Директор для Конохагакуре

Первый звоночек прозвенел, когда на очередную миссию сенсей опоздал всего минут на пять и торжественно вручил каждому магловские устройства дальней связи. План же обнаружения и захвата цели, как Какаши обозвал бедного Тору, был составлен с применением всего опыта бывалого оперативника Анбу, так что у котяры не было ни единого шанса. Обнаружившийся на сдаче задания Хокаге был вторым звоночком, он конечно появлялся там и раньше, но в основном когда надо было выдавать миссии А ранга и выше. Команда номер семь видела его на этом месте всего третий раз. Хирузен похвалил за блестящие результаты и всучил задание аж С ранга по эскорту архитектора на его родину, в Страну Волн. Так что, уже через час слегка обескураженный Альбус выходил из ворот Конохи, впервые покидая ее дольше, чем на день. Ощущение было такое, будто домашнего пса спешно выгнали за порог и захлопнули перед его носом дверь. Окружающий мир, без всяких статутов о секретности, был до ужаса странным. Разумеется, старый маг знал об этом и раньше, но, только покинув пределы поселения шиноби, осознал насколько именно. Мелкие деревни с ручным трудом, соответствующие своим развитием наверно еще эпохе основателей, соседствовали с городами почти из юности Дамблдора, которые загорались ночами тысячами электрических огней. В этих городах уже можно было сходить посмотреть пародию маглов на движущие картины и связаться с приятелем, не выходя из дома. Вот только автомобилей и асфальтовых дорог не было нигде, причем техника, как таковая, в этом мире была - пару кранов у одного строящегося небоскреба Альбус видел лично. С вопросом о строительной технике он решил пристать к тому, кто с этой самой техникой должен был сталкиваться по работе. Архитектор, которого звали Тадзуна, про технику рассказывал охотно, он вообще любил не только выпить, но и поболтать, то есть все то, что отвлекало от явно невеселых мыслей. Итак, практически современная Альбусу техника в этом мире была, в основном именно в строительной индустрии и вся на гусеничном ходу, стоила она дорого и в основном либо сдавалась в аренду компаниями производителями, либо принадлежала государству. Доставляли ее на место, как правило, по воде и нескольким, все-таки существующим, линиям поездов, которые связывали несколько наиболее оживленных торговых точек великих стран, исключая страну воды. В аграрном же секторе, при постоянных набегах соседей, не слишком высокой популяции стран и феодальной системе правления, различные комбайны оказались просто не нужной тратой очень больших денег. Впрочем, несколько попыток принести прогресс в деревни все-таки было, и их абсолютный провал лишь окончательно доказал несостоятельность подобных идей. Вот с транспортной сферой все оказалось сложнее. Взрослый, тренированный генин преодолевает расстояние в два раза быстрее, чем всадник на лошади, причем, в отличии от последнего, дорога ему не нужна. Прибавим к этому, что от сорока до шестидесяти процентов миссий в скрытых деревнях составляют задачи охраны караванов, а еще не менее десяти – доставка различных ценностей и сообщений, и становится понятно, почему в странах нет ни привычных по старому миру черных прямых дорог, ни, тем более, автомобилей. Даже на те железнодорожные линии, что есть, существуют постоянные миссии по охране от государства с фиксированной ценой. Большая часть этой самой защиты заключается в том, что за любые поползновения на поезд виновника находили шиноби соответствующей страны и вырезали со всей семьей и подельниками. По сути, скрытые деревни практически сами обложили своих дайме налогом, за возможность иметь несколько транспортных артерий с другими государствами. Несколько иная ситуация была только в судоходстве, так как, во-первых, почти ни один шиноби деревянный корабль с парусами во время шторма своим мастерством не защитит, а во-вторых, Кири, единственная из пятерки великих деревень, для которой этот вопрос имел большое значение, была сейчас занята проблемами посерьезней, она и великой-то до сих пор оставалась скорее в память о былых заслугах. На этом фоне ничего удивительного в том, что и оружейный прогресс этого мира дальше мечей с луками так и не ушел. До последнего оплота цивилизации на своем пути – города Рю, они добрались с комфортом всего за пять дней, без архитектора им бы хватило и двух, а то и полутора, но приходилось подстраиваться под скорость охраняемого объекта. Дальше же попутных караванов пришлось бы ждать не меньше недели, страна Волн была изначально базой для вторжения Кири в одну из мировых войн, но не срослось и через некоторое время шиноби это место покинули, шиноби-то покинули, а вот люди остались. Волны были бедной страной, только недавно добившейся официального признания соседями. И видимо постройка моста, которой, как успел узнать Альбус, и занимался Тадзуна, должна была помочь с торговлей. Но пока на острова можно было добраться только вплавь, так что желающих находилось не так и много. Кое-какой караван они все же нашли, с которым прошли еще половину от оставшегося пути, после чего, уже на своих двоих, свернули на явно менее объезженную дорогу. Тадзуна становился мрачнее с каждым шагом, все больше ругался и прикладывался к бутылке, Сакура смотрела на него с жалостью, Саске с презрением. Во взгляде же самого Альбуса больше проскальзывало беспокойство - не было у их нанимателя признаков хронического пьяницы, да и поперли бы его тогда с должности, а не доверили строить мост, пусть даже и в такой стране как Волны. Изначально он было решил, что дело в каком-то недавно пережитом стрессе, но чем дальше, тем сильнее нервничал Тадзуна-сан, а не наоборот, и это навевало несколько другие выводы. Хорошо бы еще понять - какое ко всему этому отношение у их командира, но Какаши-сенсей на архитектора не смотрел вовсе, он смотрел в книгу. Альбус был старше, опытнее и ожидал нападения, но все равно, мысль, что в такую погоду луже у обочины просто неоткуда было взяться, посетила его голову только в тот момент, когда их сенсей распался на кучу кусков. Он отпрыгнул на одних рефлексах, спасибо тренировкам, уходя из-под следующей атаки, и, оказываясь сбоку того нападавшего, что был дальше от Саске. Противников оказалось двое и в качестве оружия они использовали связывавшую их вместе цепь, точнее не их самих, а странные стальные наручи, по одному у каждого. Подобное оружие может и впечатляло, но требовало слишком синхронных действий, а еще обладало кучей недостатков - достаточно оттеснить противника в лес и их сомнительное преимущество станет смертельным недостатком. Вот только у Саске был свой взгляд на дальнейшую тактику. Хотя, надо отдать ему должное, слабую точку противника он оценил правильно, но вместо того, чтобы перевести бой на более выгодную позицию, Учиха атаковал сразу. Ему понадобилось меньше секунды и всего два броска, чтобы зафиксировать цепь на ближайшем дереве с помощью сюрикена и, прошедшего прямо через его центр, куная. Однако, для этого ему пришлось слишком быстро приблизится к противнику, и, не успевая затормозить, он подпрыгнул, приземляясь прямо на руки застрявших шиноби. Не останавливаясь ни на секунду, молодой генин листа переносит вес тела уже на свои собственные руки и, разгибаясь как пружина, наносит удар ногами в головы противника. Вот только, одновременно с этим слышится щелчок и цепь опадает на землю, а удар, вместо реального урона, скорее придает ускорение. Альбус тут же срывается с места к архитектору, но его перехватывают на полпути, стальные когти проносятся рядом с лицом, он едва успевает уклониться, но все-таки успевает. Ответный Редукто, впрочем, тоже не задевает противника, но в следующую секунду это становится не важно, размытая тень проносится прямо у самого уха и резко выбивает дух из оппонента. Еще секунда, и посреди дороги, совершенно живой и здоровый, стоит Какаши, держа под мышками вражеских шиноби, как мешки с мукой. - Ну что же, для генинов только из академии, весьма неплохо. Альбус перевел свой взгляд туда, где должны лежать остатки сенсея, но увидел лишь разбитый в труху прогнивший ствол. Хм, интересно, он использовал с каварими гендзюцу, или что-то на основе хенге? Пожалуй, второй вариант вероятнее, так как ментальную иллюзию можно было наслать и избирательнее. Хатаке тем временем не спеша подходит к ближайшему дереву и скидывает под него свою ношу, что придает ей еще больше сходства с мешками. - Тадзуна-сан, нам с вами надо поговорить. Хатаке достает веревку и неспешно начинает привязывать вырубленных им шиноби, с той же неспешностью продолжая свою речь. - Эти ребята - шиноби уровня чунина из Киригакуре, чьи бойцы славятся своей, хм, настойчивостью. В этот момент Какаши посильнее затягивает последний узел, и один из чунинов приходит в себя, с ненавистью глядя в лицо беловолосого. - И как только ты нас обнаружил? - В такую солнечную погоду не бывает луж у дороги. Альбус поморщился, хотя, точно такие же мысли возникли сразу после атаки и у него, но именно что после. Сейчас, при более тщательной оценке, все было не так очевидно – лужа была в тени у обочины дороги, и с их стороны ее прикрывали кусты. Плюс, прогнозов погоды тут не было, и то что они не видели дождя не означало, что он не мог пройти пару дней назад в этой местности. Значит, либо Хатаке определил засаду другим способом, о котором с врагом не болтают, либо его рефлексы превосходили скорость чунинов на порядок, и теперь он просто делал хорошую мину при плохой игре. - И зачем ты тогда позволил мелочи сражаться, если знал о засаде? – подал голос Тадзуна. - Если бы я захотел, то убил бы их меньше чем за секунду, но мне нужно было кое-что прояснить – зачем им понадобилась эта небольшая засада. - И что ты хочешь этим сказать? – архитектор судорожно сглотнул. - Я хочу сказать, что это пограничный район страны огня, да и генины у меня не самые простые, так что я допускал, что эти двое здесь решили попробовать свои силы на шиноби листа. Вот только убить они пытались именно вас, несмотря на то, что ваш контракт предполагает лишь обычную защиту от, хм, дорожных происшествий. Эти двое явно выполняли заказ, и контракт на защиту от подобного совершенно другой, и выделяют на это вовсе не учебную команду. Мы совершенно спокойно можем сейчас развернуться и уйти, оставив вас одного посреди дороги. Так что я спрошу только один раз, вы ничего не хотите мне рассказать? Тадзуна кололся легко, настолько легко, что Альбус даже задумался, что мешало выяснить все это еще вначале пути. В принципе, как он и предполагал, все дело было в монополии на перевозки, единственной новой информацией оказалось имя заказчика - Гато. Сенсей даже слегка удивился – тот входил в десятку богатейших людей мира. Вот только в этом мире одно это само по себе значило не слишком много – принадлежность к местной аристократии или наличие способностей шиноби значили намного больше и не продавались ни за какие деньги. Нет, определенная власть у подобного человека имелась, особенно в бедных странах без своих шиноби и чей доход за год был на несколько порядков ниже, чем у его судоходной компании. Там он мог играть роль хоть мелкого божка, которому целует ноги сам дайме, вот только даже такой дайме титул ему не продаст, и не дай настоящий бог, ему перейти дорогу кому-то из знати великих стран или скрытым деревням. Даже та же Кири, из-за попустительства которой, по сути, и появился такой человек, перемолола бы его в мгновение ока, стоило ему обратить на себя излишнее внимание этого болота. Так что удивиться-то сенсей удивился, но не слишком, и даже дал себя уговорить на продолжение миссии. Хотя, жалостливая история про бедную страну, которая даже охрану нормальную оплатить не может выглядела просто смешно - бедная не бедная, страна все равно остается страной, ее доход может быть мизерным на фоне других стран, скрытых деревень и компаний, но никак не на фоне цены за одну единственную миссию. То ли и сам дайме Волн был не против, чтобы архитектора где-нибудь прикопали, то ли старик готов был удавиться за лишний ре. Хатаке не мог этого не понимать, но уговорить себя все-равно дал, и подозрение, что о миссии он изначально знал намного больше, практически переросло в уверенность. Неуверенные возражения Сакуры о том, что их команда к такому просто не готова были подавлены еще в зародыше, и, через несколько минут, они отправились дальше по дороге, оставляя за спиной двух привязанных к дереву чунинов. Что примечательно – живых чунинов. Альбус до последней секунды ждал, что Хатаке достанет кунай и перережет пленникам глотки, и готов был отстаивать их до конца. Однако, этого делать не пришлось, и сейчас он думал над причинами подобного поведения, во внезапно пробудившееся человеколюбие сенсея он не верил ни на кнат. Подобное внимание не укрылось от самого Какаши, да и не пытался он его скрывать. - Ты хочешь что-то спросить? - Да, сенсей. Почему вы не убили пленников, и даже не допросили их под пытками? - Наруто! – возмущенный крик идущей рядом куноичи. - Сакура, не надо такой бурной реакции, тем более что вопросы совершенно правильные, и мне грустно, что ты этого не осознаешь. Какаши говорил не слишком громко, но даже шедший впереди Саске, похоже, слышал каждое слово, а вот Тадзуна шел так, будто кроме обычных шумов леса ничто не нарушало окружающую тишину. - Шиноби прежде всего убийцы, мы убиваем бандитов, убиваем, когда защищаем кого-то и конечно убиваем на заказ. Гато мог бы нанять нашу деревню раньше Тадзуны, и шиноби листа точно так же бы пошли убивать архитектора, разумеется такую миссию сейчас нам бы не поручили, но уверяю, подходящих команд более чем достаточно. Какаши оценивающе посмотрел на идущего впереди старика, будто примеривался куда удобнее вогнать кунай. Тот все так же продолжал идти вперед, будто их разговор не касался его вовсе. -Ну так вот, относительно вопроса Наруто. Допрашивать их не имеет особого смысла, заказчика мы знаем, деревню тоже, а кого там пошлют после их неудачи, если пошлют, они и сами не в курсе. А насчет убийства - сегодня мы защищаем цель, завтра цель защищают они, это наша работа, рутина если хотите. И если на каждой такой миссии при столкновении мы будем вырезать всех шиноби другой деревни, а они будут делать тоже с нами, то четвертая мировая война начнется через месяц, а еще лет через десять остатки выживших перережут осатаневшие крестьяне. Так что, после третьей мировой, когда стало очевидно, к чему это все может привести, большинство старается придерживаться, хм, назовем это правилами хорошего тона. Каге устраивают совместные советы, организовывают общие экзамены чунинов, а простые шиноби пытаются выполнить само задание, а не перерезать соперников. Конечно это не означает, что мы все друзья навек, если противник подставился под смертельный удар, сделай его, и, если подловили тебя, не считай, что на этом все, у врага может быть плохое настроение или решит, что раз нет свидетелей, то все нормально. Сама наша работа предполагает постоянный риск, и от этого никуда не деться, но можно попытаться хоть немного снизить его. Поэтому большинство предпочитает оставлять недобитков или брать в плен за выкуп, иногда даже оказывают медицинскую помощь. Эти правила скорее рекомендации, чем реальные законы, хотя в последнее время, деревни даже стали выплачивать отступные за убитых уже после боя, а пару раз даже была выдача виновных. Сенсей замолчал, переводя дух. Сакура после этой речи выглядела слегка пришибленной, Наруто задумчиво, а вот Саске явно боролся с охватившим его возмущением, боролся, впрочем, не слишком долго. - То есть, по-вашему, мы что, должны прощать убийц и предателей, только потому что нас слишком мало? А ничего что именно они довели нас до такого состояния?! Для того, чтобы быть сильными мы должны убивать, убивать, а не играть в дурацких дипломатов! Начав почти спокойно, к концу речи Учиха уже кричал, брызгая слюной – Сакура вытаращилась на него так, будто впервые увидела, хотя в некотором смысле, пожалуй, именно так и было. - Успокойся, Саске,- Какаши не повышал голос, но даже у Альбуса по спине пробежал холодок,- никто не говорит, что надо прощать всех и вся, и уж тем более никто не оставляет в живых нукенинов. Но поддаваться своей злобе и боли, а тем более выплескивать их на всех окружающих — это прямой путь стать тем, что ты так ненавидишь, чтобы потом закончить свой путь в канаве с кунаем в горле.