… — закончил Снейп и посмотрел на девушку, его обычно холодные колючие глаза были полны заботливой теплоты. Морщины разгладились, и в его лице проглянул прежний Снейп. Тот, у кого были надежда и цель, тот которому было, кого защищать.       - К-куда? — взволнованно спросила Гермиона, уже зная ответ.       - В Хогвартс. Ты должна принять решение. Завтра я отправлюсь туда, с тобой или без тебя.

***

      Они уснули, прижавшись друг к другу на узком поскрипывающем диване. Ночью Северус проснулся от того, что кто-то сидел на нём. Он почуял запах виски.       - Я приняла решение. Завтра я еду с тобой, — услышал он её тихий шёпот, затем ощутил, как она нежно поцеловала его в щёку.       - Х-хорошо, — прохрипел Северус мгновенно осипшим голосом. Судя по тёплому и гладкому телу девушки, она уже успела скинуть с себя всю одежду. Гермиона ухватила застёжку его ремня и, повозившись мгновение, расстегнула.       - Гермиона… Прекрати… Что ты делаешь? — тихо произнёс Снейп и попытался схватить её за руки, хотя его тело вопило от восторга. Она склонилась над ним, обдав тёплым дыханием, её волосы щекотали его лицо.       - Ты что, не понял. Я же сказала, я еду с тобой в Хогвартс. Неужели не ясно?       Гермиона склонилась ещё ближе, их дыхание смешалось, и Северусу показалось, что во тьме он увидел, как блеснули её зрачки.       - Мы погибнем. Шансов выжить почти нет. В Хогвартсе всё кончится, так или иначе. Поэтому всё, что имеет значение — это здесь и сейчас. Заткнись.       И она заткнула его. Восхитительным долгим поцелуем. Ей даже не пришлось ласкать его член, он уже был готов к бою, как только высвободился из джинсов. Девушка медленно уселась на него, её небольшая сочная грудь в неясном свете уличных фонарей из окна была до того восхитительной, что можно было кончить от одного этого вида.       Диван продолжал поскрипывать под ними, но теперь они не обращали на это никакого внимания. Снейп нежно ласкал грудь Гермионы, она запрокинула голову и принялась не торопясь двигать тазом, тихо постанывая. В этом не было никакой животной похоти, которую Снейп обычно наблюдал у тех шлюх, которым он платил за утехи за долгие месяцы своих странствий, своего бегства от реальности.       Это было так нежно, так восхитительно… Он снова ощущал себя полноценным человеком. Понимают ли женщины, как могут осчастливить мужчину? Ведь акт соития — не только удовольствие. Конечно, похоть и наслаждение играют свою роль, но… когда мужчина в момент наивысшего наслаждения чувствует, как его твёрдый член извергает семя, когда он видит радость в глазах любимой женщины, когда осознаёт, что доставил ей не меньшее удовольствие… Именно тогда он ощущает себя настоящим мужчиной.       Гермиона задрожала и глубоко задышала, кончая. Она ускорила темп, и Северус почувствовал горячую волну наслаждения. Слёзы выступили у него на глазах. Кончая, он думал о том, что сука-судьба опять издевается над ним. Ведь он вечный лгун. Вечный притворщик. Вечный предатель. И ничего нельзя поделать… Всё решено.       Скоро он сделает это. Снейп не знал, как сможет смотреть на своё отражение в зеркале после того, как предаст её.