Сборник арт-историй по Тильбо

Бильба как можно тише смочила тряпицу в холодной воде и отжала настолько, насколько хватило сил. У Торина снова был жар, и его сильно лихорадило. Хоббитянка осторожно положила тряпицу ему на лоб и остановила взгляд на свежем шраме, который остался на широкой груди после лечения. В голову вновь полезли страшные мысли о том, что было бы, если б Короля всё же добил Азог. Или не успел вынести с поля боя Беорн. Или не смог бы вылечить Гэндальф... И вообще, сражаться с этим орочьим отродьем один на один, без поддержки и прикрытия, да ещё и на льду... Какая эгоистичность! И глупость. - Дурак ты. - Бильба шмыгнула носом и опустила голову на грудь Торину, отчего её каштановые кудри разметались по плечам. - А я ещё большая дура, потому что ты стал мне слишком дорог. ~ - Дорогу, дорогу! - Двалин ожесточённо расталкивал толпящихся гномов, освобождая путь для Беорна. - Махал вас тут всех дери, если нас не пропустят к палатке в ближайшие десять секунд, я буду ломать кости каждому попавшемуся под руку! КОРОЛЬ ПРИ СМЕРТИ!! После этого душераздирающего крика воины расступились, как по сигналу. Беорн шёл позади рассвирепевшего гнома, неся на больших руках замотанного в пропитанное кровью одеяло Торина. Он был без сознания, но, к счастью, живой именно благодаря Беорну, который успел унести его с ломающегося льда вместе с намертво вцепившейся в него Бильбой. Хоббитянку оставили с Гэндальфом, но не без труда: она рыдала и рвалась к Королю так, что если бы у камней были сердца, они бы разорвались от жалости. Старый маг смог успокоить бедняжку только с помощью заклинания, и теперь мисс Бэггинс молча сидела рядом с ним на каменных ступенях, уставившись в одну точку пустым взглядом. - Прости. - маг смотрел куда-то вверх, в небо. - Даже волшебники могут ошибаться. Но я рад, что все остались живы. Бильба промычала в ответ что-то неопределённое. Гэндальф покосился на неё с лёгкой улыбкой и принялся раскуривать трубку. - А Торин, он... он... - голос хоббитянки дрогнул, и она замолчала, сглатывая вновь подступающий к горлу тяжёлый ком. - С ним всё будет в порядке. - волшебник закашлялся дымом и прочистил горло. - Магия истари порой творит чудеса. В случае Торина Дубощита... считай, что его излечение будет, хм... удачным стечением обстоятельств. Но я действительно рад, что он жив. Бильба слегка покраснела, глядя на свои ноги. - И я тоже... ~ Мотнув головой, хоббитянка усилием воли прогнала прочь мрачные мысли. В конце-концов, самое опасное уже позади. И главное - Торин был жив. Бильба боялась только того, что он может не очнуться: эта горячка мучала гнома уже не первый день. Вздохнув, мисс Бэггинс убрала тряпицу со лба Короля и очень-очень легко коснулась его губами. И тут же ощутила прикосновение к своей талии. - Торин! - Бильба не знала, что ей хотелось сделать больше всего - плакать от радости или заехать ему по голове сковородкой, чтобы больше так не пугал. Но сковородки рядом, к счастью, не было, посему она обняла его за шею, пряча слёзы в тёмных прядах. - Тшшш... Всё хорошо. - Торин говорил тихо, поглаживая хоббитянку по спине. - Спасибо за твою заботу... И за те слова. - Так ты всё слышал?! - Бильба переменилась в лице и слегка побледнела. - Ты все эти дни слышал, как я тут сама с собой говорила?! И даже глазом не моргнул! - Махалом клянусь, я не хотел дурного! - Король поднял руки в примирительном жесте. - Мне просто нравилось наблюдать за тобой. Вот так, в обычной обстановке, вне поля боя. И... - И что? Доволен? - сердито сверкнула глазами Бильба. - Я тут ему душу изливала, а он, видите ли, в сознании был и даже не пикнул! Хмпф! Никаких манер! Торин молча смотрел на распинающуюся перед ним взломщицу и его губы растянулись в улыбке. - А если я скажу, что тоже люблю тебя? Бильба замолчала, сминая в пальцах подол своей юбки и всё ещё обиженно сопя. В конце-концов, она не могла оспаривать свои же слова. - Помнишь, что я говорил про то, что люди должны больше ценить свой кров и вкусную пищу? - Торин осторожно взял мисс Бэггинс за плечи и притянул к себе. - Вынужден признать, что здесь я тоже был не до конца честен. Хоббитянка залилась румянцем и насупилась. - Помню, а то как же! Сказал, а потом закрыл глаза, и сколько бы я не звала... Я думала, что больше никогда не услышу твой голос. - Хочешь, я спою тебе? - Ч-что..? - от удивления Бильба широко открыла глаза. Торин лукаво улыбнулся. - Я заметил, что тебе понравилось моё пение ещё в тот день, когда вся наша большая компания ввалилась к тебе в дом. И, честно говоря, - гном смущённо отвёл взгляд. - меня ещё никто и никогда так завороженно не слушал. - Ну что же, тогда привыкай. - застенчивость хоббитянки как ветром сдуло, и она аккуратно, но весьма деловито пристроилась рядом, закрывая их обоих одеялом. - Потому что теперь у тебя есть я. В эту ночь жар Торина больше не беспокоил.