Спорим?

      Я возвращаюсь в пустую квартиру с пустой душой и головой, Питер сидит на диване, закинув ногу на ногу, в ожидании меня. Вижу его недовольный взгляд, но мне, если честно, всё равно, мысли роем вьются вокруг Тобиаса. Чувство безысходности сковывает меня, не давая мне покоя. Неужели я сама всё испортила?       — Что происходит, Трис? — слышу я голос своего парня.       Я молча смотрю на него, не зная, что сказать. Как я должна себя вести теперь с ним? И не могу же я сказать ему всё, как есть? Хотя, должна. Но для начала мне нужно найти Тобиаса и всё объяснить ему.       — Ты только что сам всё видел, — бросаю я ему и прохожу в кухню.       Питер встаёт с дивана и идёт вслед за мной, я подхожу к окну и упираюсь в подоконник руками. Питер встаёт в дверях, облокотившись на дверной косяк и скрестив руки на груди.       — Я не дурак, Трис, я же вижу, что что-то не так, — настаивает Питер.       — Питер, всё нормально, — честно вру я, — просто устала. Завтра на работу. Мне нужно собраться с мыслями, у меня очередной проект, а Крис прилетает только послезавтра.       Питер подходит ко мне и берёт меня за руку, разворачивая к себе лицом, он внимательно смотрит на меня, как бы изучая.       — А стрижку сделала для него? — сухо спрашивает он.       Я хлопаю глазами, удивлённо таращясь на него. С чего он взял это?       — Нет, для себя, он даже не при чём, — твёрдо говорю я.       — Хмм… — ухмыляется он. — Ты даже не спросила, про кого я. И так понятно, без слов, что я говорю о Тобиасе, да?       Я обескураженно открываю рот, но слова застревают в горле. Он прав, у меня даже и в мыслях не было, что Питер мог говорить о ком-то другом.       — Послушай, мне ужасно надоели твоя ревность и подозрения! — начинаю взрываться я. Лучшая защита — нападение, и я понимаю это. — Сколько можно ревновать меня к Тобиасу? Хватит, Питер, хватит! Ты только что видел, что он ушёл и, возможно, ушёл навсегда, я только что потеряла своего друга, ты это понимаешь?       Я вырываю свою руку из его руки и пулей вылетаю из кухни.       — А ты не думала, почему он себя так ведёт? — кричит мне вслед Питер. — Трис, открой глаза: ты ему не безразлична! И не как друг! Ты нравишься ему, и меня это бесит! Он постоянно стоит между нами, даже когда был в Лондоне, он умудрялся забрать львиную долю твоего времени, болтая с тобой о всякой ерунде! И ты, кстати, была не против.       — Так что ты сейчас хочешь от меня? — я вылетаю из своей комнаты и сталкиваюсь с ним в коридоре.       — Я хочу, чтобы ты, наконец, определилась, кто тебе нужен: я или он? — кричит Питер. — Ты хочешь усидеть на двух стульях, но этому не бывать!       — Тогда катись к чёрту! — зло цежу я сквозь зубы. — Мне не нужен такой парень, который ревнует меня на пустом месте!       Повисает молчание, Питер тяжело дышит от злости, но я не сдаю позиции, смело смотрю в его глаза. Он проводит рукой по своему лицу и вздыхает.       — Значит, так? Это твоё последнее слово? — смотрит на меня Питер, и я молча киваю, понимая, что только что поставила жирную точку в наших с ним отношениях. — Что ж, будь по-твоему, — говорит он и разворачивается.       Он уходит, и я должна, по идее, остановить его, но мне совсем не хочется этого делать. Может, я покажусь вам циничной стервой, но тут же на ум приходят слова Тобиаса о том, что я не люблю его, и теперь я убедилась в этом окончательно.       Весь день я слоняюсь по квартире, как неприкаянная, в руках зажат телефон, в котором одни набранные номера с одним именем — «Фор», но абонент не доступен, как и его сердце теперь для меня. Господи, что я наделала? Я сама всё испортила! Я, и только я!       Ближе к вечеру звонит телефон, и моё сердце загорается слабой надеждой. Может, это он? Я, сломя голову, несусь на звук звонка и нахожу его на кухне, схватив телефон в руки, с нескрываемым разочарованием вижу высветившееся имя: «Крис».       — Привет, родная, как ты там без меня? — начинает тараторить подруга в ухо, когда я даже не успела с ней поздороваться.       — Привет, — сухо говорю я, — всё нормально. Ты как?       — Я прилетаю завтра днём, — смеётся она, — рейс перенесли, поэтому я буду завтра. Кстати, ничего не планируй на вечер, Юрай сказал, что будет ждать нас завтра в клубе у Зика, будут все наши.       Я морщусь на слове «наши». Все — да не все. Без одного человека «всех наших» не получится, а он, я уверена, не придёт, если узнает, что я тоже буду там.       — Кстати, я слышала, что Тобис приехал домой на праздники, он с тобой? — режет по живому Крис.       Я закрываю глаза руками от ноющей боли в сердце. Ну как объяснить ей, что произошло между нами? Не по телефону это делать же?       — Да, был недавно, — тяну я, — он куда-то уехал по делам.       — Что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает Крис.       Чувствует? Не зря же она моя подруга, как и я когда-то была для Фора.       — Нет, Крис, всё нормально, — вру я, — просто устала немного.       — Красиво врёшь! — стыдит меня подруга. — Ладно, завтра прилечу, сразу к тебе приеду, я чувствую, что что-то не так с тобой. Жди меня, целую.       Я не успеваю ничего сказать, Кристина как скажет, так отрежет, и никаких возражений она не принимает. В этом вся Кристина Миллз.       Я вздыхаю и тяжело опускаюсь на пол. Давая волю чувствам, я просто взвываю от тоски и безысходности, и этот вой похож на вой волчицы, одинокой и оставленной своим волком.