Ты моя погибель

      Санса открыла глаза. Нет, она не спала. Всю ночь будто в бреду, в смертельной агонии девушка металась между сном и явью. И даже к полудню она так и не обрела покоя. Санса встала. Тело ее было словно налитое железом. Она чуть покачнулась. Голова закружилась. Она была в комнате одна. На миг, ей почудилось… быть может… все это было сном? Кошмаром? Долгим, мучительным…, но нет. Девушка чувствовала между ног определенное неудобство. И с дрожью во всем теле вспомнила, чем оно вызвано. Санса ощутила себя грязной. Шая тщательно вымыла ее вчера душистым мылом и аккуратно намазала маслом. И все же она была грязной. Ее тело теперь никогда не отмоется от позора.       Девушка, шатаясь, подошла к зеркалу. Она видела в отражении свои босые ноги, но боялась взглянуть себе в лицо. Кого она там увидит? Узнает ли? Сможет ли взглянуть в глаза? Санса вздохнула и подняла голову… Это она… как и прежде… Рыжие волосы… голубые глаза, опухли…, но все же… это она. Ее поразило то, что она не заметила никаких в себе изменений. Неужели, так и бывает? Ничего. Она осталась собой? Внешне - да. Но что внутри? Боль, пустота.       Кто она теперь? Разве это имеет значение. Ее жизнь закончилась вчера. Сегодня нет. Завтра нет. Для Сансы Старк. Теперь она кто-то другой. Чужой ей человек. Нужно стать другой. Иначе она не выживет… Да и стоит ли?       Внезапная мысль затмила сознанье.       Как просто было бы сейчас все закончить. Все муки души и агонию тела.       Санса взглянула на открытое окно. Ей нужно лишь перелезть и спрыгнуть. Только небольшое усилие и конец… Тело покрылось мурашками. Она представила себя там, внизу, лежащую на холодных камнях. Бледную, истекающую кровью. С открытыми глазами, устремленными в бескрайнее небо. И спокойную. Как просто… Но… Ее пошатнуло.       «Трусиха! Боишься! Какая же ты Волчица? Какая же Старк? Ты ничего не можешь сделать сама! За тебя все решают другие. Ты марионетка. Кукла для утех».       Санса снова взглянула на себя в зеркало. Ночная сорочка сползла с одного плеча. На нем виднелся синяк. Она распустила завязки. Сорочка медленно сползла по ее телу. Вот она нагая. Бледная. То тут, то там тонкие линии от ударов. И синяки на бедрах. Следы его рук. Сансу передернуло. Воспоминания волной нахлынули на нее. Как чужие руки скользили по ее телу. До боли сжимали грудь. Как он проникал в нее и раздирал на части. Как смотрели его глаза… Санса внезапно почувствовала, будто они и сейчас на нее смотрят. Сквозь зеркало. Она прикрылась руками. Она дрожала. Слезы снова предательски стекали по щекам. И не хватало воздуха. Девушка без сил, не помня себя, упала на колени и сжалась в комок. Безмолвно рыдая. Слабая! Какая же она слабая!       Шая кинулась к своей хозяйке, услышав ее стенания. Ее сердце разрывалось от сострадания. — Миледи, ну что Вы, — молила та, накидывая на нее халат и касаясь легко волос, — все в прошлом. Сейчас вы в безопасности. Вас больше никто не тронет. Успокойтесь, так ведь нельзя. Все будет хорошо. Все наладится, — Шая говорила без умолку, и по большей части сама не верила себе, но так было нужно.       Девица повернула голову и увидела на пороге визитера.       Серсея стояла в дверях и бесстрастно смотрела на представшую перед ней картину. Шая подняла за плечи свою хозяйку, посильнее укутала ее в шелковую ткань, что-то шепнула ей на ухо.       Санса на миг задержала дыхание, приводя себя в чувство. Подняла тяжелые веки и прямо посмотрела на королеву. Она и сама не знала, откуда взяла в себе силы. — Славно, — спокойно произнесла женщина, оценивая усилия девушки собраться с духом, — Невесте короля подобает вести себя благоразумно и не биться в истерике. Особенно, если она не одна. Твой долг быть сильной и никогда не показывать другим свои слезы. Этот урок ты пока не усвоила. Но я вижу стараешься, — Серсея немного помолчала, а потом перевела взгляд на другую девицу и пропела, — Приведи ее в должный вид. И как можно скорее. Я хочу пообщаться с леди Сансой… наедине. В моей опочивальне.       Эта была не просьба. Это был приказ.       Спустя пол часа Санса, причесанная и одетая в нежно голубое платье, сидела напротив королевы и потупив взгляд рассматривала свои руки. А королева рассматривала ее.       Такая юная! Такая нежная! Милое личико, невинный взгляд, аппетитная фигурка. Она сама не осознает, насколько хороша. Насколько желанна. Она еще дитя.       На миг, Серсее стало жаль девчонку. Ее детство кончилось… Но потом она вспомнила себя в ее годы. Она тоже привлекала мужские взгляды. Ловила их улыбки и восторги. Ей так это нравилось. Ей так хотелось очаровывать всех вокруг. И ей хотелось выйти замуж. За принца. И стать королевой. И родить ему наследников. И жить счастливо до конца своих дней. Как поется в этих треклятых песнях! Всего этого хотелось и Сансе. Совсем еще недавно. А теперь? У Серсеи чуть было не вырвался нервный смешок, но она сдержалась.       Какая ирония! Я будто в зеркало смотрюсь. На себя. Я была такой же, как она — наивной и восторженной. Верила в сказки. Что ж, и моя сказка сбылась — я королева, вот только не того короля. И дети мои принцы и принцессы, но незаконно. И счастье мое пропитано ядом и слезами, ненавистью и интригами. Вот она моя сказка! Серсея наконец-то поняла, что ее так раздражало в Сансе. Именно это. Призрак прошлого. Ее прошлого. Ну что ж, вот и маленькая волчица начинает осознавать, что не все так прекрасно в этой гребаной жизни. Прекрасных принцев не существует! И счастливого конца у сказки. — Что же, дитя, — Серсея старалась говорить как можно мягче. Она обещала, — Я могла бы сейчас кинуться тебя утешать, и говорить, что все забудется, наладится. Но ни тебе, ни мне этого не надо. Ничего не будет как прежде. И ты ничего не забудешь.       Санса безвольно посмотрела на свою собеседницу. Будто, она слушала и не слышала. — А как ты хотела? — продолжила Львица, разливая вино по бокалам, — Никто не обещал, что путь к престолу будет выложен лепестками роз. Быть королевой не так радостно, как кажется со стороны. — У Вас тоже было подобное? — слабый голос Сансы прозвучал слегка враждебно, но Серсея не стала обращать на это внимания. — Подобное? Нет, — королева отпила глоток, смакуя сладкий привкус. Она сделала жест девушке, та тоже покорно пригубила из своего бокала, — Мой сын — наш король — поступил с тобой жестоко, и я его действия осуждаю. Если бы это было в моих силах, я бы воспрепятствовала подобному… отношению, — Серсея снова глотнула вина. По взгляду девушки она поняла, что та ей не верит. Ну и ладно, — Но что случилось, то уже не изменишь. И ты должна с этим смириться. Смирение — вот главная благодетель для будущей королевы. — Я не буду королевой… я… — Ну, не говори глупостей. Ваш брак это дело решенное.       Глаза Сансы расширились, а лицо побледнело, хотя, казалось, что бледнее она уже быть не может. — Я не могу… — еле шевеля губами, с ужасом произнесла она. — Еще как можешь! Ведь для этого ты и здесь. Старки и Баратеоны породнятся. Ни этого ли хотели твой отец и мой муж? Ни этого ли совсем недавно хотела и ты? — Да, но теперь это невозможно. — От чего же? — Серсее нравилось видеть ее мучения, но она старалась сдержаться. — Ведь я недостойна. Я опорочена, я больше не… девица, — еле держа себя в руках, ответила Санса. — Ну, девственность не такая ценность, как многие считают. И без нее все благополучно устраивается. К тому же, все мы (я имею в виду определенный круг лиц) знаем, каким образом и с кем ты ее потеряла. Тебя не будут упрекать в том, что это твоя вина. — Но Джоффри не примет меня… такой… он… меня ненавидит… — Не говори глупостей. И вообще, я устала слушать твои бесполезные отговорки. Повторяю — ваш брак дело решенное. Это политический союз. Да, мой сын король, но он также должен подчиняться интересам королевства. Это его долг. Как и твой. — Ведь я ничего не стою. Ничего не значу. Мой отец предатель, а брат мятежник. Зачем вам марать ваше имя таким родством?       Серсея коротко рассмеялась. — Я оценила твою попытку. И все же. Если уж ты хочешь поговорить откровенно — прошу. Я никогда не любила северян. А Старков, в особенности. И я была против вашего с Джоффри брака. Но, как я уже говорила, это политика. И ради благополучия королевства, часто приходится жертвовать своими интересами. Если ты уже забыла, то у нас идет война. И ты здесь не гостья, а заложница. Ценная заложница. Пока ты у нас, твой брат, словно на привязи, и будет аккуратней в своих действиях. И все же, пока ты королевская невеста, у него еще есть шанс перейти Джоффу дорогу. Ваш брак лишит его такой возможности. А когда у вас родится наследник, это окончательно свяжет ему руки. Кто же идет с оголенным мечом против своей крови? — Серсея заявила это уверенно, хотя тут же вспомнила о Станнисе. Ему ведь не мешает то, что Джоффри его племянник… по крайней мере, официально. — А еще, милое дитя. Если в процессе всего вышеперечисленного твой брат сделает нам всем подарок и умрет, то ты, а точнее твой муж и дети, станут наследниками и правителями Севера. Так, что ты сильно недооцениваешь свою роль во всем этом.       Санса лишь обреченно вздохнула. Ее аргументы были исчерпаны. Слезы предательски застряли в ресницах, но она держалась. Девушка мысленно приказывала себе собраться. Не плакать. Не при ней. — Мне и дальше придется терпеть издевательства Джоффри? — холодным тоном произнесла Санса, — Даже, когда мы поженимся? — она еле выговорила последнее.       «Особенно, когда вы поженитесь» — подумала Серсея, а вслух произнесла, — Милое дитя, женщины вообще созданы для того, чтобы терпеть… и страдать. Этим наградили нас Боги, сделав слабыми. Отдав во власть мужчин. Ты будешь мужняя жена, а значит будешь делать все, чтобы тебе ни приказал твой муж. У нас нет другого выбора, — она тяжело вздохнула, вкладывая в это больше, чем нужно эмоций, — «Да, у тебя его нет. А я всю жизнь боролась, ломая условности, нарушая правила. На это ушли годы, на это ушла молодость. Я посвятила этому жизнь. Но я добилась своего… почти… Я так близка… И теперь никто у меня это не отнимет!»       Серсея потянулась к грозди винограда. Оторвала пару ягод. Отправила себе в рот. Сладкий сок приятно щекотал нёбо. Но она предпочла бы сделать глоток вина. Девица напротив все также была бледна и подавлена. Как фарфоровая кукла. И также прекрасна, несмотря на все ее горести. — Знаешь, — после короткого молчания продолжила королева, — когда я была в твоем возрасте, то мечтала выйти замуж за принца. За принца-дракона. Но меня отвергли. Мной пренебрегли. Я была его не достойна, — Серсея скривила губы, будто съела что-то кислое, — А потом драконы пали и меня отдали не принцу, а королю — Роберту Баратеону. Он был грубым, грязным и диким. Но я смирилась. Я даже попыталась полюбить его. Такая наша женская доля. Сами мы не выбираем, а лишь подчиняемся. Я ненавидела своего мужа. Не потому что он терзал ночами мое тело, а на утро молча сожалел об этом. Потому что он трахал меня, а представлял другую. Всю жизнь любил покойницу — твою проклятую тетку Лианну. Я была для него пустым местом, обузой… Хотя была прекрасна… как и ты сейчас. Мною пленялись, в меня влюблялись… Все, кроме собственного мужа… и я его ненавидела… Но. Я была его королевой. Такова судьба, — Серсея замолчала. Она и так зачем-то слишком разоткровенничалась с глупой старковской девчонкой, — Джоффри не Роберт, но жизнь твоя слаще не будет. Но с этим ничего не поделаешь. — Джоффри тоже будет делать со мной… такое? — дрожа шепотом выговорила Санса. — Конечно ты будешь делить с ним ложе. Без этого сложно обзавестись детьми — принцами и принцессами, — Серсея увидела, как девчонка закусила губу, чтобы сдержаться, — Но тебе не стоит бояться. Первый раз это ужасно, последующие все проходит гораздо легче и даже иногда бывает приятно. Я знаю, сейчас тебе сложно в это поверить, но это так. Быть может, Джофф даже тебя приятно удивит, — в этом-то королева сомневалась, но она обещала быть мягче. — Кстати, о первом разе, — сказала она, будто между делом, — Пес излил в тебя семя?       Санса взметнула свои оленьи глаза на собеседницу. Серсея молчала, ожидая ответа. Воспоминания вчерашнего вечера с новой силой ударили девушку. Слезы предательски сползли на щеки.       «Зачем она это спрашивает? Зачем мучает меня?» —, а вслух произнесла, — я не понимаю… я не знаю… — Долго ли длились ваши утехи?       "Вечность!" — хотелось крикнуть Сансе, - н..нет, наверное… я не знаю…, но Джоффри, видимо, это надоело… Он, по-моему, говорил… сказал «хватит». — И Пес подчинился? — Да. — Какая выдержка! Трахать королевскую сучку и остановиться по приказу, — Серсея была удовлетворена ответом и не обратила внимания на то, что ее слова в очередной раз причинили Сансе боль, — Поверь, — продолжила она, видя девичьи страдания, — Пес был не худшим для этого вариантом. Джоффри мог выбрать и Иллина Пейна, — тут королева готова была рассмеяться собственной шутки, но сдержалась. И когда она так очерствела к чужим страданиям? Наверное, всегда была такой.       Их разговор был окончен. Серсее нечего было больше сказать или спросить. Она отпустила девчонку, вслед сказав: — Не забывай, что ничего не было. — Да, Ваше величество, — Санса присела в неуклюжем поклоне — ее ноги дрожали.