Осторожнее со слухами

      — Давай быстрее, Люси, — нервно шипела Эльза, подхватывая длинные подолы накидки с меховой оборкой. Девушки пролетали коридоры, не замечая удивлённых взглядов рыцарей из Совета и многих других волшебников, кто пришёл на открытые двери. Блондинка нервно ругнулась под нос, скидывая туфли, схватив их за ремешки, и продолжила бежать за Титанийской. Ну, вот почему именно сегодня они проспали? А всё Стинг виноват, который полночи не хотел уходить из комнаты девушек. Всё ныл да завывал о том, как страшно ему делать предложение своей девушке. Оно и ясно. Орланд была свободолюбивой птицей, которая могла с легкостью поджечь мосты прошлого и идти вперёд, не оборачиваясь. Мулатка с пренебрежением и недоверием относилась к брату Люси до тех пор, пока этот придурок, больной, наматывающий сопли на кулак, не пришёл к ней в пьяном угаре и не упал прямо на коврик перед дверью. А ведь он просто хотел встретить её с возвращения из Саблезубых Тигров.       — Эльза, стой, — шикнула блондинка, схватив подругу за запястье. Из поворота, за которым Спецкласс готовился к выходу на сцену, вышла Дженни, размахивая длинными локонами. Добрая тоска читалась в её глазах, откладывая тень на красивом лице. Реалайт подошла к Люси, останавливаясь в двух шагах от волшебниц.       — Я хотела извиниться перед тобой за всё то, что совершила два года назад. Тогда я не успела к тебе подойти, отец забрал меня на домашнее обучение, а после перевёл. С одной стороны, я рада, что так вышло, ведь я встретила Хибики, но, с другой стороны, мне стыдно. Если можешь, давай забудем всё то, что произошло? — протягивая руку для рукопожатия, пролепетала блондинка. Люси махнула головой, давая знак Эльзе, чтобы та покинула девушек. Титанийская, скрипя зубами, ушла за угол, встречаясь со злым взглядом Гилдартса.       — Так… Значит, ты ушла в Голубой Пегас? И как? Просто я знаю Мастера Боба и Наныча. Тот ещё дурдом в их гильдии и Академии творится, — Люси с нервной улыбкой вспомнила, как на одном выезде с Эльзой повстречала Наныча. Если до того момента, она не знала, что такое испанский стыд, то, после выкрутасов этого гнома с гейскими замашками, девушка была готова провалиться сквозь землю. Но Титанийская удивила её больше, покрываясь дрожью и выполняя все действия, словно робот. Девушка боялась вздохнуть лишний раз, в обществе этого придурковатого мужчины.       — Наныч да, он странный. Но он настолько же преданный Пегасам, насколько и странный. Мне повезло, что я встретила Хибики. Мы с ним чем-то похожи. Не умели любить, пока не переспали случайно. В тот момент я поняла тебя, и мне стало стыдно. Однако, я не могла с тобой никак пересечься, чтобы извиниться, — блондинка нервно опустила руку и передёрнула плечами. Покручивая на пальце золотой ободок кольца, Дженни сладко улыбнулась. Люси с добротой похлопала Дженни по плечу. Эта девушка нашла своё счастье, да и в ней больше не видно былой стервозности. Будто вся злость и шипы были лишь от того, что она не знала этого детского чувства первой влюбленности.       — Да, всё нормально, — заклинательница поправила на своих плечах плащ, расправляя примявшуюся оборку из меха.       — Если согласишься, я бы хотела, чтобы ты была моей свидетельницей на свадьбе. Приглашения я уже отдала Лексу, — а вот этого она точно не ожидала. Люси с недоверием посмотрела на Реалайт, которая с детским восторгом покручивала кольцо, желая узреть всё новые блики своего украшения и бриллиантов на свету.       — Без проблем. Прости, но я опаздываю на церемонию, — завидев из-за угла злую гримасу Клайва, Люси на ходу накинула туфли, забегая в узкий коридор, где столпились выпускники.       Три года обучения в Академии Поднебесий пролетели незаметно. Первый год запомнился выходками Совета под действием Клода, второй — разборками Стинга и Орланд, которая всё не желала вновь подпускать к себе наречённого, от которого отказалась много лет назад. Третий — альянсом, который вёл усиленную подготовку выпускников. Всё же в этом году круг Богоизбранных меняется, и не абы как, а приходят двадцать новых молодых умов и волшебников, которые будут править последующий век.       В этом году прошли первые Великие Магические Игры, на которых избиралась судьба. Люси сместил с места Седьмого Богоизбранного некий Джура, который с отеческой любовью похлопал её после проигрыша на ринге по голове и ушел.       «— Вы все ещё молоды для войны в Совете, однако вас готовили специально на эти должности четыре года. Но в тебе горит пожар, требующий войн и бойни. Тебе лучше выйти в ряды военачальника в Фиорскую армию по захвату новых территорий. Пока ты молодая, то живи тем, что тебе нравится, а мы уж позаботимся обо всём остальном…» — сказал Джура на королевском балу после Игр. А Люси и не сопротивлялась. Пошла, написала заявку в военные ряды Фиора, прошла отбор, финальный бой и гордо носила погоны на плаще, который сменился из Богоизбранного на кожаный, волшебный, который не промокает и обладает симуляторами температуры. Зато какое удовольствие она получала, когда вышла на пьедестал перед новобранцами. Вот те на, военачальник Фиорской армии девушка, чуть старше двадцати лет на личико, ещё маленькая такая. Однако после демонстрационного боя с генералом Аркадиусом все замолчали. И Люси хорошо, и армии новые лица.       — Ну что так долго? — заканючил Дреер, подхватив свою спутницу под руку. А она всё так же цепляется пальчиками в его костюм, боясь упасть с каблуков. Вот растяпа. Блондин чмокнул девушку в макушку, которая с недоверием и злобой косилась в сторону нервного брата. Конечно, если этот придурок сегодня же не сделает предложение Минерве, то Люси с гордостью сама возьмёт Орланд в жены и укатит с ней в закат. Благодаря его бредням она знала эту мулатку от и до.       — Знакомую встретила, буду свидетельницей на её свадьбе. Кстати, не забудь потом отдать мне приглашения, а то получится, как в прошлый раз, — ещё последний год был знаменателен количеством свадеб. Глупо, конечно, в таком раннем возрасте вступать в брак. Всего-то двадцать с хвостиком, а уже большинство носят кольца на пальцах. Но им ведь это не страшно? Метки наречённых показывали всё за себя. Так в этом году произошло уже три свадьбы и намечались ещё две, считая Стинга и Орланд.       — Вообще-то, если бы кто-то не захотел вновь идти на набор новичков в армию, то ничего бы не произошло, — брякнул Дреер, обидчиво отвернувшись. Ну, не хотел он свою девушку лишать радости. Ведь этой ведьме дай только поиздеваться над молодняком, так из милой мышки она превращается в горгону. Люси хихикнула, чмокнув Громовержца в щеку.       — Приглашаем на сцену выпускников Спецкласса нашей Академии, — голос Макарова отвлёк пару от намечающихся поцелуев, из-за чего те недовольно брякнули. За столько лет между ними выработалась какая-то странная атмосфера родства, ведь даже ухмылялись они подозрительно похоже. Под оглушительные аплодисменты студенты вышли на сцену, которая парила перед сидящими. Советники, рыцари, несколько новобранцев, которые взыскали в Люси сестру, Юкино, королевская семья и многие другие. Наверное, это парящее чувство и легкую дрожь волнения Люси впервые ощутила с такой чувствительностью. Хотелось парить, касаясь пятками облаков, и заливисто смеяться.       Первокурсники с восторгом смотрели на своих идолов, которые перешагнули ступень короткой жизни. Теперь кончится эта беззаботная беготня по коридорам, подготовки к различным балам, вылазки в «Лисохвост», ночные собрания и поездки в Совет, где их будут поучать предшественники. Никто не сказал, что те же Боги Ишгара и другие Советники полностью отрекутся от дел. Просто с их плеч упадёт эта столетняя напряженность и ответственность за всё население материка на более сильные и широкие плечи молодого поколения. Их здесь в два раза больше, пусть они и слабее многих Советников, но в одном бою всё же смогли держать равенство между Богами и собой. Ещё совсем молодые. В сердцах горит огонь справедливости, воспитание так и кричит о равенстве между всеми, глаза горят ожиданиями и надеждами. Совсем дети. Когда-то те же Боги Ишгара так же горели огнём вступить на пьедесталы Богоизбранных.       — Слово предоставляется выпускникам, — все кто мог пропустили нудную и заученную речь Макарова. Да и кому она сейчас нужна? Небольшой кристалл-громкоговорителя подлетел к старосте, которая гордо стояла впереди, будто представляя своих студентов, которые выпустились из Академии Поднебесий.       — Все эти четыре года я была старостой нашей группы, которая приносила не только победы, но и много проблем нашему Мастеру, — хотелось крикнуть: «Эльза, держись, будь мужиком». Но всё же глаза предательски заблестели, а голос потеплел, когда она говорила про своих оболдуев. — Следующий Спецкласс появится через сто лет, чтобы сменить нас с наших новых пьедесталов. Мы благодарны, что Академия «Хвоста Феи» приняла нас и воспитала из нас сильных волшебников, — под конец голос всё же дрогнул, как и пушистые ресницы. Эльфман рядом завывал о мужиках, пока кристалл менял своё местоположение.       — Нельзя забыть сколько произошло битв в стенах этой Академии. Вспоминая лишь наши спарринг-бои, можно ужаснуться, — от Нацу сыпались истории о боях, которые оставили на каждом из них шрамы. В конце же им всё же удалось пособачиться с Греем, что не стало удивлением. Истории, горькие и сладкие моменты, теплые воспоминания и горстка счастливых улыбок. Что им ещё нужно? Впереди их ждёт работа — муторная, бумажная волокита, с которой Люси уже приходилось работать.       — За что мне сказать спасибо этой Академии? — тихо спросила Люси в громкоусилитель. Действительно…       За те будоражащие чувства, когда она видела корабль, что нёс их в Студгородок? За ту детскую радость, когда могла прикоснуться к ватным полупрозрачным облакам, пока они плыли по небу, рассекая грозовые тучи. Может, за восхищение от одного вида Академии? За теплоту учителей, понимание Мастера и сильное окружение, в котором она перестала чувствовать себя особенной. Она наконец-то ощутила себя самой обычной студенткой, когда сидела за партами, давая списывать Нацу очередную контрольную и борясь в столовой за последний кусок сладкого торта. Может, за долгожданную радость и раскрепощенность Стинга, который первый год только и делал, что носился с ней, как курица с яйцом. За богатый опыт из-за Дженни? За счастье с Лексусом? За тот момент, когда она решилась снять метку наречённых и почувствовала самую ужасающую боль в мире? За Эльзу, что стала ей самой ближней среди всех? За всю гильдию, которая приняла её и помогала в выборе новобранцев в армию? Может, за те слухи, которые подарили ей чувства к Лексусу?       — Спасибо за всё, — карие глаза горели теплотой, желая раствориться в этих восхищенных взглядах и уважении старших. Пальцы были переплетены с Дреером, который подпирал её со спины. Лексус аккуратно сжал её ладонь, говоря о своём одобрении. Девушка подхватила заветную горстку пыльцы, которую по традиции должны рассыпать выпускники, наполняя частички своей магией. Горящие огнем Нацу, ледяные Грея, искристые металлические Гажила, демонически горящие Фрида и Миры. У Люси сыпались осколки звёзд, которые падали на головы первокурсников.       Они новые звёзды «Хвоста Феи», которые будут так же сиять, прославляя Мастера не только сильными волшебниками, но и любителями дебоша.       — Мышка, пошли, — тихо прошептал Лексус, удерживая блондинку близь себя за талию. Девушка с нежностью провела по его тыльной стороне ладони пальцами. Тепло. Родной запах ударил в нос, когда она уткнулась в его грудь. Теперь им придется расставаться на долгие периоды, когда она будет уходить на войну. Во внутреннем кармане хрустели приглашения на свадьбу Дженни и Хибики, меховая оборка щекотала нос, а голубые глаза излучали до дрожи приятное тепло и любовь. Он стал её домашним Дреером, который сжился с её неоднозначным характером, дурным братом и всеми прибабахами её семьи.       Сидя на крыше Академии, где им разрешили провести последний прощальный ужин, Сердоболия с лаской осматривала Спецкласс.       Им всего-то двадцать с гаком. Но в глазах затаённая мудрость, непосильная их возрасту. Руки уже избиты в шероховатости от боёв. На телах россыпи тонких и небольших шрамов, которые не могла залечить Венди. На пальцах обручальные кольца, на телах две татуировки герба и нареченных. Так судьба выкинула колоду карт, что многие нашли себя в гильдии. От этого становилось ещё теплей.       Перед носом проносились искры огня Нацу, когда тот гонялся за Гажилом, а тот в свою очередь за Греем. Дождия наконец-то умиротворенно сидела в кругу Штраусов и обсуждала последние новинки моды, которые ей рассказала мать. Венди тихо переговаривалась о чем-то по лакриме с Ромео, который оказался сын одного из мастеров Хвоста Феи. Громовержцы и остальные что-то тихо обсуждали, пока Люси стояла на краю крыши и с детским наслаждением упивалась этой картиной.       Перед глазами настойчиво накладывалась плёнка будущего. Они будут всё такие же дурные и шустрые. Тяжелые плащи будут покоиться на спинках стульев, будто унося всю тяжесть ответственности за собой. Бокалы с алкоголем будут брать мозолистыми руками, а на теле будут красоваться бинты, скрывающие новые шрамы. Громовержцы продолжат свою деятельность, как команда, но намного реже. Люси будет изредка появляться в Совете с вестями из замка Фиорской семьи, а на её плечах будут статные погоны, которые ей перепадут после сотни сражений. Они станут взрослее, но никогда не разделятся и будут точно так же каждый год встречаться на крыше Академии с Мастером.       На пути будет множество преград, войн и врагов. Но ведь они — «Хвост Феи».